Чтение онлайн

От удара о стену Джодах закричал, но его мозг продолжал работать. Почему хранитель просто не убил его? Неужели его так трудно заменить? Он снова ударился о камень, от чего заболела спина. Лим-Дул сказал, что это было трудное заклинание, но как хранитель может думать, что после всего Джодах будет работать с ними?

Если только. (Когда Джодах снова встретился со стеной, раздался новый удар, сотрясший кости.)

Если только его нельзя заменить.

Если только он действительно настоящий.

Если только Лим-Дул лгал.

Глаза Джодаха оставались открытыми, он старался удержать кровь. Хранитель слегка замедлил свои движения. Хранитель Трессерхорна улыбался, избивая Джодаха до полусмерти.

Внутри мага нарастала злость, в сердце она превратилась в пятнышко, в центр для его заклинаний. Он снова дотянулся до своих воспоминаний и произвел частицу прошлого, магию вулканов и огня.

Последовал новый удар, от которого затряслись кости, но центр спокойствия остался, боль его не затронула. Джодах заполнил его и дал ему разрастись внутри. Когда он увеличился достаточно, маг позволил мане заполнить пустоту.

Джодах поднял свободную руку и выпустил струю пламени прямо в лицо Чаеске. Неожиданно маг почувствовал свободу и в последний раз ударился о стену. Раздался крик, и Джодах удивился, поняв, что кричит не он.

Джодах медленно поднялся, его пальцы цеплялись за красноватый камень. Чаеска убегал, от его лица и одежды валил дым. Один раз огромный хранитель споткнулся и ударился о стену, но поднялся и продолжил бег.

Джодах повернулся к Джайе, которая отдирала от своего горла последний палец руки, отделенной от Чаески.

– Отличный выстрел, – сказала она хриплым, болезненным голосом. – Ты не мог это сделать до того, как он меня едва к черту не убил?

Джодах протянул руку и помог ей подняться. – Пойдем. Он может быстро добраться до Лим-Дула. И не ругайся.

Джайя ухитрилась покаянно улыбнуться. – Приятно видеть, что некоторые черты твоей личности снова поднимаются на поверхность. – Она отбросила наполненную костями перчатку, надела на плечи рюкзак и двинулась вперед.

Идти им было недалеко. У задних ворот все осталось таким же, каким его оставила Джайя – у дверей валялась пара куч из давно мертвой, замерзшей плоти и костей.

– Ему следует почаще проверять входы, – сказала Джайя. В ее голосе перестал слышаться хрип.

– Когда Чаеска заметил нас, он мог именно этим и заниматься, – сказал Джодах.

Джайя взглянула на Джодаха, и черты ее лица на мгновение смягчились. – Правильнее уходить отсюда прямо сейчас. Наступает зима. Как ты себя чувствуешь?

– Пьяным, но пригодным к использованию, – ответил Джодах, потом сообразил, что она спрашивает не об этом. – Настоящим, – наконец произнес он. – Я чувствую себя настоящим. Пойдем.

Джайя толчком открыла дверь, и внутрь ворвался тяжелый, ледяной ветер, цеплявшийся за их меха и покрывший пару толстыми хлопьями снега.

Они бежали вверх по склону горы, нависавшей над замком, передний край далекого ледника образовывал на севере линию горизонта. Луны уже скрылись за собирающимися облаками. Снег под ногами был неровным, но плотным. Джодах не сомневался в джайином чувстве направления и следовал вверх по склону холма за закутанной в меха девушкой, за тенью на снегу.

Замок за их спинами уже зашевелился. Сквозь нараставший ветер Джодах мог расслышать звуки рогов на укреплениях. На фоне пропадающих лун пронеслась какая-то тень. Против своей воли Джодах припал к земле, но, посмотрев наверх, не увидел ничего, кроме снежного вихря.

Джайя слегка обернулась и махнула рукой Джодаху, чтобы тот продолжал карабкаться. Джодах продолжил подъем, не обращая внимания на ноющее запястье и уставшие мышцы.

Снег, валивший все гуще, жалил его открытое лицо, но Джодах радовался тому, что он прикрывает их движение. Их нельзя было заметить с цитадели или с воздуха, потому что буря усилилась, и скоро снег и ветер сотрут их следы. Не потому ли Джайя заставляла их двигаться вверх по склону в надежде на то, что Лим-Дул в первую очередь отправит поисковые партии по более очевидным направлениям?

Снова заревели рога, на этот раз тише, снег сильнее приглушал их. Может, это все-таки был хороший план.

Что-то схватило Джодаха за колено, и он упал вперед. Выбравшись из снега, он посмотрел на то, что же помешало ему двигаться. Это оказалась низкая стена, построенная в очень давние времена, но до сих пор не до конца развалившаяся. В глубине его памяти что-то промелькнуло. Новые воспоминания.

Джодах удивлялся. Если он был настоящим, и со времени его последнего воспоминания прошло две тысячи лет, где он был в течение всего этого потерянного времени?

Он посмотрел вверх, и обнаружил, что Джайя не стала его дожидаться, ее закутанная в меха фигура исчезала в белизне. Джодах поднялся и последовал за ней.

Они добрались до горизонтального участка, теперь Джайя прокладывала путь осторожнее. Пока они шли, Джодах видел и другие развалины, выступавшие из горного склона. Была ли это древняя крепость, а замок Лим-Дула – лишь небольшим остатком от нее? Он кивнул себе. Это было похоже на правду. Столь большая часть мира превратилась в холодные руины.