Варела
Шрифт:
— Пешком идти собрался?
— Так точно.
— Опять полдня проболтаешься,… Ты вот, что… там Лукьянов у входа простаивает, давай сгоняй с ним. Скажешь, что я велел, — произнес Кудряшов и пошел к себе.
— Спасибо, Олег Алексеевич, — обрадовался Краевский, и, закрыв кабинет, поспешил на выход. А на лице его сама собой расцветала улыбка. Кажется, Полкану понравилось, как он подошел к делу, и хоть поругал для виду, но вот машину дежурную дал в морг съездить. Класс!
Воодушевленный Краевский запрыгнул в потертую четырку, и поехал в морг.
— А что, Степаныч, не слышал, что про ночное землетрясение говорят?
— Да, как не слышал? По всем каналам одно и то же талдычат…. Надоели уже.
И Степанович повернул ручку приемника.
— По сообщениям СМИ, внезапная сейсмическая активность вызвана вспышками на солнце, и сильной магнитной бурей. Землетрясения на Урале, и на Алтае, существенных уронов не нанесли, поскольку эпицентры находились в малонаселенной местности. Пострадала часть высоковольтных линий. Более пятидесяти тысяч населения остались без света… …
— Вот как-то так, — произнес Степаныч, и выключил радио.
— Понятно, — кивнул Сергей, и хоть ему ещё хотелось послушать новости, настаивать на включении радио не стал.
Наша Земля оказывается, такая маленькая, такая беззащитная. И неужели люди никогда не научаться жить на ней в мире? — Подумал я, рассматривая голубую планету, большей частью закрытую белыми облаками. Неужели никогда не поймут, что у нас по большому счету один дом? И люди это одна большая семья… многочисленная, но семья. И какие бы не были ссоры и разногласия между членами, несогласным некуда уходить, нет ни другой семьи, ни другого дома …
Не знаю почему, но на Марс я не попал, как планировал, а оказался на Луне с книгой в руках. Наверное потому, что она отсюда… Эта книга. И для подтверждения своей догадки, я выдрал первую страницу из книги, а затем задумчиво порвал её на мелкие кусочки. Кусочки подбросил вверх. И они неохотно, медленно, словно пушинки тополиного пуха стали опускаться на поверхность.
Проводил их взглядом, а потом посмотрел на гостеприимно распахнутую дверь-люк у странного сооружения, похожего на разрушенную башню средневекового замка. Это если присмотреться вблизи — башню, а сверху из космоса наверняка выглядит, как оплывший каменистый холм. Ладно. Раз книга отсюда, пойду, познакомлюсь с автором… Может автограф даст…
На обратном пути из морга Краевский слушал радио в машине и слышал через слово. Ему уже не интересно было, что после землетрясения, цунами смыло Мальдивы, что пострадала Япония, и Курилы, что Лос-Анджелес не хило подтопило, и оказались затоплены хранилища Эрмитажа. Конечно, жаль людей, жаль картины, да и дельфинов выброшенных на сушу жаль. Но себя было не в пример жальче…. Вот с какими глазами, он сейчас должен докладывать Кудряшову, что покойный Колдун ушел из морга?
Рассказать то, что ему поведал санитар со свежим перегаром? Что за трупом пришел домовой? Высокий, весь седой. Волосы — Во! Усища — Во! Борода — Во! (санитар жестом показал по пояс). Домовой подошел к трупу, сказал ему: «Вставай. Пошли». Тот послушался, встал, и пошел. И домовой увел труп прямо через стену. Только бирка покойника на полу осталась. Санитара уже увольнять собрались по поводу белой горячки. Вот, что спирт неразведенный с людьми делает! Покойники у него самовольно прозекторскую покидают!
Но всё это ладно. Как же всё-таки странно устроен человек? Ещё вчера Сергей был расстроен тем, что Колдун мертв, и дело закрыто. А сегодня он не меньше расстроен, что Колдун жив и его опять надо искать. Искать непонятно где. … Хотя…. Если подумать, то он обязательно придет на свои похороны… Тьфу, блин! Какие похороны? К жене он по любому должен заявиться и сообщить, что живой. Вот там его и надо брать! — Подумал лейтенант, и приободрился. Хотя брать его никто не будет. Но Олегу Алексеевичу это предложение надо озвучить однозначно.
Глава 5
Олег Алексеевич, бесстрастно выслушал информацию предоставленную подчиненным, и ожидания подчиненного не оправдал, не было ни грома, ни молний, ни собачьего рыка, за что собственно Кудряшова «полканом» и прозвали. Он как всегда ничему не удивлялся, и не возражал. Проходят сквозь стены, так проходят. Ожил, так ожил. И помимо ожиданий лейтенанта, о том, что следует установить наблюдение за женой покойного… тьфу, бывшего покойного Колдуна. Одним словом, это предложение полковник почему-то игнорировал. А произнес следующее:
— Тут у нас в районе, у деревни Шубенки появилось некое племя…., - Олег Алексеевич посмотрел в свой блокнот, — численностью 353 человека. По виду цыгане. По документам…. Нет у них никаких документов. И самое интересное, ни слова не понимают по-русски. Где и как они могли перейти границу в полном составе и такой численностью непонятно. Их там участковый и два взвода из МВД пока держат…. Сдается мне, что это нашего подопечного работа. Поэтому ты сейчас лейтенант возьмешь переводчицу нашу и полюбившуюся тебе машину Степаныча и поедешь в Шубенку. Надо это дело прояснить… Вопросы есть?
— Никак нет. Разрешите идти?
— Валяй, — кивнул, полковник и, потеряв к подчиненному интерес, стал рассматривать свои записи в ежедневнике.
Краевский вышел, и уже не увидел, что произошло дальше. А дальше Олег Алексеевич нажал кнопку на селекторе. В трубке отозвались:
— Слушаю.
— Старостин, хорошо, что слушаешь. … Давай ко мне.
Когда капитан Старостин прибыл, то был снабжен фотороботом Колдуна, и фото его супруги. А далее, получил указание, установить круглосуточное наблюдение за квартирой номер 8, в доме номер сорок четыре по улице Гагарина. Попутно отслеживать дачу в дачном поселке Заречном, и квартиру некого С. Завадского.