Чтение онлайн

Безработным.

Раздались яростные удары в дверь, и он подскочил. Мэнди оторвалась от него и крикнула:

— Завтрак принесете попозже!

— Телефон! — объявил женский голос.

В номерах отеля «1829» не было телефона. Малко выскользнул из постели, преследуемый Шабой, которая вцепилась в него как пиявка. Он уже был более чем в презентабельном виде, но не настолько, чтобы идти к телефону. Наспех обернувшись полотенцем, он вышел и поспешил к телефонному аппарату, установленному на лестничной площадке. Горничная, которая вызвала его, рассматривала его полотенце весьма заинтересованным взглядом, медленно подметая ступеньки рядом с ним.

Трубка висела на проводе. Малко подхватил ее и сказал:

— Алло!

— Малко?

Это была Шарнилар. Его сердце забилось сильнее. Он спросил:

— Где ты?

— В Цюрихе, — ответила она. — Я сейчас сажусь на самолет.

— Я тоже, — сказал Малко. — Сперва в Нью-Йорк, а потом в Австрию.

— Не уезжай, — сказала она. — Я хочу тебя видеть.

— Это необходимо?

Он не мог бесконечно вести жизнь плейбоя на содержании.

— Да, — сказала она, — это очень важно.

Он почувствовал, что Шарнилар напряжена и готова разрыдаться. Ему вдруг стало страшно.

— Что случилось?

Она замолчала, а потом проговорила, почти всхлипывая:

— Эти негодяи не сдержали своего слова!

— То есть?

— Иранское государство только что выдвинуло против меня обвинение в мошенничестве, — сказала она. — Они хотят заблокировать все мои банковские счета...

— Мне очень жаль.

— Тебе не будет жаль. Потому что ты выиграешь от этого.

Малко показалось, что он плохо расслышал, ибо связь была отвратительной. Он переспросил:

— Каким образом я выиграю?

— Я хочу отомстить! — промолвила Шарнилар. — Раз они не сдержали своего обещания, я не сдержу своего... Я привезу тебе документы.

Удивление Малко было так велико, что он едва не уронил полотенце.

— Разве ты их не отдала?

В трубке послышался треск. Он вынужден был, затаив дыхание, дождаться, пока голос молодой женщины снова не донесется до него.

— Да, — сказала она, — но я приняла свои меры предосторожности.

— Ты сделала фотокопию?

— Да, я отдам ее тебе. Ты сможешь делать с ней что захочешь.

— А они ничего не подозревают? Не следят за тобой?

— Не знаю. Я возвращаюсь. Тебе надо только дождаться меня.

Клиенты отеля проходили мимо, с удивлением глядя на него, но он не обращал на них внимания. Его первая радость прошла, он предвидел, какие опасные последствия мог иметь этот внезапный ход Шарнилар.

— Послушай, — сказал он, приблизив губы к трубке. — Эти иранцы очень опасны, ты знаешь. Если ты отдашь мне документы, я передам их американцам. В Иране это быстро узнают со всеми вытекающими последствиями. Они захотят отомстить. Я не смогу тебя защитить и американцы тоже...

Последовало долгое молчание. Малко затаил дыхание. Если бы люди из ЦРУ слышали, как он становится «адвокатом дьявола», то с него живого содрали бы кожу. Но он знал, что не способен послать Шарнилар на смерть ради удовольствия ЦРУ.

Даже если бы замок должен был рухнуть.

— Мне все равно, — сказала молодая женщина усталым голосом. — Они не сдержали слова. Если им удастся меня разорить, они меня убьют... Они подозревают, что у меня есть копия. По крайней мере, я им отомщу. Это негодяи. Если я буду разорена, то не хочу жить с одним глазом.

Она казалась совершенно растерянной.

— Приезжай, — сказал Малко. — Я жду тебя. Мы обсудим вместе.

— Я хочу тебя видеть, — сказала она. — Мне страшно. Я прилечу завтра.

Повесив трубку, Малко задумавшись, поднялся по лестнице. Коварство иранцев могло иметь серьезные последствия как для Шарнилар, так и для него самого. Если война возобновится и люди Хомейни заподозрят ее в сотрудничестве с ЦРУ, он станет первоочередной целью. Не заходя к себе в номер, он постучал в комнату телохранителей. Открыл Милтон.

— Что случилось? — спросил он. — Вы выходите из игры?

— Нет, — ответил Малко. — Но похоже, что передышка закончилась.

Он вошел и рассказал им о новом повороте событий. Крис Джонс потянулся.

— Мне уже надоело бездельничать. У меня стали появляться комплексы.

— Положение нешуточное, — сказал Малко. — Я думаю, вам надо смазать ваши большие револьверы.

— Ирану достанется, — проговорил мрачно Милтон Брабек, наливая себе стопку коньяка, чтобы промочить горло.

Здание небольшого аэровокзала Сент-Томаса, похожего на барак военного лагеря, заполняла возбужденная толпа. По причине пресловутой «дерегламентации» все рейсы прибывали и отбывали со значительным опозданием, заставляя томиться в ожидании сотни пассажиров. Носильщики отсутствовали, внутри бесконечных коридоров царили хаос и тропическая влажная жара, а снаружи выстроились вереницы маршрутных такси. Малко всматривался в пассажиров, спускавшихся с только что приземлившегося «Боинга-727».

— Вот она! — объявил он.

Крис Джонс и Милтон Брабек непрестанно обводили взглядом толпу, высматривая подозрительные лица. Но никаких признаков присутствия иранцев не было видно.

Белая яхта не появлялась, но ее обитатели могли прятаться на острове, за Шарнилар могли следить, сопровождая из Цюриха. Она показалась в конце длинного деревянного туннеля, похожего на рудничную штольню и ведущего с летного поля в здание аэровокзала. Как всегда, она выглядела великолепно. Ее черная повязка привлекала всеобщее внимание. Однако меньше, чем ее платье с пуговицами спереди, три из которых были расстегнуты, открывая стройные матовые ноги.