Чтение онлайн

Стоило выпрямиться и сделать шаг, как со стороны улицы хлестнул плотный залп. Пули свистнули у головы, Катя сделала с места прыжок в стиле тушканчика — олимпийского чемпиона. Укрылась за стеной сарая, перемахнула через забор. Перебежала под деревьями — в ствол немедленно стукнула пуля. Да, что ж такое?! Нашли козу отпущения.

Зигзагом проскочила дворик. Повезло — выстрелы бахали кругом, но как-то неопределенно. Может, есть еще в кого пострелять, кроме несчастной девушки? Сержант манером того же призового тушканчика влетела в темную подворотню. Впереди арку перегораживали запертые на ржавый замок ворота. Херово, он-то как-то здесь прошел? Или не здесь? Ага, под воротами щель.

Надо думать, пану Куле было легче — размер груди чуть иной. Маузер чудом живот Кате не проткнул, хорошо еще, под блузкой оружие надежно держится. Черт, и бок болит. Видно, зацепило там, в бывшей переговорной. Блузка красным набрякла. Перевязать бы…

Вот он, тот двор. Вот оно, окно. Как даст сейчас беглец в лоб из двух стволов. Катя перекатилась к стене — окно молчало. Пыльный переплет аккуратно выставлен в приямок, все тихо, мирно. Даже за спиной постреливают как-то неуверенно. Точно — без вас, товарищ сержант, всякий азарт у людей мигом пропадает.

Катя ввалилась в подвал, откатилась в сторону. Выставила маузер… Тихо, прохладно, сквознячок приятный, грибами попахивает. Нет его здесь. Ушел.

Стараясь не топать туфлями (ну просто чудовищно неподходящие шузы, как специально подсунули), прошла в коридор. Задела головой пустой электрический патрон — лампочка давно вывернута. Пусто, ни лампочек, ни света, ни пана Кулы. А был здесь, был, вон как порохом попахивает.

Катя дернулась, разглядев в углу темное. Нет, не он. Шмотки его. Шаровары, ремни с подсумками и ножом, две кобуры, папаха. Скинул шкурку предводитель идейных гайдамаков. Трогать шмотье не будем, мог и сюрприз оставить. Хотя на устройство сюрпризов ему бы время требовалось. И на переодевание. Где-то рядом хлопец. Вот досада. Чтоб ему триострый герб да в анус вонючий….

Куда делся? Если переоделся, скорее всего, не в щель решил заползать. Легализовался, с документами у него наверняка полный порядок. Рядом, он рядышком. Бабуин павиановый. Будет сегодня удача или как лбом в стену?

Проход нашелся, Катя запрыгала по ступенькам, совершенно не удивилась тому, что дверь отперта. Подъезд, лестница с отодранными на топливо перилами, проходной двор… Катя успела увидеть выглядывающие из-за двери головы. Метнулась туда.

— Господа, господа!

Дверь моментально захлопнулась, слышно было как ее торопливо закладывают чем-то массивным.

— Господа, откройте на секундочку.

— Отойдите! — голос дрожащий. — Мы уполномочены домовым советом самообороны. Имеем полное право стрелять.

— Да ради бога. Только не в одинокую безоружную женщину, — маузер Катя по-детски спрятала за спину. — Вы мне только скажите. Мы здесь с братом потерялись. Не видели, куда он побежал? Он такой молодой, симпатичный. Вот прямо сейчас здесь был.

— Поручик? Чернявый такой невысокий?

— Он! Пусечка мой! — в восторге пискнула Катя. — Куда он, дурачок, побежал?

— Да он прямо на Кузнечну выскочил и направо свернул, — охотно объяснили из-за двери. — Буквально минуту назад. Догоняйте, барышня, догоняйте.

Катя вылетела на улицу. Улица Кузнечная оказалась просторной, цивилизованной. Бежать одно удовольствие, если бы еще бок так не пекло. Катя проскочила мимо тумбы со свеженькими приказами Главнокомандующего, подробно разъясняющими истинный смысл переговоров с большевиками. Улица была пуста. Свернул, гад.

Катя выскочила на перекресток. Дальше, где переулок выходил на параллельную Рыбную улицу, у развернутой поперек проезда телеги, стоял патруль под командой прапорщика-алексеевца. Клево! Встревоженный прапорщик беседовал с улыбчивым взъерошенным поручиком-артиллеристом.

— Караул! — взвыла Катя. — Держите его! Серьги мои унес, негодяй!

Прапорщик оторопело уставился на несущееся к патрулю создание, резво перебирающее красивыми ножками в черных, почти целых чулочках. Существо было жутко растрепанное, с закопченным лицом, в блузке с расплывшимся на боку кровавым пятном. Рядовые неуверенно качнули штыками. Катя понимала, что особого доверия сейчас не внушает. Какие уж тут серьги.

Но теперь у пана Кулы не выдержали нервы — он коротко ударил прапорщика в печень, без труда вышиб винтовку из рук солдата, перекатился через телегу и кинулся прочь. Двое патрульных вскинули винтовки, — беглец на ходу обернулся, в руке его был парабеллум. Часто захлопали выстрелы, — бил пан Кула точно, — один из солдат выронил винтовку и повалился на булыжник, остальные присели за телегу. В следующий миг через телегу с воплем "Контрразведку сюда!" перелетела бешеная девка.

Пан Кула бежал зигзагами, опасаясь пули в спину. Катя стрелять не собиралась — живой нужен. По правде говоря, контрразведка при намечающейся доверительной беседе лишней будет. Про нее вспомнила исключительно чтобы самой пулю между лопаток не схлопотать.

Беглец обернулся. 'Нет, шалишь, выцеливать нас не нужно' — Катя с разбегу покатилась по булыжнику. Одна пуля свистнула над головой, вторая чиркнула по камню. Катя выстрелила из маузера. Пан Кула пригнулся и рванул дальше.

Падение порядком вышибло из Кати дух, — бок жгло так, что хоть ори. Неужели проникающее? Ладно, потом.

Пан Кула выиграл метров тридцать, пока Катя разлеживалась. Умеет бегать, подлец. Улица пуста, впереди площадь. Ничего, мы тебе еще фору дадим. Катя скинула туфли. Прощайте, чулочки.

Камни были еще теплые, нагретые за день. Курорт. Осталось поднажать.

Выскочили на площадь. Пан Кула перебежал через трамвайные рельсы — прогрессивный транспорт в городе давно уже не ходил. От набережной раздалось что-то вроде "стоять, стрелять будем!". Да идите на хер, пробежаться людям не даете. Пан Кула обернулся, выстрелил. Катя вильнула в сторону, пули не услышала. Нервничать начинаем? Рука-то уже не та. И фору ты уже профукал.

Тут, совершенно несвоевременно, ударил пулемет с набережной. И беглец, и Катя синхронно покатились по мостовой. Нет уж, под огнем "максима" по площади бегать дураков нет. Пулемет умолк, от набережной снова закричали, что-то приказывая. Катя толком ничего не разобрала, — то ли вата из ушей после взрыва не до конца рассосалась, то ли дикция у командира пулеметчиков вовсе поганая. Зато пан Кула и не думал прислушиваться — рванул к парапету, нырнул за ступеньки аптеки. Пулемет вновь резанул по мостовой, Катя ткнулась подбородком в булыжник, пытаясь не упустить из виду ступеньки, прицелилась — нет, в любом случае не уйдешь, пане пацюк.