Чтение онлайн

Все вышеописанное происходит в каждой реальности и в каждом пространстве, которых великое множество. И точки их соприкосновения с временем и действительностью, в которой обитаем мы, называются Перекрестками. Как кладбище захолустного городка Десото в Луизиане, как одно частное поместье в Провансе, и как еще многие-многие места нашей, в общем-то, небольшой планеты…

Ограничений по площади у Перекрестка нет — он может оказаться даже на паре лестничных маршей типовой многоэтажки сумасшедшео мегаполиса. А Правило одно — у Места всегда должен быть Хозяин. Или — Хозяйка. Которые до поры живут себе обычной, ничем не примечательной жизнью, пока не нарушается Великое Равновесие и не смещается Ось Мира. Тогда, потревоженный дрожью Вселенной, Перекресток оживает, заставляя параллельные реальности вновь соприкоснуться в одной точке пространства и времени, и призвать того, кто не знает различий между «хотеть» и «мочь» — Мастера Руны Кано. Создателя новой реальности для старого мира.

Мистерия рун прихотлива и недоступна логике смертных. Хрупкое беззащитное дитя выбирается Руной для воплощения. И нет Силе дела до того, что ребенок может быть рожден вне реальности, требующей изменения, до чувств и жизни матери, у которой отбирается дитя, ни до самой личности новорожденной.

И — да, воплощением этой Силы может быть только женщина. И только женщина — мудрая, могущественная, наделенная знанием Хозяйка Перекрестка, может помочь младенцу выжить и стать способной справится с Предназначением.

Такой женщиной в Десото была Брианна Кук — ценой своего бессмертия, выкупившая живой кулечек у Темного торговца межвидовыми фриками. Даже утратив свою земную оболочку, Могущественная Пра, все равно следила за своей названной внучкой, помогала, когда позволяли.

Но избавить избранницу от собственных ошибок она уже не могла…»

Хотеть — значит мочь. Глава 4.

Следи за осанкой:

мир не должен лежать на твоих плечах —

он должен быть у твоих ног.

Разговор с Цинной был… неприятным.

Первый же его вопрос завел так и не отдохнувшую Олив просто с пол-оборота. Арн попытался было остановить своего Создателя, но — не успел, и теперь сидел со всеми на диване гостиной, молча кусая губы и морщась.

— Все возвращается на круги своя, милый мой Посредник. И я снова задаю старый вопрос: кто ты? — ласково спросил возвращенный Патриарх.

— А ты? Почему ты решил, что имеешь право спрашивать с меня здесь — в моем доме?! — вспыхнув щеками, парировала девушка. — Ты вернулся. Но где ты был и самое главное — кем?

— Зубастая феечка, — вздохнул Цинна. — Но ведь сейчас ты меня прочитать не можешь?

— Не хочу, — поправила Олив. — Потому что устала. И потому, что не шарю по чужим мозгам из досужего любопытства! Что-то еще, или уже отпустишь? Я едва стою на ногах.

— Но это я как раз и хотел обсудить. Почему ты не поставила меня в известность, что возвращаешь Одри?

— Потому что здесь, — девушка выделила последнее слово, — мы живем по правилам Перекрестка, а не по твоим, Цинна. Если уж решил отказаться от лидерства — будь последователен. Здесь нельзя организовать вампирский кампус, даже самый продвинутый. Потому что Перекресток не допускает вампиров на свою территорию. И ты сам знаешь, что теперь здесь нет вампиров в обычном понимании. Ты ведь первый из них решился на полный апгрейд, причем, самым жестоким способом, — не удержалась Олив, — как последний мазохист!

Арн схватил ее за плечо.

«А хотел заткнуть мне рот, как тогда, когда в качестве десерта дарил древнему упырю?» — сверкнув глазами, дернулась от него девушка. Но тут же взяла себя в руки, произнеся вслух:

— Прошу прощения, — она глубоко вздохнула и тряхнула головой, словно отгоняя сон. — Я, правда, очень устала — мне нужно восстановиться.

— В чем же дело? — удивился Цинна. — Нет ничего лучше пары капель активного напитка двухтысячелетней выдержки!

Он протянул запястье.

— Цинна, — Арн покачал головой.

Олив сначала оторопела, потом рассмеялась.

— Лучше обсудите этот скользкий момент с Арном. А я пойду, отдохну. И успокойтесь — я не читаю ваши мысли, это скучно! Но если понадобиться общаться без слов, мы сможем это сделать.

Она поднялась и направилась к лестнице наверх. Потом обернулась, словно что-то вспомнив, и произнесла:

— Любые правила и обещания действуют, если моей жизни не угрожает опасность. Или тем, кого я люблю… Разве у вас не так?

***

— Моррис, похоже, что это не мой мир…

— Он просто оказался не таким, каким ты всегда его представляла.

— Ты что ли его представлял таким?

— Да уж… В Десото я согласился на вампиров, фейри, вервольфов и оборотней. А оказалось, что есть еще ведьмы, колдуны, драконы, куча разнообразных гибридов и какие-то предвечные, которые вообще никуда не вписываются!

— Мы теперь тоже никуда не вписываемся.

— И поэтому за нами будет охота?

— Почему — «будет»? За мной охота никогда не прекращалась. Сейчас просто маленький отпуск… похоже, организованный Центром.

— А это правда, что говорила Одри?

— Что именно, Моррис?

— О том, что AVL существовала при поддержке Центра, а сам Центр организован Предвечными?

— Допускаю такой вариант. Учил-то меня здесь Марк. А как он мог быть одновременно Главой вампирской власти и моим Наставником? Темная это история… Одри и Арн говорят, что Потрошитель убил Корнелиуса у них на глазах. А я не верю.

Она помолчала.

— Понимаешь, у меня связь со всеми, чью кровь я пила, и кто пил мою. С Маркусом тоже произошел обмен, но не напрямую — мне добавили его вампу в напиток тайком, а он воспользовался одним из моих образцов. Так вот, когда Арн прикончил Потрошителя — а тот попил моей кровушки прилично — я испытала такое странное и приятное чувство… освобождения что ли. Как будто я сбросила тяжелый груз! Ничего похожего в тот момент, когда якобы убили Корнелиуса, я не ощутила.