Чтение онлайн

С Любой вернулись к ним в дом. Я прошлась по комнатам, почти все свечи догорели, осталась только одна – в спальне девочек, она даже наполовину не уменьшилась. Манюня сладко спала. Как догорит свечка, так ребенок и проснется. Об этом я сказала Любе, чтобы она не пугалась. Еще предупредила, чтобы она ни в коем случае не тушила эту свечу, все должно прогореть до конца.

– Люба, потом на ребенка надо будет защиту поставить или амулет повесить. Слабенькая она сейчас, будет всякая бяка липнуть, – сказала я.

Она кивнула головой. Собрала я все свои вещи и отправилась в автомобиль к Петру. Доехали мы довольно быстро. Из багажника он достал большой пакет и отдал мне.

– Что это? – заглянула я в тяжелый пакет.

– Индоутки, две тушки, свежие, – ответил он. – Все остальное потом привезу.

– Спасибо, – кивнула я головой.

– Это вам спасибо. Как хорошо, что вы тогда у меня в автобусе уснули, – у него на глазах навернулись слезы.

– Девочка спать будет долго, вы не пугайтесь. Если что, то звоните или пишите мне, – ответила я.

Мы попрощались, и я рванула в дом. Сначала душ, затем медитация на огонь. В таком состоянии нельзя подходить к животине, цепану от них энергии, они у меня и копыта откинут. Пришел Проша, плюхнул половину своей тушки мне на колени, затарахтел. Голову подставляет, требует, чтобы его гладили. В душе опустошение, но такое приятное, как после бани.

Пошла к своим козочкам-розочкам. Катюшка уже с пеструшками разобралась. Молоко не трогала, оставила в холодильнике. Попила чаю и завалилась спать.

Ночью приснилась старушка-молодушка. Удивилась ее появлению, значит, защиты от нее не спасают. Так она мне говорит, что с защитами все нормально, просто она на меня посмотреть зашла, а не воевать. Снова ее за ворота вытряхнула и дверь на засов закрыла, может, я на Брэда Питта посмотреть хотела, а не на старушку-молодушку.

Утром проснулась бодра, свежа, как майская роза. Сегодня Иришка должна вечером приехать с сынулькой. Пирогов надо напечь, вкуснях наготовить, став защитный найти – дел полно. Утром пришла Настена за очередной порцией молока. Сказала, что они собираются переезжать к бабушке, папиной маме. Я спросила, что же будут делать с домом. Настя сказала, что не знает, все вопросы решает папа.

После завтрака кто-то стал ломиться в калитку. Там старушка-молодушка стоит. На велике прикатила. Это сколько у нее сил, чтобы спокойно двадцать километров на велике проехать и даже не запыхаться. Предо мной стояла сухонькая старушка в платочке, ситцевом платье, кедах и велоперчатках. За ее спиной переминался симпатичный черт со свиным рылом, небольшими рожками и прической, как у рокерского панка. На плече у нее сидела уменьшенная копия большого черта, только вот прическа у него была, как у гота. Ну точно бабку черти принесли.

– Чего зыришь, глаза пузыришь, – выдала она мне. – Я пришла, отворяй ворота.

– Здрасьте, – только и смогла я сказать, хлопая глазами от удивления.

Она меня бесцеремонно подвинула своим велосипедом и зашла во двор. Ее сопровождающий зайти вместе с ней не смог, так и остался за калиткой. Развернулся и пошел под любимое дерево Волка, уселся там ждать. Рядом материализовался Волк, составил ему компанию. На удивление, они вполне мирно рядом сидели, а может, даже общались на своем неведомом языке.

Тот чертик, что сидел у бабки на плече, вцепился в ее платок и начал верещать, когда она проходила в мою калитку. Мне кажется, у него даже шерстка обуглилась.

– Цыц, – она ткнула в него пальцем.

Он замолчал и начал приглаживать свой причесон.

– Ну че, мне нравится, – оглядела она мой двор.

На пороге дома сидел Проша и умывался.

– Я так понимаю, в дом меня не пустят, – констатировала факт бабулька. – Да мне и беседки хватит.

Она устремилась в беседку и плюхнулась на лавку.

– Чай тащи, – скомандовала она. – Или чего крепкого. Есть у тебя?

– Нет, – мотнула я головой.

– Вот брехушка, у Маргаритки всегда чего выпить было. Да ну и фиг с тобой, у меня свое есть, – она вытащила из кармана фляжку и поставила на стол.

– Мам, это кто? – выглянула из дома Катюшка.

– Не знаю, дочь.

– Может, ты чай принесешь? – обратилась бабулька к моей дочери.

– Дочь, принеси чай и там где-то конфеты были.

Старушка-молодушка вертела головой во все стороны.

– Да ты не боись меня. Воевать я с тобой не собираюсь, если, конечно, ты первая не начнешь, – ответила она на мой немой вопрос. – Меня баба Мотря зовут или бабка Матрена, как хочешь, так и называй, я на все откликаюсь.

– Агнета, – представилась я.

– Ты уж меня прости за прошлый раз. Не понравилось мне, как ты меня щупать начала, вот и сработала защита. Только вот у тебя своя хорошая, так что тебя чуть-чуть задело, – болтала она.

– А вы такая же, как бабка Нина? – спросила я.

– Да ты что, – всплеснула она руками. – Еще бы я на бесов работала. Мы с ними дружим, – она почесала пузико своему чертенку.

Да уж, принесла нелегкая старушку-молодушку, и чего ей понадобилось?

Расставила чашки на столе, вазочку с конфетами и пару креманок с вареньем. Налила заварку и кипятка. Бабулька плеснула себе в чай что-то из фляжки, предложила мне, я отказалась. Она достала откуда-то из кармана трубку и мешочек с травками.