Чтение онлайн

– Если бы он был добрее, он вообще не оказался бы на той башне. – Ее пальцы снова тихо прошлись по клавишам. – Я думаю, он хотел доказать, что он все-таки не чудовище.

– Зачем было доказывать это нам? Он же собирался убить нас, верно?

– Нет. Доказать самому себе.

– Ах, вот что. – Ред вставил мундштук. – Ну, ладно. – Он сыграл несколько пробных пассажей, снова вынул мундштук и начал его разглядывать.

– А почему ты меня не застрелила?

– Ничего себе вопрос.

– Там, на башне. Когда Селкирк привел в действие твою программу. Ты не стала стрелять. Не думай, я рад, что ты этого не сделала. Но я не понимаю. Я ведь знаю, как сильно действует такое внушение.

Она сыграла несколько тактов блюза, и ее пальцы замерли в воздухе над клавишами.

– Знаешь, это очень странно. Я могу припомнить все, что тогда произошло. Во всех подробностях. Холодный ветер. Соленый запах с моря. Как все словно засветилось, когда появилась заря. Но это как сон. Все нереально, как будто я была совсем не там, а глядела откуда-то издалека. – Она повернулась на стуле и посмотрела на него. – Он приказал мне убить Джимми Кальдеро, и я помню, что глядела и глядела на тебя, но видела только Реда Мелоуна.

Ред вздрогнул.

– Семантическая тонкость, – сказал он. – Но это не должно было помешать.

– Нет, дело не в семантике, Ред. В глубине души я никогда не воспринимала тебя как «Джимми Кальдеро». Селкирк велел мне убить человека, который, насколько это меня касалось, никогда не существовал.

– Ах, вот что, – сказал он, рассеянно перебирая клапаны. – Ну, ладно.

– Чем ты недоволен?

– Я-то надеялся, что это просто любовь пересилила внушение.

– Ты серьезно?

– Нет. Не совсем. Но было бы здорово, а?

Она повернулась к нему спиной и медленно, тихо сыграла хроматическую гамму.

– Любовь пересилила внушение? – повторила она. – Может быть… А ты когда-нибудь был влюблен?

– Да. Один раз.

Она на секунду остановилась, потом продолжала играть гамму.

– Понимаю. Джексонвилл, да?

– Тебе кто-то рассказал.

Она мотнула головой так, чтобы он видел.

– Нет. Но я не такая уж дура – когда ветер с нужной стороны, могу кое-что сообразить. И если вижу шрам от старой раны, могу понять, в чем дело. Как ее звали? Не Фанни Пауэр?

– Нет. Алиса Маколиф. Ее звали Алиса Маколиф.

Алиса Маколиф. Имя из перечня.

– А что произошло?

– Ну, она была вроде тебя. Знала больше, чем надо. Была системным аналитиком, заинтересовалась историей. Толкнулась сюда, толкнулась туда и не успела опомниться, как оказалось, что она знает слишком много. Вейл закатила истерику и приказала ее убить, а Кэм послал меня, чтобы я ее предупредил. Мы вдвоем несколько недель прятались в хижине в Скалистых горах, пока Кэм торговался с Советом, чтобы ее допустили к нам, в Убежище. Это были… это были долгие недели, за это время мы хорошо узнали друг друга. Переговоры кончились успешно, все шло благополучно, только Кеннисон забыл отозвать своих псов. Или просто не подумал об этом. Они настигли нас в Джексонвилле.

Он умолк. Она оглянулась на него через плечо.

– И дальше?

– Что дальше? Дальше получилось не так гладко, как у нас с тобой. У нее не было твоего опыта и твоих талантов. Я доверился кое-кому, кому доверяться не следовало, и мы… В общем, кончилось плохо. Давай больше об этом не будем.

– Значит, вот о чем говорила Джейни…

– О чем?

– В тот день, когда привезла нас в Стейплтон. Она сказала тогда, что моя безопасность важнее для тебя, чем для меня. Тогда я подумала, что в этом нет никакого смысла.

– Я тоже в этом смысла не вижу, – сказал он. – Джейни всегда была для меня загадкой. А зачем тебе все это нужно знать?

– Потому что я должна понять, почему вроде бы разумный человек может полезть на Койт-Тауэр безоружным, зная, что там его поджидает вооруженный убийца.

– Тогда мне показалось, что это неплохая мысль.

– Ты действительно способен шутить по поводу самых серьезных вещей?

Он посмотрел на нее и печально усмехнулся.

– Бывают вещи такие серьезные, что иначе нельзя.

– Ты думал, кто там на башне – Алиса или я?

– Дурацкий вопрос. Какая тебе разница? Ведь тебе никакая помощь никогда не требуется. Ты сама по себе.

Она поглядела на Мистера Мяу, протянула руку и почесала ему между ушей. Перед глазами у нее промелькнула вереница лиц. Мама. Папа. Эйб. Морган. Деннис.

– Да, иногда. Бывает, я даже это понимаю. Не у тебя одного есть шрамы.

– Может быть…

Он заколебался, она снова обернулась и посмотрела на него.

– Почему ты никогда не пытался меня поцеловать? – спросила она.

Он удивленно взглянул на нее.

– Я… Джейни как-то меня об этом спросила. Не знаю. А если бы ты меня оттолкнула?

– А если бы нет?

Внезапно Саре пришла в голову невероятная мысль – неужели Джейни подстроила всю эту историю на башне только для того, чтобы заставить их поцеловаться? А если бы они этого не сделали? Застрелила бы она тогда Селкирка? Да нет, что за чепуха!

– Ред, а если бы в заложниках на башне оказался Уолт Половски, ты бы все равно полез на башню без оружия?

Он усмехнулся.

– Ну, может быть, не так резво.

Она рассмеялась.

– Но ты бы все равно это сделал. Правильно, всегда надо делать то, что следует, неважно, ради кого. Загляни ко мне сегодня часов в семь, у нас есть еще одно неоконченное дело. Я человек честный, обед за мной. Джейни обещала допустить меня на кухню. А пока… – Она кивнула на кларнет. – Это ты для красоты держишь или чтобы играть?

Ред посмотрел на кларнет.

– Дай-ка мне ля.

Она нажала на клавишу, Ред извлек ноту, нахмурился и покачал головой.