Чтение онлайн

Взволнованный этим зрелищем, Грзенк решил предупредить себя об опасности, но, очевидно, время было защищено от парадоксов. Все, что Грзенку удалось, — это с огромными усилиями хрустнуть толстой веткой. Но от этого стало только хуже: услышав этот звук, Чингиз Тамерланович всполошился, шарахнулся и обошел подозрительный участок леса стороной. Майстрюк, использовав его замешательство, потек к поляне более коротким путем и замаскировался. Грзенк сообразил, что все во времени связано, и он сам стал косвенной причиной своей гибели!!!

Отличио зная, что произойдет дальше, и не желая во второй раз переживать этот ужас, он вновь перешел в Иллюзорный мир, прокрутил вперед небольшой виток времени и вернулся туда же несколькими часами позже. К тому времени от Чингиза Тамерлановича Батыева осталась только покрытая майстрюковой слизью одежда и тюбетейка. Грзенк столкнул их в одну из ям и забросал землей, совершив таким образом свое погребение. Никаких особенных чувств он при этом не испытывал. Необходимая ясность была им уже обретена. Теперь он отлично знал, что ему делать дальше, и не испытывал сомнений.

Грзенк принял любимую им форму орлана-белохвоста, ощутив при этом некоторую горестную сладость и подумав: «Теперьуже все можно!»

Подлетев к деревне, он заметил Бнурга. Помесь ризена и овчарки стояла на пригорке на колючей стерне и смотрела вверх, будто давно ожидала его. Орлан-белохвост снизился кругами, испытав испугавшее и его самого желание вцепиться Бнургу в спину когтями.

Пес, ничего не заметив, виляя хвостом, подбежал к нему.

— Привет! — радостно сказала дворняга. — Я уже начинал волноваться. Я рад за тебя.

— Я тоже рад за себя. Все было просто отлично, — мрачно сказал Грзенк, вспоминая, как только что забрасывал землей то, что от него осталось. — А где Лирда?

Прячется где-то в лесу. Думаю, майстрюку пока ее не поймать. Как только он расправился с тобой, он напал и на нее, но повел неправильную тактику.

— Я боялся, она погибла! — воскликнул Грзенк.

— Не один ты способен позаботиться о нашей девочке, обиделся пес.

— Мы теперь как тридцать три богатыря — всегда на страже! — И орлан-белохвост взмахнул крыльями, собираясь отправиться на поиски Лирды.

— Да, кстати, а где Дымла? — крикнул он.

— В деревне. Ей кажется, что она влюбилась в этого, как его… — кисло объяснил Бнург, отказываясь вспомнить имя Никиты.

— Так скоро? — удивился орлан.

— Ты же знаешь свою бабку. Ей надоели фантомы. Клубнички захотелось на девятой тысяче циклов, — заметил пес и, ревнуя, стал выкусывать из плеча блох.

После чего он звонко тявкнул, прижал уши и, выстилая туловище в прямую линию, так что хвост был на отлете, помчался к лесу, показывая дорогу к Лирде. За ним летел орлан-белохвост.

Восьмидесятисемилетний грачьевский дед Максим, сосед Андрея Сократовича, пас на старом выгоне четырех своих коз, когда козы вдруг жалобно заблеяли и сбились в кучу, выставив рога.

— Чего трясетеся, убогие? Глисты зашевелились? — поразился старик.

Мимо деда, высунув язык, промчался лохматый пес. Чисто из озорства он сделал петлю, пуганул сгрудившихся коз и исчез. Не успел старик выматериться, как над головой у него промелькнула тень, и он увидел громадного орла с таким размахом крыльев, какого ему в жизни видеть не приходилось. Сложив крылья, орлан спикировал прямо на коз и едва не впился желтыми загнутыми когтями в спину козленка, но, почему-то не сделав этого, взмыл ввысь.

Дед Максим проследил за ним слезящимися глазами. Некоторое время он пребывал в задумчивости, а потом, увидев, что козы все так же бестолково стоят, сбившись в кучу, замахнулся на них хворостиной:

— А ну паситесь, гусиные дети! Не гулять пришли!

Тем временем орлан долго кружил над лесом, высматривая пятнистую спину гепарда. Но, хотя он видел все окрестности от Гнилых топей и Вырубок до высотных домов в Захарьине, Лирду первым нашел не он, а Бнург.

Забежав под дрожащие лапы сухого ельника, пес призывно залаял. Из-за коряги тотчас выскочил гепард. Увидев собаку; он зашипел и, показав превосходные клыки, осел на задние лапы. На загривке у большой кошки заиграли связки мышц, она определенно готовилась к прыжку. Бнург решил, что это один из фантомов, и решил ретироваться, но это оказалась сама Лирда.

Гепард расслабился. Его мышцы обмякли, и он приветною потерся о Бнурга мордой.

— Прости, дедушка, я тебя сразу не узнала, — смущенно сказала Лирда. — Мне даже захотелось прыгнуть на тебя.

— Это бывает. Враждебность формы, — успокоил ее Бнург.

Он и сам, смущаясь, ощущал, как против его воли шерсть на загривке встает дыбом, а из горла вырывается угрожающее клокотание.

Когда сверху послышался треск сучьев, оба — и гепард, и пес — инстинктивно прижались к земле. Но это был не майстрюк, а всего лишь орлан-белохвост. Из когтей у него свешивалась пестрая курица с головой, изогнутой под неестественным для живого существа углом.

— Папа! — воскликнула Лирда, бросаясь к орлану.

— Я не сразу вас нашел, — виновато сказал Грзенк, косясь круглым глазом на свою добычу. — Залетел вот в деревню, а там куры бегают, квохчут… В общем, сам не знаю, что на меня нашло.

Но как бы то ни было, курица оказалась очень кстати. Пес, гепард и орлан-белохвост набросились на нее разом, и вскоре на зеленой травке осталось только несколько белых перышек.

— А ведь было вкусно, — удивленно сказал Грзенк.

— А то! Первый сорт! — с одобрением тявкнул Бнург. Орлан-белохвост задумчиво почистил когтем клюв.

— Странно, — протянул он. — Как мы можем есть что-либо, когда мы уже умерли? Ведь, формально говоря, нас физически не существует.

Дворняга почесалась задней лапой с такой неуемной энергией, будто желала прочесать себя насквозь.

— Парадокс природы, — сказала она. — Дух, производящий материю. Это та же история, что и с блохами. Как они могут кусать меня, если меня нет?

— Что, и правда кусают? — не поверила Лирда.

— Можешь мне поверить! — со знанием дела подтвердил дедушка. — Эта планета — очень странная. На ней возможно все то, что больше невозможно нигде. Наверное, потому всех нас и тянет сюда как магнитом.