Чтение онлайн

С неохотой, уменьшаясь в размере, начал жаться к подоконику мальчишка, скрещивая руки на груди. Он был не в себе и слишком сильно нервничал и вот это мне совершенно не понравилось.

Но собравшись с духом и посмотрев мне прямо в глаза, да так, что меня до самых пят пробрало от эмоций Улька, я наконец-то услышала ответ.

— За убийство. Старшего брата, Уграна, — сухо и чётко произнес Ульк. — А наказание… уже пятый год идёт.

— Как ты оказался в том борделе, да ещё и под контролем орка?

— Как много я о тебе не знал, Ромалия, — с философским выражением на красивом лице произнёс Макс, хмыкнув и закусив кончик своего большого пальца. — Я ведь хотел сам тебя развратить, а ты и без моей помощи неплохо справляешься, — хмыкнул мужчина, сильно озадачив Улька.

Да, парень, привыкай, этот дамнант отпускать меня явно не собирается, как и упрощать мою и без того сложную жизнь.

— Макс, иди к Райху. Ульк, но ведь обычно в таких случаях члены семьи выкупают раба, так почему же ты оказался в лапах орка?

— Улом убил Уграна, чтобы стать единственным наследником и не делиться с нами полученным от родителей и деда наследством. А меня он попросту выкинул из дома, без денег, одежды или хотя бы крошки хлеба. Сразу из здания суда мени отправили на площадь и продали первому, кто предложил достойную цену. Им и оказался Хэши, которого ты видела в борделе.

— Тебя подставил старший брат и в четырнадцать лет заставил стать рабом. Не удивлена. Улом умеет быть той ещё редкостной скотиной, продуманный и дальновидный огневик. Его бы потенциал, да в мирное русло. Однако, это не объяснет мне, почему именно со мной ты должен жить, Ульк. Я не покупала тебя у Хэши, следовательно ты до сих пор его слуга.

— Динь-динь-динь, ответ неверный, — явно издевался надо мной парень, громко щёлкая пальцами и нагло скалясь на меня. — Я украл у тебя деньги, которые по закону рабства принадлежали на тот момент Хэши…

— Я забрала кошёлк и кольцо обратно, это не бартер…

— Нет, Ромалия, снова торопишься с выводами. У Хэши осталось несколько момент из твоего кошелька, всего три золотых, однако моя метка приняла это за плату и теперь я весь твой.

Чтоб тебе… Райху по дороге встретился!

Он был прав. Если у его бывшего хозяина остались деньги с моей энергией, то Ульк теперь по всем правилам принадлежал мне. До следующей продажи. И я уже даже подумала об этом, попросту спихнуть ненужного и бесполезного огневика кому-нибудь, кому он действительно мог пригодиться. Однако… мне нужно обдумать этот вопрос более тщательно.

— Райх, — ругнулась я, зарываясь пальцами в распущенные волосы и поднимая взгляд в белый, ровный потолок. Казалось, что все мои проблемы были просто чьим-то издевательством. Вот зачем (!) зачем мне этот ребёнок? Он ведь вор, а мне нужен… СТОП! А ведь именно хороший и умелый вор и мне и нужен, особенно учитывая, что красть нужно у ювелира с самой опасной защитой во всей Лаге.

Я опустила голову и заметила, что сейчас Макс начал оценивать Улька как… Кого? Противника, соперника, друга, товарища по несчастью? Я совершенно ничего не понимала. Как мне на голову мог свалиться беспризорник с меткой раба, да ещё и из знатной семьи, которого как оказалось подставил старший брат.

Боги! А я думала, что у меня в семье всё было слишком запутанно и странно. Ан нет, оказывается были и более запущенные случаи. Я в своём роду хотя бы единственной законной наследницей была первого порядка. Второго и третьего попросту и не было.

И пока я думала над тем, как не сойти с ума, изощряясь по поводу нового раба (как звучало-то противно и примитивно), Макс и Ульк пялились друг на друга, присматриваясь, как это могут делать только мужчины.

— Макс, попроси у Алисандры ещё один номер. Я оплачу. Ульку нужно будет где-то жить, пока мы заняты твоим заданием, — строго и несколько сухо попросила я дамнанта, который резко оторвался от прожигания дыры в моём… подручном, и лучше бы он на меня так не смотрел. В его взгляде без труда можно было прочитать многое — злость, едва сдерживаемую агрессию, обиду и даже страх. Последний был настолько мал, что я даже посчитала его моей галлюцинацией, нежели действительной реакцией.

— Ты оставляешь его себе? — в голосе дамнанта было столько обиды и неверия, отчего я засомневалась, а действительно ли именно так собиралась поступить. Но правда была такова, что у меня попросту не было выбора. Пока я его не придумала, а продавать мальчишку первому встречному не особо хотелось, он мог нам пригодиться.

— Да, — быстро ответила я, и Ульк даже улыбнулся, мол, а как же иначе, но я немедленно расстроила ребёнка, добавив. — Пока что.

Я не собиралась давать ему ложную надежду на спасение, потому что сейчас была не уверенна в будущем, как никогда прежде. У меня отвравление собственной силой, и я не лучший кандидат на роль опекуна в ближайшие пару лет. Я их могу просто не прожить и всё. Как же это было банально и обидно — умереть от той силы, которую получила при рождении, словно кто-то пытался пошутить, но с чувством юмора у него или них было слишком туго.

— Что ж, мне не принципиально, главное, чтобы кормили и били нечасто, — безучастно отозвался Ульк, поправляя небольшую сумку на своём плече. Он первым вышел из комнаты, оставляя нас с Максом наедине. Видимо, парень почувствовал, что сейчас был лишним.

Какой догадливый ребёнок.

— И как давно ты начала страдать альтруизмом? — с наигранным интересом спросил меня Макс, сложив руки на груди. Мужчину бесил сам факт того, что теперь в моей жизни появился кто-то ещё. Оно и понятно, уж в чём дамнанта было сложно обвинить, так это в умении делиться тем, что он считал хотя бы отдалённо своим.

— Я думаю наперёд. Он вор, отличный вор, хочу я отметить. А у нас как раз не хватает того, кто смог бы изъять сапфир Мелодии.

— Он нам не нужен, Ромалия. Этим ты просто оправдываешь своё желание получить раба, — невозмутимо опровергнул все мои слова Макс, заставляя чувствовать себя немного обиженной от происходящего.

— Ты знаешь меня столько лет. С рождения, Макс, и действительно считаешь, что я способна пригреть кого-то и содержать только из-за собственной прихоти или скуки? Если тебе обидно или у тебя какие-то комплексы, то не нужно перетаскивать их на меня. Это выглядит глупо и не красит тебя в моих глазах, — совершенно равнодушно отозвалась я, отворачиваясь от него и направляясь к выходу. Раз он считал, что мне нужен раб, принижая моё чувство собственного достоинтсва и самоуважения, я не буду объяснять ему причины своих действий. У Макса слишком развита фантазия или же чувство собственной значимости затмило ему остатки разума, которые успели восстановиться после затяжной пьянки.

В любом случае в таком тоне и при таком отношении к себе я общаться с дамнантом не собиралась. Захочет нормального, конструктивного разговора, то милости прощу, а пока нет уж, увольте, я откланяюсь и подумаю обо всём в другом месте.

Но выйти мне не дали. Макса словно прошибло меня довести себя до нервного тика. Он грубо, впиваясь пальцами в мои плечи, остановил меня. Я не сопротивлялась, понимая, что мой противник в разы сильнее и сейчас явно был не в себе. Лишь металл пробудила в спальне, чтобы в случае чего можно было отвлечь внимание алхимика.