Чтение онлайн

Господин закрыл за собой дверь и осмотрелся.

— И как вы собираетесь проверять? — уточнила я, напрягаясь и не глядя на мертвеца.

— Посмотрю оставленный след.

Господин присел на корточки, прикрыл глаза и протянул руки с длинными, тонкими пальцами к полу. Он слегка касался шероховатого камня кончиками когтей, а я чувствовала, как по помещению растеклись слабые всполохи энергии. Словно воздух прошeлся лeгкой рябью. Будто подул тeплый ветер. Я ахнула, понимая, что передо мной не просто маг теней. Этот тенери, что удивительно для его народа, в своей магии пользовался окружением, а не тенями. Как человеческие маги преображали энергию природы через всяческие амулеты и артефакты, как ведьмы преображали её через себя, так пропускал и он.

Я переминалась с ноги на ногу. То сцепляла худенькие руки, то прятала озябшие ладони в карманы мальчишечьих брюк.

— Сколько тебе? — спросил господин, открывая глаза и уставившись на меня.

— А тебе какое дело? — вырвалось, прежде чем я поняла, как грубо это прозвучало.

Я зажмурилась и напряглась, но господин лишь устало вздохнул.

— Выглядишь уж больно юной, — произнёс он и подошёл ко мне, заставляя отступать спиной к стене, — но вульгарной. Кто учил тебя краситься?

Обиженно я вздёрнула подбородок. Спину держала прямо и старательно вытягивала шею, но осталась слишком низкой. Брови господина приподнялись ко лбу, словно он хотел сказать мне что-то ещё. Я же так не хотела смотреть снизу вверх! Это, конечно, невозможно, когда макушка на высоте груди собеседника.

— Имя-то у тебя есть?

— Есть, — ответила я и, в попытке казаться хоть немного выше, уселась на прилавок.

Мне всё ещё приходилось задирать голову. От негодования я вцепилась пальцами в деревянную столешницу. Да, рядом с этим господином я чувствовала лишь негодование из-за разницы в росте, но ни капельки страха. И ещё было что-то в нём дурманящее. Возможно, едва заметный и в то же время пряный аромат. Что бы это ни было, а мысли мои потекли не туда.

— Назови, — потребовал он.

— Его я не убивала!

Выражение мужского лица стало вопрошающим.

— Значит, говоришь, не убивала?

— Не убивала, — сморщила носик.

Господин без предупреждения схватил меня за руку и слегка сжал. Я вскрикнула и попыталась вырваться, но тщетно.

— Да, силёнок тебе бы не достало. Пойдeшь со мной.

— Ещe чего!

— Помереть хочешь?

— Именно потому, что не хочу, — я прижала руку к груди.

— Как только я уеду, он вновь возьмeтся за своe. И тогда тебя уже никто не спасeт. Будь умницей, иноземка, поезжай со мной. Не обижу.

— За городом разойдeмся?

— Разумеется.

Повторно оглядев господина. Стройного, высокого, в поношенных, но качественно сшитых одеждах, я решила ему довериться.

Вместе мы вышли на улицу и прошли мимо мясника. Тот спохватился, лишь осознав, что господин не намерен останавливаться, а я выгляжу такой же целёхонькой и живой, как прежде.

— Господин, — поклонился мясник и протянул ко мне жирную руку.

— Её вины нет. След указывает не на человека.

— Но как же? Разве она не касалась?

Мясник запнулся. Господин остановился. Я впечаталась в его спину и резво отскочила на два шага. Смерив мясника недолгим взглядом, господин пошёл дальше. Он с лёгкостью водрузил меня на свою лошадь, подхватив под мышки.

Уже выехав из города, я заметила разбитую скулу моего спасителя. Запустила руку в свою сумку и выудила зелёный флакон. Мазь пахла кислыми травами. Щипала и кусалась как снег на морозе, но раны заживляла замечательно.

Господин мягко улыбнулся и скосил на меня взгляд зелёных глаз.

— Ой, — опомнившись, я отдёрнула пальцы от его щеки. — Я, просто, это.

— Спасибо.

Смутившись, опустила взгляд к лошадиным копытам. Уши густо покраснели, а нутро вдруг издало недовольное голодное урчание.

— Пожалуй, я тоже голоден, — в ответ на звуки моего живота веселясь проговорил господин. — Составишь компанию?

— В лесу? — если б была такая возможность, я бы отстранилась.

— Нет, впереди отличная харчевня. Там поедим и разойдёмся. Итак, твоё имя?

Я сидела напротив господина, и внутри меня зарождалось ощущение подвоха. Пока ещё я не понимала, что к чему, но чувствовала, что-то идёт не так. Господин неторопливо ел луковую похлёбку. Передо мной стояла такая же тарелка и ломоть свежего серого хлеба. Заглядываясь на еду, я не торопилась приступать к трапезе. Есть, конечно, хотелось, но не так сильно, как удрать. Да, он меня спас. Да, увёз и угостил, но не потребует ли чего взамен?

С опаской глядела на своего спасителя, рассматривала его витые рога и серебристые когти. Уставшие, но не голодные глаза. Я вглядывалась, выжидала.

— Летта, — произнёс он. — Так сколько тебе лет?

— Для этого надо нечто большее, чем еда, — ответила я, глядя в упор на мужчину.

Он недовольно вздохнул, но в целом вёл себя безобидно. Приободрившись, я села ровней. Смотрела прямо. Старательно не показывала страха перед тем, кто меня об имени спросил, а сам так и не назвался.

Мне понадобилось значительное время, чтобы храбрости накопилось достаточно для трапезы. Одной рукой я схватилась за ложку, второй отломила кусочек хлеба. Часть в рот, часть за пазуху. Неясно, когда удастся нормально отобедать в следующий раз.

Мимо нашего столика прошла парочка. Девушка в юбке с разрезом от бедра и почти полностью распахнутой рубашке. Казалось, её грудь вот-вот выпадет, лишь чудом она удерживалась внутри. Девушка так сильно прижималась к мужчине, что, закрадывалось впечатление, будто её наряд ещё не упал лишь по этой причине. Я невольно загляделась на столь откровенное заигрывание. Она что-то шептала ему на ухо, а её украшенные браслетами руки скользили по мужской спине то вверх, то вниз. Парочка подошла к работнику на стойке и попросила ключи от комнаты наверху.