Ведьмина служба уборки

– Она слишком долго не приходит в себя, – приятный мужской голос еле-еле пробивался сквозь темноту и какие-то помехи, похожие на шипение неработающего телевизора.

– …оставим и уйдем? – предложил его собеседник ломающимся юношеским тенорком.

Кого и где они собираются оставить? Я возмущенно открыла глаза и в упор уставилась на двух подозрительных типов, один из которых зачем-то держал меня за ноги. Молча уставилась на его испачканные пальцы с совершенно черными ногтями.

Трогает. Меня. Этими. Грязными! Руками!!!

– А-а-а-а! – мой визг, наверное, слышала вся округа.

– Чего дерешься? – пискнул отброшенный пинком вихрастый паренек, обиженно потирая ушибленную филейную часть.

– А ты зачем меня трогаешь? Когда в последний раз руки мыл?! – возмущенно воскликнула я, судорожно шаря вокруг в поисках своей сумки с антисептиком. Нужно срочно обеззаразить те места, к которым прикасался этот неумытый субъект!

– Шок, – с досадой проговорил второй тип, – Андо, принеси успокоительное зелье.

Видимо, этот был главным в их шайке-лейке. Паренек скрылся из виду, наградив нас обоих напоследок крайне недружелюбным взглядом, а меня будто обухом по голове ударило.

– Вы что, – голос хрипел и срывался, горло от ужаса свело судорогой, – какие-то сектанты?

– Не бойся. Мы не причиним тебе вреда, – помешкав, незнакомец счел нужным уточнить, – во всяком случае, нарочно.

– Вот уж спасибо, – пробормотала я, пытаясь найти взглядом что-нибудь острое, твердое или хотя бы просто тяжелое.

Все происходящее было похоже на какой-то дурной сон. Темное помещение, странные люди, непонятные разговоры. И грязь, повсюду грязь! Меня накрыла дурнота. Пришлось обнять себя руками и закрыть глаза, глубоко дыша. Казалось, что если я сейчас не помоюсь или хотя бы просто не обеззаражу себя антисептиком, то все – умру.

– Как тебя зовут? – мужчина подошел ближе, и мне пришлось открыть глаза. Надо взять себя в руки и хорошенько разглядеть похитителя, чтобы потом можно было написать в полиции заявление и составить точный фоторобот. Очень светлые, почти белые волосы причудливо сочетались с темно-карими, даже скорее черными глазами, в которые было страшно смотреть. Высокий, худощавый, спину держит неестественно прямо. «Палку проглотил», – так, кажется, говорила моя бабушка.

– Катя, – почему-то честно ответила я, хотя изначально планировала соврать, как делала всегда, когда ко мне лезли знакомиться.

– Катарина, значит, – задумчиво произнес незнакомец, – меня можешь называть Мастером.

Точно секта. Уж попала, так попала! Боги, как я вообще здесь очутилась? Последнее, что помню – сильная головная боль, которая внезапно началась на паре по экономической географии. Преподаватель отпустил меня в медпункт, куда я ввалилась уже практически без сознания. А дальше – темнота.

Так, Катя, соберись! Чему тебя учил дедушка? Преступника надо удивить и ошарашить, хорошенько сбить с толку.

– Вы тут вообще прибираетесь хоть иногда? – строго посмотрев на мужчину, спрыгнула с… алтаря? На секунду ноги стали ватными, но я быстро взяла себя в руки.

– Что? – незнакомец выглядел удивленным. Нужный эффект был достигнут, и я поспешила закрепить успех.

– Это вот что? – брезгливо ткнула пальцем в развешанные на стене ножи, которые подозрительно смахивали на ритуальные кинжалы. – Почему они такие грязные? Так можно и инфекцию занести в рану.

Аргумент был провальным. И ежу ясно: тому, кого убивают таким ножичком, вряд ли есть дело до вирусов и бактерий, но времени заметить мою оплошность я собеседнику не дала.

– А друг ваш? Он когда в последний раз ванну принимал? Да от его грязных рук на моих лодыжках остались липкие следы! – меня передернуло, причем вполне искренне.

– Кого ж это мы сюда притащили?! – за моей спиной разбилась склянка.

– Андо! – раздосадованный блондин повысил голос. – Это было последнее успокоительное зелье на сто миль вокруг!

– Мастер, вы же слышали! Она хочет заставить меня помыться! А я и так мылся на той неделе!

– Я уже сто раз говорил тебе: мытье не вредит организму, – устало вздохнул мужчина.

– Да что может знать о болезнях некромант! К вам-то никакая зараза не липнет. А вот моя бабка Агата говорит…

– Твоя бабка Агата – самая безграмотная ведьма, какую я знаю! – отрезал главарь шайки. – Из-за тебя мне придется исчерпать свой магический резерв до дна, чтобы успокоить нашу гостью.

– Лучше сразу упокоить, так оно надежнее будет, – пробурчал парнишка, собирая осколки грязным, обломанным огрызком веника.

Пока эти двое переругивались, я тихонько пятилась к стене с кинжалами. Нащупав один из них, чуть не потеряла сознание от отвращения: рукоятка липла к коже и была покрыта какими-то темными пятнами. Тем не менее, с оружием в руке я чувствовала себя намного увереннее. Увы, зря.

Блондин внезапно обернулся и сделал странное движение рукой, будто снежок бросил.

Падала я совершенно неизящно – куль с мукой и то сделал бы это грациознее. Все тело разом одеревенело, разум затуманился, а мысли тянулись, как жевательная резинка. Упасть на каменные плиты мне не дали – мужчина каким-то неведомым образом успел поймать меня у самого пола.

«Вот хорек белобрысый», – подумала я, окончательно проваливаясь в темноту.

Мое второе пробуждение было как две капли воды похоже на первое.

– Опять не хочет приходить в себя. Мастер, а давайте ей по щекам нахлестаем?

Я на миллиметр приоткрыла глаза и чуть не заскрипела зубами от злости: надо мной склонилась все та же парочка безумных сектантов.

– Андо, не заставляй меня жалеть, что я взял тебя в ученики. Мы не бьем женщин. Во всяком случае, живых, – зачем-то добавил блондин.