Чтение онлайн

Узнав от Донована об убийстве, Свитинг сразу понял, что тот, бежавший вниз по лестнице, и был убийцей. Жаль, что ему не удалось рассмотреть этого преступника. Ну да ладно! Мужчина, который шагал сейчас впереди, был в квартире как раз во время убийства, и должен теперь опасаться полиции. А люди, которые были с полицией не в ладах, всегда готовы были раскрыть свой кошелек и заплатить Свитингу за молчание. Он еще быстрей засеменил на коротких ножках, чтобы не отстать от своей жертвы.

Несомненно, удача улыбнулась Рафаилу Свитингу! Нужно действовать осторожно, и заставить этого типа заплатить. Раз он выходил из банка через служебный ход, значит, работал там, и, конечно же, достаточно зарабатывал на жизнь. Нужно попросить у него долларов тридцать в месяц, если назвать просто крупную сумму, это может отпугнуть клиента. У таких людей всегда есть сбережения, поэтому надо попросить сделать первый взнос в несколько сот долларов, а в дальнейшем пусть платит по тридцать долларов ежемесячно.

Свитинг сел в автобус позади Холанда и, маскируясь газетой, стал наслаждаться преследованием. Болонка, неподвижно свернувшись у него на коленях, лишь поводила черными, налитыми кровью глазками.

Через двадцать минут Холанд вышел из автобуса, Свитинг незаметно следовал за ним. Он видел, что Кен покупает газету на углу и остановился, чтобы прочитать последние новости, прижав два пакета, которые нес под мышками, одной рукой.

Свитинг уже прочитал газету, и знал, что находится на последней странице. Теперь ему было очень интересно наблюдать за испуганным лицом жертвы.

Поглаживая шелковистую шерсть Лео, Свитинг думал, что все должно быть хорошо. С типом, которого так легко напугать, не будет неприятностей. Он видел, что Кен идет по дорожке к небольшому дому, потом его окликнула какая-то толстуха, и он остановился, чтобы поговорить.

– Нечего спешить, – проговорил Свитинг, усаживаясь на скамейке и пристраивая болонку рядом. Он снял шляпу и вытер потный лоб. – Сначала нужно посмотреть, что это за человек, женат ли он, есть ли у него дети. Это все очень важно, – и он, приятно улыбаясь, закинул ногу за ногу.

Свитинг собрался наблюдать за домом в течение часа. Вечер был очень хорош, и если повезет, жена этого парня может выйти в сад. Свитинг был очень терпелив, и мог годами ожидать денег, которых не заработал. Солнце начинало клониться к закату, а Свитинг не собирался уходить. Он представлял, как распорядится полученными деньгами и рассеянно поглаживал толстыми пальцами шелковистую шерсть болонки.

Через четверть часа к дому подъехала машина, и Свитинг, присмотревшись, узнал водителя. Полиция! Вот неприятность! Он быстро развернул газету и скрылся за ней. Из машины вышел сержант Донован, и Свитинг с прискорбием понял, что с мечтой о денежках придется расстаться.

– Надо же, как глупо вышло, – подумал неудачливый шантажист. – Как им удалось так быстро выйти на этого типа? Но я все же умник, что не стал спешить: хорош бы я сейчас был, если бы Донован застал меня за беседой с этим скромником.

Из машины вышел еще один детектив, и вместе с Донованом двинулся по дорожке к дому. Они позвонили, дверь отворилась и на пороге появился объект внимания Свитинга. Мужчины поговорили о чем-то и, к великому изумлению Свитинга, детективы направились к машине.

Что это значит? Почему его не задержали? – терялся в догадках Свитинг, наблюдая за происходящим поверх газеты.

Когда полицейская машина исчезла за поворотом, Свитинг схватил Лео в охапку и кинулся следом, желая убедиться, что детективы действительно покинули этот район. Его усилия не оказались напрасными: он увидел, как машина остановилась, из нее вышли полицейские и окликнули работающего в саду плотного мужчину.

Через некоторое время сержант Донован вошел в дом, а второй детектив остался в саду.

Все это необычайно заинтересовало Свитинга. Прячась за дерево, он наблюдал за происходящим, оставаясь незамеченным. Через несколько минут на пороге дома показался Донован, который позвал мужчину, остававшегося в саду, и второго детектива.

Свитинг, затаив дыхание, выглядывал из своего укрытия. Прошло полчаса, наконец, дверь отворилась, оба детектива вышли и снова уселись в машину. Огорченный, что полиция никого не задержала, Свитинг вернулся на скамейку. Кто был тот плотный человек, работавший в саду, и какое у фликов к нему дело? Почему они не задержали того черноволосого, на которого достаточно было посмотреть, и сразу становилось ясно: он помирает со страху. Может быть, он смог убедить детективов, что не приходил к Фей, и если так, вернутся ли они еще?

Свитинг решил еще немного подождать и не ошибся: когда почти стемнело, к дому подошел тот самый плотный человек, в сад которого заходили флики. Он еле держался на ногах. Хозяин дома открыл и пригласил войти. Свитинг словно прирос к скамейке. Прошло полчаса, потом дверь резко распахнулась, и гость чуть ли не бегом пустился по дорожке. Лицо его было искажено, казалось, он готов был заплакать.

Ждать еще Свитинг был не в состоянии. Он встал и, взяв Лео на руки, осторожно направился к саду. Он очень боялся, что флики могут вернуться, и если бы не нуждался в деньгах, отложил бы визит на следующий день, но положение вынуждало его быть решительным.

Свитинг открыл калитку и легким, почти неслышным шагом подошел к двери. Осторожно поставив болонку на землю, он позвонил.

Не стоит думать, что Рафаил Свитинг был единственным в городе человеком, падким на легкую наживу. Парадиз Луи, настоящее имя которого было – Луи Манчини тоже любил деньги, которые сваливались с неба. Прочитав в газете об убийстве Фей, он сразу понял, что это дело рук Джонни Домана: тот накануне интересовался ее адресом. Нужно учесть, что совсем недавно Фей отвергла авансы, которые ей делал Манчини, а Луи был не из тех мужчин, кто смиряется с отказом, поэтому он дал Джонни ее адрес, испытывая при этом мстительное удовольствие. В конце концов, Луи мог и не знать, зачем понадобилась Фей этому психу с дикими зелеными глазами. Он даже подумал, что Джонни поступит совсем неплохо, проучив эту потаскушку, как сделал это до того, как попал в лечебницу. Но мысль о том, что этот псих может убить Фей, не приходила Манчини в голову, и когда он прочитал об этом, то несколько минут находился в совершенно подавленном состоянии.

Он отложил газету на свой пыльный письменный стол и закурил сигарету.

Луи было тридцать семь лет, но в его черных вьющихся волосах не было еще ни одной седеющей пряди. Худые его щеки всегда были тщательно выбриты, а черная кисточка усов придавала, как ему казалось, особый шарм.

Итак, Луи Манчини знал убийцу Фей, и теперь ему предстояло решить – кому выгодней сообщить об этом. Вряд ли Джонни оставался в городе, кроме того, денег у него наверняка не было, а вот его сестра была здесь, и деньжата у нее водились.