Чтение онлайн

"Здесь белые люди испытывают силу духа своих соплеменников, - пришёл к выводу Дигахали.
– Ни для кого не секрет, что все йонейга боятся боли, но страшнее всего для них - ожидание боли. Мысль о предстоящих мучениях, способна свести их с ума любого из их племени. Достаточно показать кусок раскалённого железа белому человеку и этого хватит, чтобы превратить его в дрожащего от страха труса".

Не дожидаясь, пока ограничат свободу действия рукам, Дигахали достал из кармана сверкающий шарик и переправил его в рот. Охотник не собирался отвечать на глупые вопросы йонейга, поэтому зажал драгоценную вещицу между боковыми зубами. Шарик оказался достаточно податливым, чтобы его можно было удержать, и достаточно крепким, чтобы не быть раздавленным.

К столу подошёл Олав, подёргал цепи, проверил, прочно ли закреплены кандалы на теле пленника.

– Ты, наверное, не догадываешься, куда попал?
– Спросил он, благодушно улыбаясь.
– Молчишь? Поверь мне, это ненадолго. Ночной мастер своё дело знает. О! А вот и он.

В подвал спустился ещё один йонейга, настолько крупный, будто его слепили из трёх людей нормального телосложения. Обшарив взглядом Дигахали, он несколько раз ткнул пальцем в те места на его теле, где были нанесённые стрелами раны, внимательно наблюдая за реакцией охотника. Заканчивая осмотр, он произнёс несколько непонятных слов, обращаясь к Олаву.

– Пленный в твоём полном распоряжении, Астор, - вмешался стоявший в дальнем углу Донар.
– Нам нужен результат. Какие методы для его достижения будут использованы, значения не имеет. Если считаешь, что прижигать железом бесполезно, то оспаривать мы не станем. Решай сам.

– Стоит ли отказываться от старого надёжного способа?
– Засомневался Олав.
– Против упрямцев самое то. Никогда ещё не подводило.

– Дети леса хорошо переносят боль.
– Сказал на доступном Дигахали языке тот, кого называли ночным мастером.
– Они к такому с детства приучены. Достаточно посмотреть на его татуировки и шрамы. Чтобы вытерпеть всё это, нужно обладать безмерным терпением и слабой восприимчивостью к боли.

– Смерти дети леса тоже не боятся?
– Задал вопрос Донар.

– Смотря, какая смерть.
– Пояснил Астор.
– Для большинства детей леса ничего нет страшнее глупой и нелепой гибели. Можем сыграть на этом.

– В чём заключается твой план?

– Как у вас в племени относятся к тем, кто принял смерть от воды?
– Обратился к Дигахали ночной мастер. Попросту говоря - утонул.

Охотник презрительно дёрнул носом и шумно выдохнул воздух, подтверждая слова Астора о нелепой гибели. В племени Куницы верили, что душа умирающего человека отлетает в Обитель Предков вместе с последним вздохом. Попавшая в лёгкие утопленника вода не позволяла душе покинуть мёртвое тело. Более жуткую участь трудно себе представить. А поскольку утонуть мог только совсем никчёмный человек, то и отношение соплеменников к таким людям было соответствующим.

В памяти Дигахали сохранился один такой случай, относящийся к смерти от утопления. Как-то раз на реке перевернулась лодка, в которой йонейга перевозили подготовленный на продажу товар. Несколько молодых охотников узнали об этом и, несмотря на сильное течение, принялись нырять, в надежде отыскать затонувший груз. Им приходилось надолго задерживать дыхание, чтобы бороться с течением и при этом успевать обшаривать дно. Затея дорого обошлась ныряльщикам. Один из них так и не выплыл на поверхность, его унесло быстрыми водами реки. Позор, которым покрыл себя утопленник, распространился и на его родственников, сразу же потерявших уважение соплеменников.

– Отлично, - Улыбнулся Астор, заметивший, как Дигахали отреагировал на его слова.
– Сейчас у тебя будет возможность выбрать. Либо ты рассказываешь всё, о чём попросят господа Донар и Олав, либо умрёшь мучительной и нелепой смертью.

– Где письмо?!
– В один голос воскликнули оба йонейга.

Видя, что пленник молчит, ночной мастер придвинул к лежащему охотнику пару деревянных брусков с фигурными вырезами, закрепив его голову так, чтобы ею невозможно было шевельнуть. Всё ещё не понимая, чем это может грозить, Дигахали спокойно наблюдал за странными приготовлениями. На какое-то время Астор исчез из поля зрения охотника, а когда появился, то в руках нёс приличных размеров бочонок.

– Последний раз предлагаю, - с угрозой в голосе сказал Донар, - отдай нам письмо Манфреда!

– Начинай, Астор.
– Нетерпеливо произнёс Олав.
– Ты же видишь, что клиент не оценил нашей доброты. Могу поклясться Великими Богами, что ему предлагали простой и безболезненный способ решения проблемы. Если человек желает приправить перцем свою слишком пресную жизнь, то мы не вправе ему отказывать.

Ночной мастер наклонил бочонок, и в лицо Дигахали полилась вода, моментально лишив его возможности сделать вдох. Уклониться от струи не представлялось возможным, зажатая между двух деревянных брусков голова оставалась неподвижной. Охотник умел надолго задерживать воздух в лёгких, но сейчас от этого большой пользы не было. Вода проникла в нос и заполнила рот, как только пленник предпринял попытку вдохнуть через узкую щель между губами. Когда Дигахали осознал безвыходность положения, в котором он оказался, поток воды прекратился. Охотник почувствовал, что слева его голову больше ничего не ограничивает и резко мотнул шеей в ту сторону, освобождая носоглотку от воды.

– Понравилось?
– Улыбаясь, осведомился Олав.
– Ничто так не бодрит, как холодный душ.

– Надеюсь, ты уже догадался, что мы не расположены шутить, - произнёс Донар.
– Будем продолжать купание, или скажешь, где письмо?

– Моя сказать.
– Ответил Дигахали, по-прежнему удерживавший между зубов сверкающий шарик. Охотник решил немного передохнуть и отдышаться, поэтому, недолго думая, пошёл на обман: - Письмо взять другой человек.

– Он лжёт.
– Без промедления определил Астор.

– Ты уверен?
– Спросил Донар.

– Знаешь, скольких людей мной допрошено с тех пор, как поступил на должность ночного мастера. Отличать ложь от истины - моя работа. За это я получаю жалование.

– И зачем ему это понадобилось?
– Недоверчиво хмыкнул Олав.
– Не вижу никакой выгоды.

– Время тянет.
– Предположил Астор.
– Возможно, он знает о планах его сиятельства больше, чем известно нам.

– Возможно, - задумчиво проговорил Донар и обратился к пленнику:

– Когда должен вернуться граф Фридхелм?

По лицам всех троих было видно, что ответ на это вопрос много для них значит.

"Эти йонейга действуют без ведома большого человека и опасаются, что он может внезапно вернуться, - догадался Дигахали.
– Не знаю, какого ответа от меня ждут, но те, кто хозяйничает в чужом жилище, едва ли обрадуются скорому появлению владельца дома".

Стараясь выглядеть уверенно, охотник мстительно улыбнулся и процедил сквозь зубы:

– Сегодня.