Чтение онлайн

– И как ваша вера?

– Бог у каждого свой, Андрей. Во всяком случае, я не об этом собирался с тобой поговорить. Я услышал, что твой друг упомянул про какое-то возмездие. Это связано с твоей покойной возлюбленной?

– Я не собирался никому мстить.

– Да ну? – он ухмыльнулся, – Я увидел искру в твоих глазах, когда друг сказал про убийцу. Я так полагаю, в смерти виноват чиновник.

– Ну да, я об это сам сказал.

– Вот тебе совет, сынок. Месть тебе лучше не сделает. Я даже больше скажу, она выйдет тебе боком. Не делай глупостей.

– Я и не собирался…

– Да кому ты врешь?

Слева от священника сидел на столе, вытянув ноги, демон воплоти. Он ждал моего ответа.

– Это же то, чего ты хочешь больше всего. Устроить самосуд над мерзавцем, который потушил последнюю искру в твоей никчемной жизни. Кто знает, может если бы ты пошел с ней, то все могло бы случиться иначе?

Я смотрел на окровавленную маску и не мог оторвать от него взгляд.

– Андрей, куда ты смотришь?

Священник одним вопросом развеял мои галлюцинации.

– Да так, сплю на ходу.

– Работаешь ночью?

– А откуда вы знаете?

Священник взглянул на настенные часы над барной стойкой.

– Сейчас без десяти восемь. Все нормальные люди уже давно на работе. За исключением тех, кто работает ночью и сейчас спит…

Он перевел взгляд на меня.

–…или сидит в баре и болтает с абсолютно незнакомыми людьми.

Его лицо было очень серьезным. Правда, спустя пару секунд он развеял завесу напряжения.

–Да шучу же я! – и засмеялся, – Во всяком случае, мне бы стоило пойти домой, я тут давно сижу. Тебе тоже посоветую.

– Да, пожалуй. Спасибо за компанию. Как вас, кстати, зовут?

– Арсений.

– Всего доброго, отец Арсений.

– Да благословит тебя Господь.

Я спешно вышел из бара, присел на скамейку и принялся делать заметки в свой блокнот:

«Глеб, 26 лет, полицейский под прикрытием.

Возможно, имеет доступ к черному рынку или конфискованному оружию».

Я перевернул страницу.

«Отец Арсений, на вид около шестидесяти лет, бывший священник.

О нем ничего неизвестно, зато ему, похоже, известно много чего…».

Я пролистал свой блокнот. Большая часть его была уже исписана внушительным количеством имен и заметками касательно них.

Мне психиатр посоветовал вести блокнот и заносить туда информацию о новых знакомствах, чтобы я не забывал, когда у них день рождения, какие у них интересы. Со временем я нашел ему другое применение. Я записываю туда любую информацию, которая помогла бы мне выследить убийцу.

Я засунул блокнот во внутренний карман и направился к своему подъезду.

Уже на пороге своего подъезда я вспомнил, что дома закончился хлеб, поэтому было принято решение заскочить в пекарню.

При открытии входной двери звенел колокольчик, который предупреждал девушку о посетителях:

– Доброе утро, Андрей.

– Доброе, Лида.

Лида была моей одноклассницей когда-то. После выпуска из школы ей передали семейный бизнес в виде пекарни. Она с малых лет показала себя весьма хозяйственной особой, поэтому родители даже не мешкали с выбором наследника.

По ней можно было сказать, что она держит булочную: волосы, собранные в хвост и перевязанные белым платком, фартук, измазанный в масле и муке. Сама по себе она была пышной девушкой, природа не обделила её харизмой и формами, но обделила ростом, что, впрочем, общую картину не портило.

– Я за хлебом. У тебя не найдется?

– Какой неуместный вопрос. Конечно! Свежий, теплый – прямо из печи, – она гордо перечисляла все преимущества ее хлеба по пути в дверь за кассой и немного времени спустя вернулась с кульком.

– Как обычно, цена у меня не меняется. Курс евро или доллара не влияет на мою выпечку! – она улыбнулась и протянула его мне.

Я расплатился и, прежде чем покинуть помещение, вдохнул запах свежей выпечки, которым был пронизан каждый миллиметр ее пекарни.

– Спасибо, Лида. До скорого.

– Приходите еще, – ответила она, не отрывая глаз от своей утренней газеты.

Убедившись, что все дела сделаны, я направился к дому.

В подъезде висело что-то вроде доски объявлений, верх которой был обклеен фотографиями кандидатов грядущих выборов. Все, как на подбор – толстосумы с лысиной и несколькими подбородками. Порой удивляюсь, чем руководствуются люди, которые выбирают их на важные посты. Я в честность выборов никогда не верил, поэтому на них и не ходил.

Придя обратно домой и позавтракав бутербродом с чаем, я решил подумать, чем же заняться дальше.

Мои недолгие думы прервал старый друг:

– Аж маешься от того, что делать нечего?

В дверном проеме стоял он. Его взгляд, словно кинжал, пронзил меня.

– Что тебе опять нужно?

– Мне? – он медленно прошел по комнате и сел за стол, – Мне ничего не нужно. Вопрос лишь в том, что нужно тебе.

– Мне нужно, чтобы ты ушел.

– Ага, сейчас. Размечтался.

Я отвернулся к стене.

Человек в маске что-то говорил, но я не слушал его. Под его упреки, словно под колыбельную, я уснул.

Ветер развевал мои волосы, из радио доносились приятные ушам мелодии. Солнечные лучи слепили меня, но это не мешало мне ехать навстречу закату. Казалось бы, что могло пойти не так…