Ведьма
Шрифт:
Если тебе удастся это, поздравляю со вступлением в наши ряды! Тогда можешь прочитать, что написано дальше. Пока же тебе хватит этого. Готовься».
Я отложила листики и подняла голову. Вот оно, значит, что… Ночь борьбы неизвестно с кем или с чем… Борьбы за свою жизнь.
Я встала и, стараясь не шуметь, вышла на улицу. Солнце уже почти село, повеяло сумерками. Здесь, казалось, время идет раза в два быстрее, чем у нас. Чудесный, загадочный, сказочный лес! С невидимыми обитателями, стрекочущими в траве, повизгивающими в густой зеленой кроне, ухающими из дупел деревьев… Неужели это явь? Теперь это моя пожизненная явь со всеми сопутствующими чудесами.
– Хозяюшка, чего задумалась? – На пороге, зевая, показался домовик. – Помогли ли тебе записи Алисочкины?
– Да, спасибо, Дём, что сказал, – кивнула я, – теперь знаю, что меня ждет ночью.
– Так я вот думаю, – испуганно проговорил Дёма, – не надоть уже бы на улице-то находиться, ночь упадет, как не видно! Пошли внутрь? Отварчику с блинчиками еще успеем попить… Я уже и водичку поставил.
– Пойдем, – улыбнулась я, решив не мучить домовичка, а сердце бешено заколотилось. Справлюсь ли?
С каждой минутой домовик нервничал все больше, кажется, даже больше, чем я. Мы попили чай, я убрала со стола, а потом он встал и, кряхтя, начал мерить шагами избу. Он выглядел так несчастно и испуганно, что я взмолилась:
– Дёмочка, ну не волнуйся, прошу тебя! Мне не легче. Ведь это на меня все свалится, а при виде тебя становится еще тяжелее…
– Надо запереть дверь! – вскрикнул домовик, бросился и подпер дверь стулом. За окном становилось все темнее, сумрачно и тоскливо ухнул филин.
– Дёма! Может, спрячешься, раз боишься?
– Они сейчас появятся… – как-то обреченно проговорил домовик, глядя сквозь меня. Он меня не слышал.
– Перестань!!! – почти закричала я. Мурашки бегали по телу.
Но уже и сама почувствовала, что что-то надвигается. Я сжала амулет в руке и машинально произнесла заветное:
– Помоги, пожалуйста!
– Хозяюшка! – Бросился ко мне Дёма и, обхватив, уткнулся в грудь.
Я гладила его, стараясь успокоить, но руки дрожали.
– Если и тебя заберут, мне ведь совсем плохо будет… – бормотал домовик. – Я привязался к тебе уж, хорошая ты…
Резкий удар в дверь откинул Дёму от меня. Он горестно взвыл и кинулся за печь. Сердце ухнуло и бешено заколотилось. Но я постаралась собраться, помня слова Алисы. Выволокла другой стул на середину комнаты, свалилась на него и стала отчаянно унимать волнение.
Еще один удар, а потом тишина. Я застыла. Легкий стук в дверь – вкрадчивый и осторожный. Дёма причитал за печью. Я молчала. Стук повторился, но теперь он был уже сильнее, настойчивее. А потом забарабанили так, что я от неожиданности чуть не свалилась со стула. Очень нелегко мне было сохранять спокойствие, паника подступала, охватывала, душила, хотелось убежать, спрятаться. А может, залезть в подпол и там отсидеться? Вряд ли убережет, иначе Алиса бы упомянула.
А дверь уже трещала под напором, стул, подпирающий ее, поскрипывая, медленно двигался, сдерживая дверь все меньше и меньше. У меня уже просто чуть не стучали зубы. Я увидела через щели в двери и под ней какой-то странный вихристый серый туман, он клубился и просачивался в дом.
Одной рукой я сжала амулет, а другой вцепилась в сиденье стула. Страх побеждал.
И вдруг ни с того ни с сего на меня накатила злость.
– Идиотка, дура трусливая! – пробормотала я сама себе. – Ты помрешь, может быть, через минуту, а не можешь собраться! Кто тебе поможет, если ты сама себе не помогаешь. Ну-ка быстро пришла в себя и… разберись с этими уродами, которые приперлись черт знает зачем, пугают Дёму, на твою жизнь претендуют… Ты же ведьма, в конце концов!!!
Я даже немного привстала со стула. Но тут стул-подпорка с грохотом отлетел, дверь распахнулась, и туман ворвался в комнату. Меня пригвоздило к стулу ледяным воздухом. Я глотнула его и зажмурилась, едва не задохнулась, а когда открыла глаза, на пороге высился силуэт!
Фигура в длинном балахоне с капюшоном похожая на жуткого монаха-призрака, смотрела на меня в упор. Я не видела глаз под низко надвинутым краем капюшона, но чувствовала ледяной, как этот туман, пронзительный взгляд сверлящий меня. Через секунду фигура шагнула внутрь.
– Стой!!! – вскрикнула я, хватая ртом воздух, едва не задыхаясь от давящей энергии, исходящей от фигуры.
Она сделала еще шаг.
– Не-э-эт!!! – закричала я в отчаянии, не зная, что делать.
Фигура остановилась.
Я почувствовала жжение на груди и увидела, что это амулет, от него исходило тепло, и он слегка вибрировал. Это придало мне уверенности. А чего я боюсь? Если хоть кому-нибудь уже удавалось их победить (а я точно знала, что Алисе, например), то я тоже смогу!
– Ни шагу больше! Я вас не впускаю, убирайтесь!
Я подумала: а вдруг они сильнее и я не смогу противостоять им, вдруг я что-то упустила? И в тот же момент фигура сделала еще один шаг внутрь. За ее спиной виднелась следующая. Честное слово, я чуть не поседела… Но сразу поняла, что делаю не так. Я сосредоточила все свои мысли в одном направлении: не впускать, не давать войти, я не хочу, я сильнее!
Вдруг фигура, идущая первой, подняла руку и протянула ее в мою сторону. Я вздрогнула от неожиданности, что дало ей возможность сделать еще один шаг в мою сторону. Теперь нас разделяло шагов пять… Второе существо уже шагнуло внутрь.
– Пошел ты! – рявкнула я, вдруг взбесившись.
Ненависть вскипела во мне, как лава в вулкане, грозя извергнуться наружу. Фигура остановилась. Но неожиданно какая-то тяжесть навалилась на мою голову и проникла внутрь. Ледяная тяжесть, словно волна холодного свинца, влилась в мозг, и я услышала:
– Жалкая дура… Не знаешь, с кем ты связалась. Мы не уйдем отсюда без тебя. Но если будешь сопротивляться, то мучительные, полные агонии страдания мы обрушим на тебя. Ты такая слабая, что не тебе тягаться с нами, были и посильнее тебя, но не смогли ничего сделать.