Шрифт:
I
– Какой-то это странный класс. Вот, не перестаю удивляться, – сказала Лариса Викторовна, войдя в учительскую и с размаху усевшись на длинный коричневый диван, издавший кряхтящий звук, – После урока с ними у меня всегда болит голова, да так, что аж в ушах звенит.
В учительской было лишь несколько человек. За неплотно прикрытой дверью был слышен шум обычной школьной перемены.
– Вы про кого? – вставая, чтобы плотнее закрыть дверь, уточнил Дэн Константинович, всеми обожаемый учитель истории и обществознания, официально сокративший свое имя в честь Дэна Брауна 1 .
1
Дэниэл Герхард (Дэн) Браун (англ. Dan Brown) – американский писатель, журналист, музыкант. Из-под его пера вышли такие бестселлеры, как “Ангелы и демоны”, “Код да Винчи”, “Утраченный символ” и “Инферно”, рассказывающие о тайных обществах, символике, заговорах. (здесь и далее примечания автора)
– 7 “Б”, – вздохнула Лариса Викторовна, потирая виски. – Я двадцать лет веду физику у половины старшей школы, но никак не пойму, что не так с этим классом!
– Вы тоже заметили? – Стройная и улыбчивая Ирина Кирилловна, учитель географии, отставила кофе с молоком в сторону и полезла в сумочку за таблеткой от головы для Ларисы Викторовны. – Я думала, что только я устаю от уроков в такой тишине…
Тут голову от проверки тетрадей с лабораторными работами оторвала одетая в эффектное платье со змеиным принтом Елена Маратовна, учитель химии и биологии.
– Точно, дело в тишине! Вы правы, Ирина Кирилловна! Мне пару раз даже хотелось проверить, дышат ли они вообще во время урока, – вспомнила она, поправляя на лице объемные очки в роговой оправе, тоже со змеиным принтом. – Оценки хорошие, но не заучки вроде, обычные дети, хулиганят, дерутся за школой. Я сама регулярно разнимаю Ямочкина и Пронина…
– А уж что они делают на переменах, – поддакнула Ирина Кирилловна, снова взявшись за кофе.
В этот самый момент за дверью раздался резкий хлопок разорвавшегося пакета от сока, а потом душераздирающий визг и громкий хохот. Учителя переглянулись, Ирина Кирилловна непроизвольно закатила глаза.
– Вот крики и визги я понимаю, я к ним привыкла. Да я и сама громкая, – продолжила Лариса Викторовна, встав с дивана, который снова закряхтел.
Она открыла дверь учительской и рявкнула:
– Пронин, быстро успокоился! Или ты соскучился по директору?
В школьном коридоре вдруг стало очень тихо, ведь скучать по Ивану Андреевичу, директору школы, ни Пронин, ни кто-то другой из учеников точно не собирался, и довольная собой Лариса Викторовна с моментально прошедшей головной болью снова закрыла дверь учительской.
– Ну вот совсем другой ребёнок, не то что на уроке физики каких-то десять минут назад, – Лариса Викторовна снова направилась к регулярно кряхтевшему от ее веса дивану.
Дэн Константинович почесал затылок и сказал:
– Я думаю, мы сможем решить загадку 7 “Б”. Кто там у нас учится?
II
– Мам, ты дома? – с порога, даже не войдя в квартиру, громко спросила Варвара.
Мама не ответила. Девочка обернулась к кому-то позади себя:
– Вроде никого, заходи, Макс.
– Я, вообще–то не “никого”, а твоя бабушка! Здравствуй, Максим, входи!
В коридоре возник стройный силуэт в длинном, до пола, белом халате. Варвара вздрогнула от неожиданности и захлопнула за собой дверь, почти прищемив нос мальчика.
– Ой, бабуш, привет! А ты почему здесь?
– А ты сегодня сама гостеприимность, – Ангелина Олеговна открыла дверь Максиму.
– Здра-а-а-асьте, – тут же заулыбался Макс, протискиваясь в квартиру позади Варвары и пряча бумажный пакет с бургерами и картошкой фри у себя за спиной.
– Я сегодня за тобой присматриваю. А завтра после школы у нас поезд в Санкт-Петербург. Ты забыла, что в пятницу начинаются соревнования? Кстати, у тебя Максим, тоже. Ты собрал вещи?
Варвара и Максим переглянулись.
– Бабуш, а разве мы едем не с тренером?
– Да, вы едете с сэнсэем. А вот он – едет со мной. – Ангелина Олеговна никогда не говорила “нет”, но находила миллион способов сказать “да” отрицательно. – Ты забыла, кто твоя бабушка?
– Как же я забуду, если ты даже дома ходишь в белом халате с черным поясом… – пробубнила Варвара, снимая красные кеды в белый горошек. – Никакой личной жизни!
Макс ткнул ее локтем под рёбра и взглядом указал на пакет с едой. Он знал, что в присутствии Вариной бабушки о фастфуде не может быть и речи.
Ангелина Олеговна уже много лет возглавляла Московское региональное отделение Федерации Всестилевого каратэ России, то есть, со слов своей дочери Марины, Вариной мамы, была главной каратэкой Москвы, поэтому всегда строго следила за здоровым питанием и боевым духом всех, кто оказывался с ней в одном помещении, несмотря на возраст, даже если они этого не хотели и никогда раньше не делали.
В ответ на немой вопрос Макса Варвара пожала плечами и кивнула на свою комнату. Она была единственной, кто регулярно пытался противостоять своей авторитетной бабушке. За это еще в двухлетнем возрасте девочка получила случайно вырвавшееся у Ангелины Олеговны прозвище Варвар. Это слово сразу прилипло и давно стало вторым именем, которое, по мнению всех окружающих и ее собственному, было ей к лицу. Как ни странно, сама Ангелина Олеговна с тех пор больше никогда не называла Варвару иначе, чем Варвара.
Макс разулся и, немного боком, но с максимально непринужденным видом, пошел по коридору в сторону комнаты Вари. Ангелина Олеговна вздохнула:
– Дети, ну неужели вы думаете, что ваши канцерогены и глютаматы не имеют запаха? Максим, выбрасывай эту гадость в мусорное ведро и мой руки. Ты, Варвара, тоже. Обед уже готов.
– Ну, ба! – тут же запротестовала Варя.
На это Ангелина Олеговна лишь приподняла бровь. Затем она развернулась и ушла в кухню, ясно дав понять, что рассуждать на тему питания не собирается, и выбора ни у кого нет.