Чтение онлайн

Легко похлопав Угура по высунувшемуся из-под одеяла плечу, Яна ласково позвала:

– Угур, Угурчик, просыпайся! Просыпайся! Мне на работу пора, а тебе, наверное, на учебу.

Угур заворочался, пробормотал что-то непонятное на родном языке и наконец проснулся. Разлепив глаза, он с восхищенным удивлением уставился на Яну. Золотистые ее волосы, которых с утра еще не успела коснуться расческа, как солнечный ореол обрамляли ее небольшую головку.

Угур снова что-то сказал по-турецки и, запнувшись, перевел:

– Похоже на солнечное затмение. Это когда луна закрывает солнце, а вокруг луны, это... огонь... так... как лучи.

– Красиво, - порадовалась Яна не столько описанному образу, сколько восторгу, написанному на лице юноши.
– Ты что, влюбился?
– спросила Яна, заметив, что Угур не может отвести от нее глаз.

– Влюбился... да...
– медленно проговорил Угур и добавил: - Никогда не видел таких красивых, как ты. Ты - мое Солнышко, - вспомнил он предыдущий вечер.

– Вчера ты называл меня по-другому. И всю ночь называл Сесиль. А меня зовут Яна. Я-на, - по слогам повторила она свое короткое имя.

– Хорошо, Сесиль-Яна. Ты - Яна, - с удовольствием произнес он ее имя.

Встав с постели и не думая прикрываться простыней, он обнял полуодетую девушку и стал целовать ее глаза и, зарывшись в пахнущие вчерашним прокуренным клубом волосы, спросил:

– Яна, сегодня мы увидимся? Можно, я приду вечером?

– Сегодня вечером?
– удивилась Яна прыткости случайного ночного спутника. Вообще-то на длительные отношения она как-то не рассчитывала. Ей просто хотелось освободиться от чувства к Вадиму. Что будет потом, она пока не готова была решать... Тем не менее, желание Угура продолжить отношения ей не показалось нелепым. Пожалуй, оно даже было кстати. Мальчик ее не раздражал... пока... И все же она решила "не принимать его слишком большими дозами", поэтому на вопрос Угура ответила:

– Нет, Угурчик, сегодня я занята, мы с сестрой должны пойти по делам, а послезавтра - увидела она его расстроенное лицо - ты можешь прийти к нам в гости.

Лицо Угура сразу просветлело, но он все же с сожалением протянул:

– Долго!..

Яна пожала плечами, улыбнулась и предложила:

– Пойдем завтракать! Время, время, я уже на работу опаздываю!
– и с этими словами выскользнула в ванную.

На кухне Кристина пила свежевыжатый сок грейпфрута и, морщась от горько-кисло-сладкого вкуса, внимательно рассматривала сестру и стройного, красивого парня в джинсах и распахнутой шелковой темно-синей рубашке с поднятым воротничком. Парень Кристине понравился, но больше всего ей понравилась счастливая Яна.

"Молодец какой!
– довольно подумала она, - Как Янку быстро в чувство привел! И как на нее смотрит... Лишь бы она своего, этого, забыла. А с парнем потом подумаем, что делать. Он теперь Янке проходу не даст, - точно поняла она его настроение. Посмотрим..." - еще раз мысленно повторила Кристина. Саму Яну она пока решила ни о чем не спрашивать. Зачем раньше времени тормошить? Уж она-то отлично понимала, что равновесие ох какое шаткое!

Через несколько недель Яна почувствовала, что не может больше без Угура. Парень и впрямь оказался мастером на все руки - забить пресловутый гвоздь, починить кран, поменять прокладку и наладить сантехнику, даже электрика и техника легко подчинилась умелым рукам Мастера Угура Узмана. А уж как он был ласков в постели!.. И в отличие от многих других ребят, окружавших Яну на работе и учебе, никогда не смотрел ни на одну девушку, чему поистине можно было удивляться, учитывая его сильно южный темперамент.

Яна постепенно стала приходить в себя, хорошеть, если так можно сказать о и без того прелестной юной особе. К тому же, Угур был патологически щедр. Конечно, обеспеченный папочка присылал ему достаточно денег, чтобы платить за учебу и не умереть с голоду в дорогостоящей Москве. Угур умудрялся экономить и эти, по московским меркам, крохи, а сэкономленные деньги с удовольствием тратил на Яну. За это сестры радостно кормили его до отвала и берегли, как весьма ценное приобретение. Конечно, купить Яне шубку или бриллианты он не мог, но пару золотых колечек и теплую зимнюю курточку все же купил, а сам продолжал ходить в осенней курточке на шерстяной подкладке. Хорошо хоть, зима была не очень холодная, да и квартирка, в которой он поселился к радости сестер, была прямо рядом с метро; как, впрочем, и его учебное заведение.

В конце декабря Угур принес сестрам пушистую елочку, которую они втроем, шутя и смеясь как школьники, весело наряжали. Единственное, что чуть было не испортило им настроение, это дешевая китайская гирлянда, которая после нескольких минут работы отключалась на треть, а то и полностью. Расстроенные девушки уж было решили выбросить ее и купить новую, но тут проявилось мастерство Угура, которому подчинилась и эта китайская штучка. Он даже подсоединил к этой старой гирлянде какую-то деталь, которая заставляла смешные цветные пластмассовые ежики медленно гаснуть, а потом так же медленно загораться, не раздражая глаз постоянным светом.

А встречали они Новый Год в веселом ночном клубе, где Кристине удалось удачно познакомиться с одним глубоко женатым, но прочно обеспеченным господином, владеющим несколькими не слишком элитными, но от этого не менее прибыльными фитнес центрами. Впрочем, возможно этими самыми центрами на самом деле владела его жена, но дело было не в этом, а в том, что господин всерьез увлекся ослепительной в эту Новогоднюю ночь Кристиночкой.

Через неделю Кристина переехала на арендованную специально для нее уютную квартирку поближе к одному из фитнес центров, куда любвеобильный "папик" Кристины заглядывал не менее двух раз в день...

Квартира сестер осталась Яне и Угуру. Правда, теперь Угур тратил часть получаемых от отца денег на квартиру, отчего поток мелких подарков Яне стал уменьшаться.

Сдав зимнюю сессию, Угур, ни с кем не посоветовавшись, перевелся на заочное обучение и через месяц уже работал простым строителем в одной из турецких строительных компаний, заполонивших Москву. Благодаря своему свободному владению двумя языками, доброжелательному характеру, исключительному трудолюбию и золотым рукам он быстро продвинулся сначала в отделочники, а потом и в бригадиры соплеменников. Теперь Яна и Угур могли вздохнуть с облегчением. Работая вдвоем, они легко оплачивали съемное жилье и редкий вечер проводили дома. В их распоряжении были московские театры, музеи, а в выходные дни они часто веселились в барах и клубах.

Ни одна ночь не обходилась без страстного и счастливого секса, так что Яна почти не вспоминала о Вадиме, до боли любимом, но капризном и прижимистом москвиче... Но однажды, после потрясающей ночи любви Яне приснился сон. В этом сне Яна видела себя лежащей на широкой постели в комнате, залитой солнечным светом, хотя она точно знала, что это ночь. Она увидела, что дверь в ее комнату открывается и на пороге появляется улыбающийся Вадим с каким-то свертком в руках.

– Вадим, что ты здесь делаешь в такой поздний час?
– удивилась во сне Яна.