Вечные паруса
Шрифт:
– Передаем срочное сообщение, передаем срочное сообщение...
– В шарике - дядя! В шарике - дядя. Смотри, мама, дядя!
– Тише, Юрочка...
Замерли пары на набережной. Остановился матч. Футболисты, забыв о мяче, смотрели в небо. Прекратилось движение на улицах. Потоки людей и машин слились, смешались, застыли.
Город смотрел в небо.
И по всей стране, по всей Земле - там, где была глухая полночь, и там, где гудел полдень, - люди смотрели в небо, на лунно-белые шары.
– Только что получена менгограмма с космического корабля "Королев". Как известно, сверхсветовой экспедиционный звездолет "Королев" стартовал около года назад к системе двойной звезды 8А Лебедя с целью проверки результатов эксперимента, поставленного советским космобиологом Андреем Савиным...
– Пап, это о тебе!
– Тише, Юрочка...
– Как сообщает научный руководитель экспедиции академик Медведев, эксперимент увенчался успехом. Земные микроорганизмы не только прижились в необычных условиях кристаллической планеты "Прометей", но и целой серией взрывоподобных мутаций за очень короткий срок создали мощную биосферу...
Андрей стоял, слегка нагнув голову, широко расставив ноги, словно на палубе корабля. Диктор говорил еще что-то, и Нина видела, как из безвольного, припухшего, с нездоровыми мешками у глаз лица проступало другое лицо - резче очерчивался подбородок, набухали желваки, глубокая морщина пересекла лоб, и глаза, минуту назад смотревшие темно и покорно, осветились каким-то внутренним светом, словно окна дома, в который вернулся хозяин.
– Дешифровка продолжается. Менго-центр любезно предоставил в распоряжение СИСа часть восстановленной передачи. Слушайте! С вами говорит планета "Прометей"!
По шару промчались полосы, замысловатые зигзаги, рассыпались и погасли искры, и вот из этой сумятицы помех, из непостижимых разумом расстояний, сквозь треск горящих галактик и гул радиоактивных ливней, скорее угадываемый, чем видимый, кричал Медведев:
– ...необходимо продолжать и продолжать беспрерывно... необходима постоянная биостанция кон... айте Савину... самые ...ические предположения... действительность... невероятно... озеро начало функционировать... ты... ужен...
Раскатистый громоподобный грохот заглушил передачу, и на какой-то момент зонд превратился в шаровую молнию. Потом все погасло и стихло, и снова возник бесстрастный диктор:
– Мы передавали менгограмму с космического корабля "Королев"...
"Ты... ужен..." Как просто - нужен и все! А что, если он здесь тоже нужен? Хотя бы вот этим двум людям, что идут с ним рядом. Даже Юрка примолк и погрустнел. А на Нине лица нет. Как все нелепо... Он только что решил все окончательно, собирался сказать... И - на тебе!.. Снова...
Нужен, продолжал он, сидя в уютном домашнем кресле. Теперь - нужен. Когда эксперимент удался. А тогда...
Тогда верил только он один. Кстати, Медведев тоже голосовал за лишение звания... А теперь - нужен!
Неправда, оборвал сам себя Андрей. Все это неправда. Вместе с ним верили ребята. И Медведев верил. Н другие - незнакомые. Иначе не было бы экспедиции. Ничего бы не было. И он, "гениальный одиночка", действительно никому не был нужен.
Просто теперь, после удачи, в нем заговорило запоздалое самолюбие. Ну-ка, скажи откровенно, Савин, ты-то верил на все сто процентов, что гипотеза подтвердится? Молчишь? То-то...
В конце концов, все это пустая нервотрепка. Ведь Медведев должен понимать - космос Андрею заказан. Совет не отменит своего решения, потому что оно принято правильно.
Победителей тоже судят. И крепко судят. Если они виноваты. Иначе и быть не может.
Утро вечера мудренее...
Андрей встал с кресла; потянулся. Глянул на часы. Три часа - уже утро...
Он выключил свет. Оконный проем заметно голубел в темноте.
"Озеро начало функционировать..." Что это может значить?
Неожиданно за спиной тревожно замигала лампа вызова: Андрей еще вечером выключил звуковой сигнал видеофона, чтобы случайный звонок не разбудил Нину с Юркой.
На экране, потирая воспаленные красные глаза, появился Микаэлян.
– Простите за ночной звонок, Андрей Ильич... Я знал, что вы не спите... Вы видели передачу с "Королева"?
– Да, Манук Георгиевич, видел,
– Поздравляю вас с победой. И от себя лично, и от имени Совета. И особо - от Штейнкопфа. Он просил.
– Спасибо. Передайте Штейнкопфу, что я... я не знаю, что полагается говорить в таких случаях...
Микаэлян слегка раздвинул в улыбке толстые губы.
– В таких случаях, дорогой, лучше ничего не говорить... Но я вам позвонил, сами понимаете, не ради поздравлений. Дело в том... Сейчас только кончилось срочное заседание Совета. Из-за помех в менгограмме Медведева много неясного. Ясно только, что на "Прометее" происходит что-то из ряда вон выходящее. Медведев настаивает на немедленной организации постоянной биостанции. В принципе вопрос решен. Где-то через неделю, не позже, мы пошлем на "Прометей" оборудование, монтажников и дополнительную группу биологов. Послезавтра после полудня... то есть для вас уже завтра состоится отбор конкретных кандидатур. Кстати, что может значить - "озеро начало функционировать"?
– Понятия не имею. Сам все время думаю... Был у нас с Медведевым один разговор... Но это слишком невероятно.
– Да, задачка... Так вы прилетите завтра в Москву?
– Простите, но зачем?..
– Я же сказал: будет отбор конкретных кандидатур. Или вы охладели к "Прометею"? Да, ведь у вас сын... Конечно, конечно...
– Я не о том, - очень тихо сказал Андрей.
– Ведь решение Совета...
– Вах!
– Микаэлян сразу ожил, просиял.
– Конечно, дорогой, решение Совета остается в силе! Но ведь, кроме космонавтов, на звездолетах бывают и пассажиры!
Андрей смотрел на погасший экран и думал, думал, обхватив руками плечи. Часы негромко выщелкивали торопливые секунды, медленные минуты...
В кают-компании тонко пахло сиренью. Традиционная веточка сирени последний подарок Земли - за полгода превратился в целый сиреневый куст. И неожиданно зацвела...
Андрей обернулся.
Сзади стояла Нина.
От нее пахло сиренью, и Андрей не сразу сообразил, что это духи.
Он шагнул к жене, взял ее за руки.
– Нина, милая...