Чтение онлайн

– У меня нет, и не было никаких секретов от тебя. В тот раз я честно ответил на вопрос, но по твоему виду понял, что ты мне не поверил. Сомнения - корень многих бед, Эйлерт. Сомнения плодят нерешительность. Где нерешительность, там медлительность в принятии решения. Тот, кто сомневается, всегда будет запаздывать с парированием удара, всегда будет готовить свою атаку дольше, чем нужно. Избавься от сомнений и доверь свою судьбу Богам. Только с их благословения удастся достичь высот мастерства. Открой своё сердце Богам, Эйлерт, и они просветят твой разум.

– Я знаю все молитвы, которые положено читать верующим, мой господин.

– Это похвально. Но дорога, которая приведёт к подножию Небесного Трона, начинается в твоём сердце, Эйлерт. Этого невозможно достичь при помощи разума. Молитва, произнесённая без особого душевного настроя - всего лишь набор слов. Это - монолог, который Высшие Силы непременно услышат, но останутся равнодушными. Чтобы вести с Богами диалог, нужно научиться верить. Хотя, слово "научиться" здесь не совсем уместно. Этому невозможно научиться. Вера в Богов должна стать смыслом жизни человека.

"Вера в Богов не уберегла Хилдебранда от удара копьём в лицо.
– Не удержался от скептического замечания Ладвиг.
– После того случая я окончательно утратил веру и ничто не способно вернуть её мне. Ты привёл неудачный пример".

"У этого человека была цель, служению которой он посвятил свою жизнь. Он верил, что некие высшие силы, - Напарник показал фрески из церкви, на которых были изображены Несотворённый Отец и Великая Мать, - владеют его жизнью, направляют его действия и наделяют особыми свойствами, недоступными другим людям. Твои воспоминания подтверждают, что Хилдебранд - незаурядный человек. Может быть, он был прав, когда говорил о Богах?".

"Нет... До определённого времени я и сам верил в это. Потом повзрослел и понял, что высшие силы нужны тому, кто не чувствует в себе достаточно сил, чтобы нести ответственность за принятые решения. Тому, кто боится одиночества, но избегает мыслей об этом. Никаких Богов не существует. Все они придуманы людьми".

"Я не сомневаюсь, что они выдуманы. Но эта идея имеет значительное распространение.

Судя по словам Хилдебранда, когда-то она объединяла гораздо большее число людей, чем сейчас. Человечеству нужен новый проповедник, способный найти такие слова, которые убедят людей вновь обратиться к вере".

"Зачем?
– Удивился Ладвиг.
– И кто будет этим новым проповедником? Ты?".

"Нет. Им станешь ты, а я буду тебе помогать...
– Демон дождался, пока человек закончит смеяться.
– Я знаю, какие эмоции выражают люди, когда издают эти странные звуки. Тебе стоит серьёзнее отнестись к моему предложению. До сегодняшнего дня единственным моим желанием было покинуть это место, но дальнейшую свою жизнь я не представлял. Фридхелм преподал мне хороший урок обращения с людьми. Если у тебя есть цель, если есть вдохновляющая идея, ты имеешь полное право диктовать свою волю остальным. Приказывать по праву сильного. Мои сородичи выясняют, кто из них сильнее, когда сходятся в поединке друг с другом. Людям необязательно узнавать это при помощи кулаков, или оружия. Сильнее из них тот, кто завоевал более высокое положение в обществе. Но этого невозможно добиться, не будучи сильной личностью, верящей в собственную исключительность. Такой человек должен иметь чёткое представление, какую идею он должен внушить другим людям. Ему самому необязательно в это верить, его цели должны быть отличны от тех идей, что он скармливает толпе".

"Это называется - "жажда власти". Не всем одержимым жаждой власти людям она пошла на пользу. Очень многих сгубила".

"Интересное высказывание.
– Напарник задумался.
– Жаждой вы называете чувство, вызванное недостатком влаги. Желать воды столь же сильно, как и отдавать приказания. Мне это подходит".

"Чего ты хочешь добиться?".

"Я знаю, что нужно дать человечеству, чтобы у него появилась общая цель".

"Ты изучил память трёх человек, но этого мало, чтобы уверенно говорить о нуждах всего человечества.
– Ладвиг решил отговорить демона от этой затеи.
– Не слишком ли ты поторопился с выводами?".

"Я пока определился с общей идеей. Детальной разработкой можно заняться позже. Я не против познакомиться с воспоминаниями других людей, чтобы расширить свои знания. Но в этих

стенах трудно найти человека, чей образ мыслей отличался бы от того, что мне уже известно".

"И какое место в твоих планах занимаю я? Мне сложно представить себя в роли проповедника".

"Ты, в отличие от меня можешь разговаривать с людьми и быть ими понятым. Плохо, что ты не обладаешь таким же сильным голосом, как у Фридхелма, но это поправимо".

"Я должен пойти к его сиятельству и попросить, чтобы он взял меня в ученики.
– Мысленно усмехнулся Ладвиг.
– Правильно?".

"Нет. Это будет трудно осуществить.
– Не понял шутки Напарник.
– Даже в случае успеха, ты не получишь необходимого навыка. Вместо тебя буду говорить я, а ты - всего лишь переводить мои мысли на доступный людям язык".

"Перевод зрительных образов в человеческую речь сделает громоздкой и расплывчатой любую идею".
– Засомневался сержант.
– Ничего хорошего из этого не выйдет. Людям не нравятся те, кто слишком многословен и не способен коротко и понятно изложить свою мысль".

"Дело не только в этом. Тебе будет сложно справиться с переводом. Начнут возникать неуместные паузы. Мне не нужно, чтобы они портили общее впечатление от речи".

"Значит, твоё предложение неосуществимо?".

"Выход есть. Я могу управлять тобой. Твоими губами и языком, как своими собственными, если бы они у меня были. Я изучил особенности работы человеческих органов, которые издают звуки. Если немного попрактиковаться, я смог бы добиться того, что твой голос зазвучал бы не хуже, чем голос Фридхелма".

Ладвиг представил себя деревянной куклой, которую дёргают за ниточки, заставляя двигать руками и ногами. Образ вызвал у него отвращение, и это чувство сержант не стал скрывать от Напарника.

"Я мог бы и не рассказывать о своих планах. Просто воспользовался бы тобой в собственных целях, а ты никогда не узнал бы об этом. Но я слишком уважаю тебя, чтобы так поступать со своим напарником. Отношения должны быть основаны на доверии. Не желаю тебе вреда и надеюсь, что будешь добровольно помогать. Обдумай это предложение. Не тороплю тебя с ответом".