Чтение онлайн

Звук шагов заставил её повернуть голову — Кестер расхаживал взад-вперёд по полу, как зверь в клетке. Что-то с ним было не так.

Урсула прищурилась, изучая его походку. Он двигался неуклюже, сильнее опираясь на одну ногу.

— Что случилось с твоей ногой?

— Я в порядке.

— Ты хромаешь.

— Абракс пытался заставить меня сказать ему, где ты.

— И он повредил тебе ногу?

— Да, — Кестер перестал расхаживать по комнате и снова сел на свою койку. Фиолетовый свет из окна упал на его лицо, и Урсула затаила дыхание. Кестер был не просто грязным. Его лицо превратилось в лоскутное одеяло из синяков.

Урсула инстинктивно подошла к нему, опустившись коленями на камень так, чтобы оказаться на одном уровне с ним. Кестер опустил голову, избегая её взгляда. «Это объясняет всё: страх, тревогу».

— Всё в порядке, — сказала она, нежно отводя его волосы в сторону. Синяки варьировались от тёмно-фиолетовых до зеленовато-жёлтых. Это не было результатом одиночного избиения. Абракс пытал его не раз.

— Что он тебе сделал?

— Это не имеет значения. Он больше этого не сделает.

— Что ты имеешь в виду? Ты всё ещё его пленник.

«Как и я сама».

— Он хотел заполучить тебя. Теперь у него есть ты. У него больше не будет вопросов ко мне.

Кестер поморщился, когда Урсула провела пальцем по его щеке.

— Почему ты сам себя не исцелил?

— Сначала я так и делал, но потом Абракс осушил мой огонь. Заклинание Старки, похоже, без него не работает должным образом.

— Ах да, я совсем забыла об этом, — произнесла Урсула. — Ну, у меня всё ещё есть мой огонь. Я могу исцелить тебя.

Кестер улыбнулся впервые с тех пор, как она вошла в камеру.

Урсула медленно произнесла заклинание Старки. Она почувствовала, как внутри неё забурлил огонь Эмеразель, затем лицо Кестера преобразилось, кожа посветлела и приобрела здоровый розовый цвет. Он прислонился спиной к стене и медленно выдохнул.

— Спасибо тебе, — тихо произнёс он.

— Да не за что.

Урсула присела на корточки, изучая его. Прислонившись головой к серому камню стены и закрыв глаза, он больше походил на того Кестера, которого она помнила. По-щегольски красив, даже если его волосы выглядели ужасно.

— Так зачем ты искал Экскалибур? — спросила она.

— Чтобы сразиться с драконами, — рассеянно ответил Кестер, и его глаза всё ещё оставались закрытыми. — Это единственный способ убить этих чёртовых рептилий.

— Но Владычица Озера не отдала его тебе?

— Нет, — в его голосе было столько разочарования, что Урсула заподозрила неладное.

— Значит, единственной причиной, по которой ты искал клинок, было желание сразиться с драконами?

— Я должен был что-то сделать, — сказал Кестер, продолжая держать глаза закрытыми.

Лицо Кестера оставалось совершенно невинным, но Урсула шла напролом.

— Пророчество о Дитя Тьмы не имеет к этому никакого отношения?

Глаза Кестера распахнулись.

— Кто рассказал тебе о пророчестве?

— Мерлин.

— Полоумный старый ублюдок, — вздохнул Кестер. — Это его дурацкое стихотворение причинило больше неприятностей, чем предполагаемое Дитя Тьмы.

— Ты не веришь, что это правда?

— Я не видел никаких доказательств. В любом случае, в мире полно ужасных людей. Является ли кто-то Дитём Тьмы или нет, кажется несущественным.

Урсула поймала его взгляд прежде, чем он успел отвести глаза.

— Но у меня есть меч. Ты же не думаешь, что я Дитя Тьмы?

Кестер медленно провёл большим пальцем по своей нижней губе, и его пристальный взгляд прожигал в Урсуле дыру.

— Я бы не стал этого исключать.

Урсула сделала глубокий вдох.

— Мерлин и Нимуэ почувствовали во мне что-то странное. Я напугала их. Но предполагается, что Дитя Тьмы — это зло, и… Ну, я действительно не могу вспомнить, была я злом или нет в течение первых пятнадцати лет своей жизни, но за последние три года не было ничего серьёзнее, что громкое ворчание на людей, которые медленно шли по станциям метро.

— До твоей помолвки с Лордом Теней я никогда не считал тебя злом. И более того, предполагается, что Дитя Тьмы уничтожит богов. Я не думаю, что Эмеразель дала бы тебе свой огонь, если бы у тебя в судьбе было уничтожение богов. Она действительно почувствовала в тебе что-то необычное. Я только не знаю, что именно.

Урсула облегчённо вздохнула. Само собой, Кестер прав. Абракс, вероятно, был Дитём Тьмы. Абракс определённо казался одержимым идеей возглавить восстание против богов.

— У меня всё ещё есть мой огонь. Мы могли бы сбежать, пробиться с боем.

Кестер поморщился.

— Я уже пробовал это, но у Абракса есть эти существа. Они двигаются так, как я никогда не видел…

— Големы. Хороший довод. Мне едва удалось убить одного из них.

— Ты убила одного из них? — Кестер не потрудился скрыть своего удивления.

— Это нелегко, но они могут стать слишком самоуверенными и совершать ошибки. Смертельные ошибки.

— Я хочу знать, как тебе это удалось. Уверен, что смогу усовершенствовать эту технику.

«Очевидно, даже Абракс не может выбить из него самоуверенность».

Прежде чем Урсула успела рассказать Кестеру, как она подтолкнула голема к нападению, дверь в камеру распахнулась, и ворвался поток холодного воздуха.

Окруженный парой онейроев, Абракс стоял в дверном проёме, и вокруг него мерцала магия теней.

Глава 2

Даже при виде Абракса в человеческом обличье в груди Урсулы зародилась ледяная струйка страха. На нём был чёрный бархатный пиджак, застёгнутый до горла, и тёмно-серые брюки. Он двигался как хищник, каждый шаг был рассчитан так, чтобы требовать минимум усилий. Как у кота, готовящегося к прыжку. Его серо-стальные глаза пронзали тусклый свет камеры, холодные, словно смерть.