Варшава
Шрифт:
– Это понятно, я взял ваши прайсы, но мне надо посоветоваться с компаньоном – я один такие решения не принимаю.
У стендов тусуются пенсионеры, студенты и люди из турфирм. Многие берут рекламные проспекты, суют в сумки.
Толстая тетка в пальто читает нашу листовку, бубнит под нос:
– Дороговато, дороговато… Мы, все-таки госслужащие.
Серега шепчет:
– Знаю я таких – сидят на взятках и еще ноют…
Тетка складывает листок вчетверо, кладет в карман.
Появляется толпа пацанов лет по шестнадцать. Серега говорит:
– Эти – из сто второго училища, здесь рядом. Знают, что сегодня последний день, будет презентация.
– Что значит – презентация?
– Будут наливать на халяву.
– Серьезно?
– Да, примерно в три часа.
Рядом с шефом – лысый мужик в расстегнутой дубленке и синем спортивном костюме.
– Володя, Сергей – для вас важное задание. Надо проводить партнера с Украины в гостиницу «Беларусь». Он на машине, но водитель не знает, как проехать. Решайте, кто из вас поедет. Или вдвоем?
– Вдвоем, – говорит Серега. Он шепчет мне на ухо:
– Как раз успеем до презентации.
Подходим к забрызганной грязью белой «волге». Мужик садится рядом с водителем, мы – на заднее сиденье. Серега говорит:
– Сейчас прямо, до поворота.
Машина трогается. Серега спрашивает лысого:
– А что это вы на «волге» ездите?
– А на чем надо?
– Ну, на «мерседесе» каком-нибудь, в крайнем случае – на «БМВ».
– На «мерседесе» скоро любой колхозник будет ездить. А «волга» – это всегда «волга», видно, что не кто попало едет, а солидный человек.
Две девушки в коротких юбках разливают вино в пластиковые стаканы. У одной на белой блузке – розовое пятно от вина. Пацаны из училища проглатывают вино и встают в очередь за новой порцией. Ожидая, они рассматривают ноги девушек.
Мы с Серегой стоим со стаканами в стороне. Я спрашиваю:
– На фига нашей конторе эта выставка? Мы что-нибудь выигрываем?
– Сказать тебе честно? Ничего. Триста баксов на ветер, зато боссу радость: отметился, показал знакомым, что фирма еще не развалилась.
– Какого числа обычно зарплата?
– Официально – в первый день месяца, вчера должны были дать за ноябрь. Но босс всегда задерживает. Сейчас, как будто, из-за выставки, в следующем придумает новую отмазку. Ты с какого числа работаешь?
– Со второго.
– Уже целый месяц… Ну и как, не думаешь пока свалить?
– Да некуда, в общем. Хотя я и заколебался факсы отправлять – это любой может сделать, здесь язык не нужен, ничего не нужно. Обезьяну посади – и она будет отправлять.
– Я же тебе говорил – он тебя взял ради своих понтов…
– А чего он тогда все время базарит – «расширение бизнеса», «новые проекты»…
– Лажа это, ничего не будет. Чтобы сделать нормальный проект, нужны партнеры. А этот его партнер – мудак. Друг босса институтский. Два года назад открыл фирму – торгуют автозапчастями, причем торгуют по мелочи, потому что идиоты. Сейчас на этом знаешь, как можно раскрутиться? А они сидят, копейки зарабатывают. У него была пара тысяч баксов свободных – он сунулся к боссу, давай буду «инвестором». Надо ж понтонуться…
Людмила говорит:
– Володя, шеф зовет – получи зарплату.
Она держит пачку тысячных купюр. Я отодвигаю стул, встаю.
Шеф сидит за столом с чашкой кофе, в пепельнице дымится сигарета. Окно приоткрыто, в него затягивает холод. Он рассматривает меня, наморщив лоб.
– Ну что, Володя, первая зарплата? Понимаю, какая радость у тебя внутри по этому поводу, и полностью разделяю. Хотя должен сказать, что свою зарплату ты пока не отрабатываешь. Это, так сказать, аванс, и я, хоть и не хочу омрачать твою радость, но все же тебе об этом напоминаю.
– Ну, это же не только от меня зависит… Проекты, про которые вы говорили, пока не работают…
– А вот в этом ты не прав. Я сейчас скажу тебе одну важную вещь: всегда надо начинать с себя. Не надо смотреть на других, кто как работает, у кого как получается – и так далее. В первую очередь – на себя. Это я тебе по-хорошему говорю, не в обиду – как старший товарищ, можно сказать.
Он вынимает из кармана пачку «зубров», отсчитывает, пододвигает ко мне открытую общую тетрадь.
– Распишись вот здесь.
Я расписываюсь на засаленной странице, против своей фамилии.
– Спасибо.
– Пожалуйста. И помни, что я тебе сказал.
Дверь в обменник – рядом с магазином «Кристалл».
Над окошком надпись от руки – «долларов нет». Выхожу на улицу. У входа тусуются три быка в пуховиках и высоких кроссовках «Reebok». Один спрашивает:
– Что, купить хочешь?
– Да.
– Сколько?
– Двадцать.
– По четыре сто.
– Хорошо.
Он достает калькулятор, считает.
– Это будет восемьдесят две штуки.
Я вытаскиваю пачку, отсчитываю восемьдесят две купюры, протягиваю быку.
– Не-е. Ты давай сам считай, а то скажешь потом, что я наебал. Во – могу показать баксы.
Он достает из кармана потертую двадцатку, мнет пальцами. Я по второму разу пересчитываю деньги. Пальцы мерзнут, не слушаются. Бык загибает края у двадцатки.
– Мент! – орет он и прячет купюру.
Я резко прячу деньги в карман, оглядываюсь по сторонам. Мента нигде не видно.