Чтение онлайн

Она повиновалась. Но выглядела при этом так, будто этот приказ был отдан человеком, держащим нож у её горла. Напряжение Рус росло с каждой минутой, как и её страх. И мужчина это отлично видел. Но, к сожалению, даже примерно не представлял, что нужно сказать, чтобы она успокоилась.

Раздумывая над этой странной ситуацией, он открыл дверь в кладовую, достал с верхней полки небольшую коробку и поставил её на стол. К удивлению девушки там оказались матки тонкой полупрозрачной ткани и бутылочки с какими-то непонятными жидкостями. Изучив каждую из них, Кай выбрал одну, с ярко жёлтой жидкостью, и сел напротив Рус.

— Дай руку, — сказал он, протягивая девушке свою ладонь.

Она не отреагировала. Напротив, вся сжалась ещё сильнее и закусила губу. Видя такую реакцию, Кай нахмурился и сам схватил её за запястье.

— Не дёргайся, будет щипать, — добавил мужчина, осторожно раскрывая её сжатый кулачок.

Раны оказались довольно глубокими, но не настолько, чтобы нести в себе реальную опасность. Хотя даже такие царапины без правильной обработки могли бы обернуться для этой испуганной мыши большими проблемами со здоровьем.

Когда он аккуратно смыл с её руки кровь, затем залил раны жутко неприятным раствором, Рус стало так больно, как не было уже очень давно. Девушка не смогла сдержать стон, с силой зажмурилась и отвернулась в сторону. И пусть многие рабы утверждали, что со временем перестаёшь реагировать на физические наказания и начинаешь воспринимать их проще, но она с этим согласиться не могла.

— Больно? — голос Кая звучал тихо, но в нём отчётливо слышалась странная забота. Он с большой осторожностью коснулся пораненных пальцев и легонько их погладил. — Сейчас пройдёт. Но нужно замотать, чтобы туда не поспала никакая зараза. Так что, тебе придётся ещё немного потерпеть.

Теперь она смотрела на него даже не пытаясь скрыть своего явного удивления. Этот его голос, прикосновения, забота… просто выбили почву из-под её ног. Она не помнила, чтобы хотя бы кто-то разговаривал с ней так… дружелюбно.

Чувствуя замешательство девушки, которая, наконец, перестала трястись от страха, Кай едва сумел сдержать победную улыбку. Но даже сейчас он отчётливо понимал, что стоит ему совершить хотя бы один маленький промах, и всем с таким трудом добытым победам придёт конец. Рус снова закроется от него, а ведь только начала открываться… причём сама того не ведая.

Кай осторожно обматывал пораненные пальцы полосками ткани, и только когда последний пальчик оказался перевязан, рискнул снова подать голос.

— Вот теперь всё заживёт очень быстро, — сказал, поднимая на неё глаза и встречаясь с прямым недоверчивым взглядом Эриол.

Он едва удержался, чтобы не дёрнуться. Но вот язык за зубами сдержать не смог.

— О Боги, Рус… как же ты на неё похожа, — выдал Кай, понижая голос до хриплого шёпота. — Если бы не возраст… — он снова вздохнул и покачал головой. — Если бы ты оказалась чуть старше, ни один довод разума не смог бы убедить меня, что ты — не она.

Рус снова опустила лицо.

Как ни странно, но страха больше не было. Будто бы, своими действиями, этот странный блондин умудрился доказать, что зла ей не желает. И она уже почти начала считать его другим, не похожим на остальных… как вдруг он снова вспомнил о той, кого она всем сердцем ненавидела. Всего одной фразой снова указал ей, что она всего лишь рабыня, чьей великой миссией является играть роль пропавшей королевы перед гостями барона Виттара.

Кай кожей почувствовал, что быстро теряет позиции, но сдаваться всё равно не собирался.

— Ты дрожишь, — заметил он, пристально глядя на девушку. — Оно и ясно. Вода в бассейне, конечно, тёплая, но воздух по ночам всё равно прохладный. Тебе нужно согреться.

И с этими словами племянник хозяина снова встал и направился к входу в погреб, а спустя несколько долгих минут ожидания, вернулся оттуда с бутылкой вина.

— Дядино любимое, коллекционное, — протянул он, разглядывая надписи на пробке. — Сейчас только немного подогреем.

А потом шокированная Рус, с округлившимися от удивления глазами наблюдала, как молодой аристократ, у которого явно и титул был, и водились немалые деньги, собственноручно разводит огонь, подвешивает над очагом небольшой котелок и выливает туда половину бутылки вина. А когда он наполнил уже горячим напитком большую глиняную чашку и протянул девушке, она и вовсе лишилась дара речи.

— Пей, — добавил Кай, усаживаясь рядом. — Вино хорошее, я точно знаю. Вот увидишь, всего после одной чашки тебе сразу будет намного теплее.

Её взгляд стал ещё более недоверчивым, но, тем не менее, Рус всё же протянула руки к сосуду и рискнула попробовать. Всё же ослушаться приказа она до сих пор опасалась, а хозяйский племянник приказал пить.

— Скажи мне своё имя, — вдруг попросил он.

И что самое странное — именно попросил. Будто бы она имела право ответить отказом. От этой мысли девушке снова стало горько, и лишь теплота виноградного напитка не давала снова вернуться в состояние привычной апатии.

— Рус, — тихо ответила она, опуская взгляд.

— А я — Кай, — он приветливо улыбнулся и, потянувшись за её рукой, легко коснулся губами кончиков её повреждённых пальцев. Затем снова поднял взгляд и мягко посмотрел ей в глаза. — И мне очень приятно с тобой познакомиться.

Она ничего не ответила. Рабам вообще не разрешалось вот так беседовать с хозяевами, да и пить с ними вино, и сидеть на пустынной кухне. И Рус бы с радостью ушла, вот только… ей совершенно не хотелось уходить отсюда.

Этот Кай был первым человеком из всех, кого она помнила, который отнёсся к ней не как к вещи. Наверно, именно поэтому она окончательно обнаглела, снова рискнула поднять на него взгляд.

— Скажи, как давно ты живёшь в доме моего дяди?

Он пристально смотрел на девушку. Рассматривал её настолько внимательно, будто действительно выискивал что-то. Но не успела Рус додумать эту мысль, как его голубые глаза снова встретились с её синими. Он явно ждал ответа.

— Несколько месяцев, — ответила она, потупив взор.