Чтение онлайн

– Автобус? – повторяет он, но в этот раз в голосе уже слышно смирение.

– Не сахарный, не растаю, – не оборачиваясь, бросаю я.

– Ты неисправим. – Друг догоняет меня и ковыляет рядом, ругаясь себе под нос: – Зачем еще нужны деньги, если не для комфорта?

– Для развлечений, – сверкнув улыбкой, сообщаю я. – А комфорт оставь для моего дедушки.

Серж закатывает глаза, но оставляет при себе все комментарии. Мы подходим к автомату и после трех минут тыканий в экран, сенсор которого безбожно тормозит, мне все-таки удается оплатить два билета.

– Смотри, всего тринадцать евро! Сколько там «убер» насчитывал? – с наигранным энтузиазмом спрашиваю я.

– Восемьдесят… – бубнит мой друг.

– У нас останутся деньги на мороженое и «Макдоналдс».

Если бы Серж мог убивать взглядом, я бы уже валялся окровавленным на полу аэропорта. Причем, наверное, на этом он бы не остановился и для пущего эффекта поскакал на моем трупе, чтобы точно удостовериться в моей смерти.

– И через сколько приедет твой волшебный автобус? – продолжает возмущаться Серж.

Я поднимаю голову и читаю информацию на табло:

– Три минуты, чувак. Считай, что нам повезло.

Вокруг выхода к автобусу собралась многочисленная толпа. Людей так много, что нет никаких сомнений в том, что мы действительно везунчики. В отличие от нас они явно ждут не три минуты, а гораздо дольше. Гул голосов, запахи, родители с маленькими детьми, скучающие подростки в телефонах и дамочки бальзаковского возраста, которые, поправляя очки, поучают окружающих, будто им больше всех нужно, придираются к любой мелочи и устраивают из нее проблему вселенского масштаба, причитая, что обязательно напишут жалобу куда надо. В Америке таких называют Карен. Интересно, как бы могли назвать такой тип женщин во Франции? Я оглядываю эту толпу и думаю: «Жизнь как она есть».

– Мест на всех не хватит, – недовольным тоном констатирует мой друг.

– Ничего страшного, постоим, – пожимаю я плечами и встаю в очередь.

– Два часа?! – шипит он. – Постоим до самого города?

– У тебя проблемы с поясницей, о которых я не знаю? Или с коленями?

И вот опять очередной убийственный взгляд летит в мою сторону. Я улыбаюсь, демонстрируя все имеющиеся у меня зубы.

– Относись к этому как к приключению.

Серж молча показывает мне средний палец.

Автобус подъезжает, народ ломится внутрь. Мы заходим последними. А точнее, втискиваемся в массу, состоящую из человеческих тел и запаха пота. Перед Сержем стоит огромный черный мужчина, который угрюмо посматривает на него. Очевидно, мой друг наступил на ногу не тому человеку.

Всю дорогу до Парижа нас качает от одного тела к другому, а этот мужчина все так же прожигает Сержа угрюмым и злым взглядом. Мой друг весь сжался и пытается отстраниться как только можно, вот только места нет вообще. Когда мы наконец доезжаем до Оперы и вываливаемся из автобуса, Серж со всей силы бьет меня по плечу:

– И чего ты добивался, умалишенный?!

– Теперь прыгаем в метро? – весело спрашиваю я.

– Какое, к черту, метро? Я вызываю такси. У меня рука отваливается. – Он показывает на свой огромный чемодан и продолжает кричать: – Ты представляешь, каково это – спускаться с этим в метро? Наше метро не предназначено ни для чего! Ни для обыкновенной комфортной поездки, ни тем более для поездки с огромным чемоданом!

– Тише, приятель, – смеясь, успокаиваю я. – Поедем на такси, тем более оно нас уже ждет.

Я указываю подбородком на угол улицы, где припарковал свой Peugeot Лео. Серж на мгновение замирает, а потом из него, как из автомата, вылетает неконтролируемый поток восклицаний.

– Чувак! Вот так сюрприз! Ты тут?! В Париже?! – орет он на всю улицу. – Я думал, ноги твоей не будет в столице!

– Уже жалею, что приехал, – со смехом отзывается Лео. – Только сошел с поезда, а тут мусор повсюду, люди грубят и прочие радости жизни. Скажу честно, не скучал!

Лео изменился. Он больше не пепсикольный мальчик-красавчик. Он стал более взрослым, даже более зрелым. И почему-то выглядит грустным. Я ловлю его взгляд и искренне благодарю:

– Спасибо, что приехал…

Я позвонил ему вчера и рассказал, что возвращаюсь во Францию. Он был рад. Услышав, что я все-таки пойду на свадьбу Эстель, Лео обрадовался еще больше. Сказал, что это решение взрослого, уверенного в себе человека. А мне захотелось послать подальше его и его психологическое образование, которое он сейчас получает, одновременно продолжая работать в специализированной школе для сложных подростков.

– Не за что, – отвечает он. – А теперь иди сюда, полапаю звезду и мечту миллионов, – подтрунивает мой лучший друг и крепко меня обнимает.

Так хорошо вернуться домой! К людям, которые любят тебя просто за то, что ты есть.

– А звезда-то крепкая на ощупь! Сразу видно, следит за собой и не пропускает ни одной тренировки. Это чтобы на фотосессиях сниматься без футболки? – заливаясь смехом, издевается он, намекая на обложку моего первого альбома. Лейбл решил, что надо привлекать не только музыкой, но и всеми исходными данными. Да-да, именно так сказала Саманта из Лос-Анджелеса, главный менеджер проекта.

– Заткнись. – Я пихаю его в бок.

– Давайте загружаться, – говорит он и открывает багажник.

– И все-таки ты засранец! Почему не сказал, что Лео будет нас встречать? – пыхтит Серж.

– О том, что вас надо встретить у Оперы, я сам узнал два часа назад, – откликается последний.

– Этот ненормальный решил, что поехать на автобусе – отличная идея, – жалуется Серж. Но не получает должного сочувствия от Лео.

– Что, Серж, больше не разъезжаешь на автобусах?

– Да ты сам машину купил! – тыча пальцем в темно-синий Peugeot, оправдывается мой агент и тут же меняет тему: – Короче, ну вас. Я чертовски голоден. Надо срочно что-то съесть.