Чтение онлайн

Подойдя мальчикам-оркам, отмечаю их небольшие клыки, которые отсутствовали у матери, и то что, несмотря на их детские лица, пропорциями тела они были похожи на меня.

Как и у женщины, одежда мальчишек было обильно покрыта кровью, а вот фляг с водой я так и не обнаружил, что очень обидно. Раздевать их тоже пока не решился, и мороки много и воды, чтобы отстирать кровь, нет.

Осмотрев трупы, направляюсь к первому сгоревшему шатру, самому маленькому по размерам, вероятно именно там и жили мальчишки. Так и оказалось, два подгоревших топчана тому хорошее подтверждение.

У одной из подгоревших сторон шатра обнаружился крепкий сундук, сколоченный из толстых, грубо ошкуренных досок.

Открыв его, я стал обладателем нескольких кожаных штанов, которые были мне слегка великоваты. Накинув одни из них, и опоясавшись лежащим там же кожаным ремнем, я сразу почувствовал себя еще лучше. Покопавшись, обнаружил также пару рубах из мешковины.

Одну из более подходящих, одел и закатал рукава.

Обуви не обнаружил, как и оружия, поэтому отправился к мальчишкам. У одного из них нога оказалась чуть больше моей. То что нужно.

— Простите ребята — сказал я вслух — нужда вынуждает.

И принялся снимать сапоги. По правде сказать, очень неприятный опыт, да и тело уже успело окоченеть, но делать нечего или снимать сапоги или идти босиком по степи, и так уже все ноги себе изодрал.

Сняв сапоги, разорвал одну из рубах, сделал портянки и надел их.

Запах из них шел не совсем приятный, а точнее и вовсе ужасный, особенно если вспомнить о моем чувствительном обонянии. Но я все же не неженка, и знаю, что ноги должны быть защищены.

Позволив себе сделать несколько дополнительных глотков воды я, двинулся изучать второй подгоревший шатер. То, что я увидел, мне сразу не понравилось. Огромный топчан посредине, и маленький рядом с ним, для ребенка.

Судя по количеству спальных мест, трупов должно быть больше. Как минимум один детский и один взрослый. Не могла же одна женщина, без защитника, жить здесь с детьми? Или могла?

В этом шатре тоже был сундук, но он был уже открыт и разграблен. Ничего интересного, кроме пары порванных рубах и костяной иголки с мотком жестких, грубых ниток, не было.

Разложив порванную рубаху на кровать, сравнил ее с женской фигурой.

‘Не подходит — покачал я головой — эта рубаха слишком велика, как на двоих женщин-орков. Значит, мужчина все же был? Где он? Его труп в третьем топчане? Его забрали всадники на волках? Или он ушел куда-нибудь и скоро вернется, и застанет свою мертвую семью и меня, мародерствующего в полу сажённом лагере.

Неожиданно мой нос уловил запах мяса, заставив меня вытряхнуть большой топчан и найти в нем кусок вяленого мяса, размером с ладонь.

Рот предательски наполнился слюной, и я, оттерев мясо от налипшего мусора и песка, начал медленно его поглощать, не забывая прикладываться к фляге с водой. Мясо было жестким, и не очень приятным на вкус, но шло хорошо, и от дополнительного куска я бы не отказался, однако больше мое обоняние ничего не учуяло.

Кстати, в шатре обнаружились обожжённые куски темной кучерявой шерсти. Очень похожей на шерсть шестилапых, горбатых гигантов, которых волчьи всадники, гнали в нашу вторую с ними встречу.

Ведь очнувшись после переноса, и увидев мчащихся по степи орков, я, не поднимаясь, ползком, двинулся за ними, точнее в том же направлении, что и они.

Где-то после двух с половиной часов движения, и многочисленных остановок, волчьи всадники, подгоняя стадо больших животных, проследовали в обратном направлении, а над тем местом, с которого они возвращались, вился дым.

Именно в тот момент, я понял, что поступил правильно, отправившись вслед, за всадниками. Впереди меня ждал уничтоженный лагерь, в котором можно было бы поживиться чем-то полезным, и попробовать найти воду.

Так я собственно и оказался здесь. И те трудные часы, медленного движения к цели, были проведены совершенно не зря.

Остался последний шатер, тот, который всадники почему-то не тронули.

Сложив все ценное для меня в кучу, я пошел в сторону шатра, и почему-то нерешительно остановился, отчего-то пришло желание покинуть лагерь, ведь у меня еще столько нерешенных дел, а все здесь бесцельно трачу время.

‘Стоп! — мысленно остановил я себя — Это не мои мысли! Какие еще дела у меня в этой степи? Я вообще-то только появился тут. Мне необходимо собрать с этого лагеря все хоть сколько ценное! Это и есть единственное важное для меня дело.

Откинув сомнения, я смело отодвинул ткань с прохода в сторону, и вошел в шатер.

В нос тут же ударил запах трав и крови. Моему вниманию тут же предстал очень большой, раздетый по пояс и покрытый многочисленными татуировками, седой, широкоплечий, зеленокожий орк. Он сидел в позе лотоса и держал в руках, горящий красным цветом скрюченный посох, исписанный рунами неизвестного мне назначения.

Шокировало то, что виденные мной сегодня всадники, были по прикидкам, гораздо ниже, и меньше, сидящего передо мной орка. Порванная рубаха, которую я нашел в предыдущем шатре, этому монстру тоже была бы маловата.

Орк был очень стар, его лицо было сплошь покрыто морщинами, а белые без зрачков глаза равнодушно смотрели в никуда.

Находился старый орк, в центре круглой печати, нарисованной на земле. Печать, представляла собой круг, и несколько рун нарисованных вдоль окружности с внешней стороны. Руны были незнакомы. Так же все линии печати были обильно покрыты кровью. И я сразу понял, куда делся пропавший со второго шатра, ребенок.

‘Это шаман! — в панике подумал я, и медленно пятясь назад — И судя по всему, очень опасный, и жесткий! Нужно срочно удирать! Ведь к магии я после перехода пока не способен! Проверял уже! Чуть опять не сдох! Отпор я ему точно не дам!’