Варианты стихотворений

По небу тихо пролетая,

Теплом и негою дыша,

Ты, ночь полуденного края,

Неизъяснимо хороша…

Полна томительным желаньем,

Ты гонишь сладостный покой

Каким-то страстным ожиданьем,

Какой-то грешною мечтой.

9 — 11 Как ст. 5–7 окончательного текста

Как легкой дымкой, обвита.

13–19 Как ст. 9 — 15 основного текста

20 Ты ждешь ли ясного рассвета,

Чтоб он, сияя красотой,

Предстал как юноша влюбленный,

Как царь в короне золотой,

В порфиру света облеченный.

25–30 Как ст. 17–22 основного текста

И лоно пышное зажег

Могучим зноем поцелуя;

И беззаветно предалась

Ты ласкам друга молодого,

В лобзаньях пламенных слилась

С лучами утра золотого,

Чтоб в них исчезнуть ты могла,

Чтоб в страстной неге изнывая,

О, ночь полуденного края,

40 Ты в блеске солнца умерла…

Зачем же, полон мрачной думы,

Стою, поникнув головой,

Питомец Севера угрюмый,

Так безучастно пред тобой?..

Иных ночей краса иная,

Безлунных северных ночей

Картина вечно дорогая

Возникла в памяти моей.

Не юга пламенные ласки,

50 Не роскошь неги молодой,

Не ослепительные краски

Здесь дышат прелестью живой.

В ней все так просто и стыдливо,

Так непорочно и светло,

Как девы скромно-боязливой

Невинно-гордое чело.

Живые грезы вереницей

Порой рождалися во мне,

О ночь над северной столицей,

60 В твоей глубокой тишине

Я разгадал душой печальной,

Зачем, уныла и бледна,

Ты красоты многострадальной

И думой скорбною полна.

Над царством вьюг и непогоды

Лесов дремучих и болот

Свершая тихий свой полет,

В чертах болезненной природы,

Как отпечаток долгих мук,

70 Как ожиданье близкой казни, —

Следы унынья и боязни

Повсюду видишь ты вокруг.

Огромный город пред тобою

Лежит, закутавшись в туман;

Над тихоструйною Невою

Уснул гранитный великан.

Ты видишь там нужду и горе,

Болезни, голод и порок,

Страстей клокочущее море

80 И слез неведомых поток,

И гибель жертв неисчислимых

Под гнетом рабского труда,

И ужас пыток нестерпимых,

И бездны муки и стыда.

О ночь! с тех пор, как увидала

Ты столько горя на земле,

Над ней ты тихо тосковала,

Ее ты нежно обнимала

С глубокой грустью на челе.

90 С тех пор являлась ты печальной,

С тех пор задумчиво бледна,

Ты красоты многострадальной

И кроткой жалости полна.

Не видел я, как в ночи юга,

В тебе вакханки молодой;

Ты, незабвенная подруга,

Была мне любящей сестрой.

В твоем серебряном просторе

Я жадным взором утопал,

100 Родную скорбь, родное горе

В тебе я радостно встречал.

В чужом краю не забываю

Унылой прелести твоей,

Тебе хвалебный гимн слагаю

В тиши полуденных ночей.

Неси же, песнь, быстрее птицы

Привет далеким берегам,

Твердыням северной столицы

И милым северным ночам!

Пойми же, наконец, пойми: я не хочу,

О женщина, признать твоей жестокой власти.

Возненавидеть гнет безумной, дикой страсти

И презирать тебя я сердце научу.

Нет, я не дам тебе смеяться надо мною,

Как воду, пить струи моих горячих слез

И с резвым хохотом небрежною рукою

Ощипывать цветы моих заветных грез.

Ты слышишь ли? Топтать тебе я не позволю

10 Все, что есть лучшего и честного во мне:

Я сброшу цепь твою, и вырвусь я на волю,

И выкупаю грудь в божественном огне;

Туда, где больше нет твоей палящей бури,

Где правда и добро в победный гимн слились, —

Туда, по ступеням сияющей лазури,

Я подымусь в эфир на солнечную высь…

Чего, скажи, чего ты от меня хотела?

В тебе мне гадко все: улыбка, жемчуг зуб

И жгучий аромат изнеженного тела,

20 И знойный мрак волос, и пурпур влажных губ.

О, я сорву с тебя презренную личину!

За миллионы жертв, за муки, смерть и зло

Я в это наглое, прекрасное чело

Проклятье бешеное кину!..

25–26 Как ст. 1–2 основного текста

Что ж делать мне? Увы! восторженный напев

28–29 Как ст. 4–5 основного текста

Тебе, о женщина, одна любовь звучала,

31–44 Как ст. 7 — 20 основного текста

Позволь мне только лечь у ног твоих, в пыли,

Чтоб гордый взгляд ловить, надеясь и ревнуя.

В тебя я верую, тебя боготворю я,

Молюсь тебе одной, владычица земли.

Измучь меня тоской, обидой и позором, —

50 Я не дерзну роптать, по лишь упиться дай