Чтение онлайн

— Все произошло совершенно внезапно, — застенчиво объяснила она, стараясь, чтобы это прозвучало как можно убедительнее и собеседник понял, какой особый смысл она вкладывает в эти слова: будто их женитьба была результатом взаимной страсти, которая вспыхнула между ними.

— Да-да, понимаю, — поспешно сказал хозяин магазина. — Так что я могу для вас сделать?

В это время добрая четверть жителей города вдруг вспомнила, что им необходимо что-то приобрести в лавочке, и они потихоньку начали просачиваться через входную дверь, стараясь производить как можно меньше шума. Они выстраивались по стеночке напротив Кэрри, как будто пришли на цирковое представление, стояли очень тихо и ждали, что же будет дальше.

— Мне необходимо сделать кое-какие покупки, — сказала Кэрри.

Кэрри знала, что Джош считал ее никчемной пустышкой только потому, что она не умела мыть посуду и открывать консервы, но у нее была масса других талантов, и один из них вот какой: она умела покупать. Кому-то это могло показаться смешным, но тем не менее способность должным образом тратить деньги можно отнести к разряду выдающихся — она дана не всякому. Некоторые толстосумы просто швыряют деньги на ветер: вкладывают их в предприятия, которые прогорают; нанимают на работу жуликов и проходимцев; покупают произведения искусства, которые оказываются подделками.

Но Кэрри знала, как с толком обращаться с деньгами. Она умела сделать десять центов из пятицентовика. По ее родному городу ходила шутка, что лучше работать на любого другого Монтгомери, чем на Кэрри, потому что тебе придется выполнить в два раза больше работы и получить за это только половинную плату. Кэрри достаточно было только посмотреть на человека своими огромными голубыми глазами, и он готов был сделать для нее все что угодно.

— Интересно, а не мог бы кто-нибудь из жителей этого чудесного городка помочь мне? — сказала она, изображая святую невинность. — Тут мой муж велел мне кое-что сделать, а я прямо и не знаю, с чего начать.

Когда она достала список дел, который ей оставил Джош, и показала его лавочнику, тот посмотрел, протяжно свистнул и передал бумагу мужчине, стоящему позади него, а тот, в свою очередь, передал ее соседу.

— Да, плохи ваши дела, — подала голос одна из женщин, просмотрев список. — Джош что, совсем спятил?

Кэрри тяжело вздохнула:

— Мы ведь только-только поженились, и у меня совсем нет опыта ведения домашнего хозяйства. Я даже консервы открывать не умею.

— Ну, открывать консервы я бы вас в два счета научил, — пробормотал один из мужчин, однако жена тут же больно ткнула его под ребро.

— Мне самой действительно никак не справиться со всем тем, чего от меня требует мой муж, но мне вдруг пришло в голову, что я могу найти кого-то, кто помог бы мне в этом.

Они все были полны участия, но никто не предлагал свои услуги новоиспеченной хозяйке Джоша. Сочувствие сочувствием, но кому охота просто так спину гнуть.

Кэрри отстегнула увесистый кошелек, висевший у нее на поясе.

— Когда я уезжала из дома, отец дал мне с собой немного денег, так вот, я подумала о том, чтобы нанять кого-нибудь в помощь. — Она развязала кошелек и высыпала на ладошку несколько монет. — Как вы думаете, ничего, что у меня здесь только золото?

Дружный вздох был ей ответом, а потом поднялась страшная суматоха. Все начали галдеть, толкаться, наперебой доказывать, что именно они идеально подходят для Кэрри, потому что умеют делать все-все на свете. Теперь все готовы были стать ее слугами — вернее, хорошо-оплачиваемыми работниками.

И Кэрри принялась за дело. Она была рождена, чтобы повелевать, хотя ее нежный голосок и не походил на командирский. В первую очередь она наняла с полдюжины женщин, чтобы привести в порядок свинарник, который Джош называл домом. Потом она договорилась еще с двумя женщинами, что они заберут всю треснутую посуду Джоша в обмен на три розовых куста, росших перед их собственными домами. Высадка кустов на новом месте также входила в условия сделки.

Она купила домашние соленья и варенья почти у каждой женщины из города (теперь почти все они толпились в магазинчике), не забыв при этом и о свежих фруктах и овощах. На будущее она договорилась с женщиной по имени миссис Эммерлинг, что та будет готовить еду и доставлять ее в дом Джошуа через день, при этом Кэрри обязалась платить ей вперед ежемесячно.

Покончив с женщинами, она перешла к мужчинам. Был нанят человек, чтобы залатать крышу и подправить сарай, а также плотник — починить входную дверь. Когда Кэрри бросила клич, может ли кто-нибудь пожертвовать свое собственное крыльцо с тем, чтобы пристроить его к дому Джоша, присутствующие едва не передрались между собой за право расстаться со своим добром. Кэрри выбрала кандидата, у которого крыльцо было с белыми столбиками. В заключение она договорилась о покраске дома.

— А в какие сроки это должно быть сделано? — поинтересовался один из мужчин.

Кэрри лучезарно улыбнулась:

— Если вся работа будет закончена сегодня до заката солнца, я плачу еще двадцать процентов сверх установленной платы.

При этих словах человек двадцать тут же бросились наружу, едва не снеся дверь магазина.

— А теперь, — сказала Кэрри, поворачиваясь к лавочнику, — я, пожалуй, займусь покупками.

Она купила на пробу по одной банке консервов каждого вида, которые имелись в магазине, купила бекона, ветчины и муки и всего остального, что жена лавочника рекомендовала ей как необходимое в любом хозяйстве. Улыбаясь со знанием дела, Кэрри купила консервный нож, странного вида штуковину, — она понятия не имела, как с ней обращаться. Еще она приобрела кухонную плиту.

Хозяин заверил, что на такой плите любой сможет научиться готовить.

Потом дошла очередь до кружевных занавесок, равно как и до оконных стекол. При этом Кэрри не забыла нанять и стекольщика.

Теперь люди толпами неслись к магазину, таща с собой все, что только можно было предложить Кэрри на продажу. Вечность была городишком бедным, и люди хватались за любую возможность подзаработать. Кэрри покупала лоскутные коврики, еще и еще розовые кусты, приобрела дубовый кухонный буфет, четыре одинаковых стула (в обмен на стулья Джоша), накупила покрывал, подушек, одеял, простыней. Одна вдова продала ей посуду и столовое серебро (к сожалению, простенькое, не из дорогих). Еще она договорилась с женщиной, которая должна была приходить раз в неделю стирать белье.