Чтение онлайн

А в следующее мгновенье я и увидела уже одного из палачей. Высокая фигура в камуфляже и в балаклаве, скрывающей лицо, появилась в перекошенном дверном проеме туалета, куда меня, как уже сообразила, закинуло, и, не мешкая, направила мне в лицо небольшой арбалет.

“Водица родимая, защитница моя могучая, выручай!!!” завопила я безмолвно, осознавая, что все еще не в состоянии шевельнуть ни единой конечностью.

Арбалет тренькнул спусковым механизмом, болт сорвался, но тугая струя бившей вверх воды вильнула, будто была атаковавшей коброй, и хлестнула, сбивая и снаряд с траектории, и снося самого стрелка. И почти в то же мгновенье сверху спрыгнул злобный громила, сцапал меня с кучи обломков и буквально сунув подмышку, как пластиковый манекен, со скоростью молнии рванул прочь.

Его рывок ослепил новой болью в поврежденной спине, я заорала, болтаясь как тряпка от его резких маневров в помещении между полуобвалившимися стенами и прыжков через завалы. Громила петлял по клубу, превратившемуся в какой-то адов лабиринт, уходя от стрелков и унося меня. То, что мы вырвались наружу, я поняла по пробравшему мигом до костей холоду. Но мой спаситель-похититель не останавливался еще какое-то время, несясь на невообразимой скорости по ночной улице, а потом так же резко, как совершал все свои маневры, сиганул влево и практически скатился куда-то вниз и в кромешную тьму.

Остановился и опустил, хотя скорее уж сбросил меня, упавшувшую бессильной кучей, на твердый пол. Однако перевести дух не дал, схватил за плечи, вздернул, усаживая прямо и приваливая спиной к невидимой стене.

– Где мой брат, ведьма? – зарычал он мне в лицо, обдавая запахом пива и крови.

– Кто? – шарахаться было некуда, просто стукнулась затылком о стену позади, стремясь отстраниться.

– Богдан, ведьма! Где он? – снова потребовал громила, чьи черты я потихоньку начала различать в окружающей темнотище.

– Не знаю никого с таким именем, – ответила, начав лязгать зубами от холода.

Все же я насквозь промокла, а на улице морозный декабрь.

– Брешешь! – рявкнул мужик и вдруг схватил за горло.

Я, не иначе как каким-то чудом, умудрилась лягнуть его, не выбирая куда, и, вцепившись в запястье, вывернуться, освобождаясь. Спасибо все же ежедневным тренировкам-издевательствам. Вскочила на ноги, собираясь рвануть отсюда, но на этом мои успехи и закончились. Мой захватчик, не поднимаясь даже, выстрелил длинной ручищей и молниеносно ухватил за лодыжку, и вместо того чтобы побежать, я грохнулась вперед лицом, только и успев прикрыть его скрещенными руками. Судя по очень скорому и чрезвычайно болезненному приземлению, упала я на какую-то идущую вверх лестницу. Локти-ребра-колени, мамочки, больно же как! И будто этого было недостаточно, так еще и бугай-похититель навалился сверху, обездвиживая.

– Пусти, гад! – завизжала я в бессилии.

– Замолкни ты! – шикнул он мне в ухо, рванул высокий ворот свитера, придушивая, и уткнулся носом в изгиб шеи.

Я попыталась садануть его хотя бы затылком, но внезапно он отпустил меня.

– Предсмертная, – прошептал он тихо и как-то отчаянно. – Как умер мой брат, ведьма?

Я перевернулась и поднялась, привалилась к стене спиной, потому что ноги что-то подвели.

– Послушай… я не знаю твоего имени…

– Василь, – перебил он меня. – Я брат того, кто оставил на тебе предсмертную печать должника, ведьма.

– Людмила, зови так. – Я принялась шарить по карманам в поисках телефона. – И я не понимаю, о какой печати ты ведешь речь, но обещаю – мы во всем разберемся, только сначала мне нужно узнать, выжил ли Лукин, и попасть в тепло или хоть переодеться, иначе еще пять минут – и я околею или уж пневмонию точно схвачу.

– Ведьма… – произнес громила с пренебрежением. – Вы же почти как люди обычные.

Под мой возмущенный взвизг он опять схватил меня, засовывая подмышку, как какую-то карликовую собачонку, и рванул куда-то. Пара прыжков, и мы опять на какой-то глухой и плохо освещенной улице, и ветер взялся за мое замораживание всерьез. И сразу же подал голос так и не извлеченный из внутреннего кармана телефон.

– Эй! Василь! Я могу идти сама!

– Медленно слишком, – огрызнулся он и помчался вперед еще быстрее.

– Куда ты меня тащишь?

– В тепло, – был лаконичный ответ.

Телефон запел голосом Адель снова, и я стала возиться в крайне неудобном захвате, стараясь его достать.

– Прекрати! – прикрикнул на меня Василь. – Мы почти дошли.

И, действительно, буквально через несколько секунд он затормозил перед какой-то дверью, толкнул, вваливаясь со мной внутрь ярко освещенного помещения. Низкий столик, угловой большой диван, несколько кресел, огромный телек под потолком, все стены в цветах комнатных, похоже искусственных, больно уж пышные. Пахло как-то странно. В одном из кресел развалился парень, такой же длинноволосый, как и мой похититель, что лишь мельком оторвался от экрана при нашем появлении, скользнув равнодушным взглядом.

– Где свободно? – буркнул Василь.

– Третья и седьмая, – ответил парень и таки поднял удивленно одну бровь, поглядев пристально.

Дальше меня транспортировали по длинному коридору, еще одни двери, и вот я наконец на ногах. Огляделась, понимая, что очутилась-то, похоже, в сауне. Большой стол со стульями явно для веселых посиделок, музычка ненавязчивая, стеклянная дверь в парилку с лавками, рядом открытая душевая и справа в углу бассейн. Прежде в таких местах бывать не приходилось, как-то мне не по средствам было, и знакомых, предпочитающих такой досуг, не имелось, но не узнать сложно.

– Иди раздевайся, – подтолкнул меня в спину в сторону парилки Василь и взялся стягивать свою кожаную куртку.

– Ты меня в сауну притащил?

– Ты сказала, что нужно тепло. Там… – он ткнул на стеклянные двери, – тепло. Одежду давай мне, отдам высушить.

Сейчас при нормальном освещении я смогла рассмотреть его хорошенько. Реально какой-то человек-гора, каким и показался с первого взгляда. Рост за два метра, грудная клетка как у быка, блин, ручищи с бугрящимися мускулами и ладонями – совковыми лопатами, плечи – валуны целые, черты лица как топором кто в камне вырубал. Но не урод. Совсем. Просто какой-то жуткий, излучающий нечеловеческую мощь, причем четко понимаешь – то, что и так впечатляет внешне, это лишь малость, вершина айсберга, что называется. А что скрыто – и представить страшно.

– Ты, может, хоть выйдешь? – спросила, сняв изгвазданную и порванную на спине куртку и выудив из нее наконец телефон.

Три пропущенных – два от Лукина и последний от Волхова. Надо же, объявился.

– Зачем?

– Я раздеваться буду.

– И что? Ты не привлекаешь меня, не парься. Слишком мелкая и хлипкая.

– Ну спасибо, конечно, ты тоже не образец секс-символа для меня, – огрызнулась я.

– Я не хотел обидеть. Просто объяснил, – нахмурил Василь густые брови немного озадаченно.