Чтение онлайн

Здесь, в Престоне, свершилось нечто страшное. Несколько человек погибли, еще несколько находятся в больнице. И все хотят знать, кто виноват в их страданиях. Профессор Мерфи рисковал жизнью, спасая пострадавших. Неужели это поступок, характерный для беззастенчивого убийцы? Преподобный Вагонер уцелел благодаря счастливой случайности. Совсем не таких людей мы должны сейчас искать. Конечно, сэр, я понимаю, все это только разговоры, но иногда следует быть внимательными к более важным доказательствам, нежели к тем, что сами бросаются нам в глаза.

Уэлч смерил Бейнса презрительным взглядом, но не успел ответить ему. В комнату ввалилась Лора Мерфи с лицом, искаженным болью и невыразимым ужасом.

Мгновение Лора смотрела прямо перед собой, будто пытаясь подыскать нужное слово, затем пораженный Мерфи увидел, как у нее закатились глаза, а все тело обмякло, как у куклы-марионетки, когда внезапно обрезают нити. Она подняла руку, пытаясь удержаться на ногах.

Стул, на котором сидел Мерфи, с грохотом упал на пол. Профессор бросился к жене и сжал ее в объятиях.

— Вызовите врача! — крикнул он Бейнсу. — Скорее!

Во второй раз за последние несколько недель Стефани Ковакс казалось, что боги СМИ одарили ее своей благосклонностью.

Она решила провести вечер в гостинице над собранными материалами, а на следующий день порыскать по Престону в поисках еще какой-нибудь информации о профессоре Майкле Мерфи.

И тут она услышала взрыв. Стефани уже лихорадочно набирала номер своего оператора, когда ей позвонил начальник общенационального бюро Би-эн-эн. А через час после взрыва Ковакс вышла в эфир с первыми сообщениями о происшествии. На место событий слетались стаи репортеров, но за Стефани им было не угнаться. Она опережала их во всем благодаря своему непревзойденному драйву и нескольким подсказкам из нью-йоркского бюро Би-эн-эн. И вот теперь, через день после случившегося, Стефани была готова к трансляции своего следующего эксклюзива.

— Стефани Ковакс, Би-эн-эн, передает с места чудовищного взрыва в церкви в Престоне, штат Северная Каролина. Уже в ходе отчаянного поиска жертв и первичной оценки масштабов разрушений, причиненных взрывом, начинают проясняться ужасные подробности случившегося.

Оказывается, мы имеем дело вовсе не с нападением террористов на ни в чем не повинных прихожан церкви, но с гораздо более неожиданным и жутким явлением, которое может стать кошмаром для всех граждан нашей страны. На данный момент мы располагаем доказательствами, что истина заключается в чем-то значительно более страшном и труднопостижимом.

Определенные источники сообщили сотрудникам канала Би-эн-эн: причиной взрыва на самом деле стала… фабрика по производству взрывчатых веществ, располагавшаяся в подвале самой церкви! Из тех же источников стало известно, что среди развалин престонской церкви обнаружены доказательства связи последнего взрыва здесь, в Северной Каролине, с другими недавними терактами.

Стефани драматически смолкла, словно для того, чтобы с возможно большим хладнокровием донести до публики самое страшное известие:

— Хотя власти и не сделали до сих пор никакого официального заявления, существуют весомые свидетельства, указывающие на то, что местная группировка церковных террористов связана с известным вам Фарли. Да-да, тем самым, который подозревается в совершении чудовищного надругательства над зданием ООН и который все еще находится на свободе.

Нам сообщили, что на месте последних событий в Престоне, в подвале церкви, буквально в десятке шагов от того места, где я сейчас нахожусь, найдены материалы, поразительно сходные с теми, которые были обнаружены в доме Фарли, откуда, как вы все хорошо помните, я вела репортаж всего несколько дней назад. Среди этих материалов различные публикации на религиозную тематику, брошюры евангелического содержания и доказательства того, что взрыв ООН мог стать страшной трагической реальностью. И еще может стать ею в любую минуту, если свершатся злодеяния членов террористической группировки, чьим замыслам помешала чистая случайность, имевшая место вчера вечером в Престоне.

Как будто нехотя Стефани перевела взгляд с камеры на стоящего поблизости высокого лысеющего мужчину в черной спортивной рубашке и коричневой куртке.

— Рядом со мной доктор Арчер Фоллуорт, декан отделения гуманитарных и естественных наук Престонского университета, многие студенты и преподаватели которого посещают эту церковь. — Стефани улыбнулась искренней, печальной улыбкой. — Разрешите выразить вам нашу сердечную признательность, декан Фоллуорт, за то, что вы смогли найти несколько свободных минут в это трагическое для всех жителей вашего города время.

Вид у декана был такой, словно ему хотелось произнести дежурное: «Я тоже очень рад». Однако Фоллуорт просто кивнул, поджав губы.

— Доктор Фоллуорт, мне кажется, все мы сейчас находимся в состоянии глубочайшего шока от того, что нам стало известно. Я имею в виду тот факт, что члены церковной общины изготавливали бомбы. И возможно, были связаны с теми, кто собирался совершить террористические нападения на крупнейшие города нашей страны. Не могли бы вы пролить свет на последние события?

Декан уставился в телеобъектив предельно серьезным и озабоченным взглядом.

— Я не уверен в том, что смогу объяснить трагедию, случившуюся сегодня у нас в Престоне, Стефани. Боюсь, этого не сможет сделать никто. Когда фанатики калечат и убивают ни в чем не повинных людей, я думаю, что мы все… я…

Он покачал головой, явно не в силах продолжать из-за переполнявших его чувств.

Стефани решила прийти декану на помощь:

— Когда вы говорите «фанатики», что вы имеете в виду, декан Фоллуорт? Что это за люди? Что у них на уме?

Фоллуорт откашлялся.

— В этом университете я проработал уже много лет и должен сказать, что за последнее время стал свидетелем крайне тревожных перемен.

Взгляд Стефани выразил особую озабоченность.

— Каких именно?

— В наших местах всегда было много евангелистов. В этом, конечно, нет ничего дурного. Однако, как мне кажется, постепенно власть в их кругах в свои руки берут все более экстремистские элементы — евангельские фундаменталисты. Скорее всего, именно эти элементы и стоят за жуткой трагедией, свидетелями которой мы стали вчера.