Чтение онлайн

В городе я заложил в лавке ростовщицы свой отличный кинжал, получив за него аж шесть золотых. Можно было бы и меч хоть вообще продать, так как в городе его носить мужчине хоть и было не запрещено, но гарантированно привлекало бы уйму ненужного внимания, а кинжал воспринимался нормально, но скорее как причуда. И тем не менее, во мне взыграл воин, которому заложить меч — это уже если не дно, то буквально предпоследний шаг. К другому оружию, вроде кинжала, такого трогательного отношения не наблюдалось, так что его и заложил. Ладно, если что у жены возьму, а пока ей на службу надо было являться во всеоружии, хорошо хоть без доспехов.

Аниса очень оценила мой жест, чуть не прослезившись, а я еще больше укрепился в решении подзаработать любым способом, кроме ограбления или воровства.

Утром я разыскал лавку, в которой хмурая тетка продавала охотничьих соколов, совсем недешевых птичек для развлечения богатых дворянок, спрятал свой дворянский браслет под опущенным рукавом и спросил:

— Уважаемая, а у вас нет птицы, которая не поддалась дрессировке? Я немного умею работать с соколами и мог бы попробовать привести его в нужное состояние.

Женщина очень удивилась, но оценив мою хорошую одежду, а особенно то, что я предложил оставить залог в три золотых, согласилась на сделку.

— Я дам тебе сокола за три золотых, а ты мне принесешь его через неделю, и если он будет готов к охоте, дам тебе за него четыре, так? Все верно по нашей сделке?

Я кивнул, после чего полная скепсиса женщина оставила лавку на помощницу и пошла со мной в пригород, где у нее была ферма, на которой птиц и дрессировали. Ее недовольство я прекрасно понимал, так как если все будет выполнено как надо, то это будет неслабый удар по ее уверенности в собственном мастерстве. Тем не менее я принес в пансионат птицу в клетке и оставил в комнате с мантикорой и лемуром. Дрессировать ее мне пока не требовалось, а надо было просто выждать неделю, чтобы не показывать, что мне хватило бы и нескольких часов для такой примитивной работы.

Я позанимался разведкой в том же сквере, опять маскируясь под старика, а после обеда явился в пансионат, и несмотря на жару занялся ремонтом кровати, так как спать на полу больше не хотелось, но и скрипеть на весь квартал тоже. К моему огромному удивлению буквально через час явилась Аниса, хотя я ее раньше вечера и не ждал.

— Быстро закончилась ваша пьянка, — усмехнулся я, а потом резко умолк, поразившись виду моей обожаемой супруги.

Бледная и с бегающим взглядом девушка приблизилась ко мне, дождалась пока я поднимусь ей на встречу, и медленно опустилась на колени. А дальше она глубоко вздохнула и на одном дыхании произнесла.

— Муж мой, прости меня если сможешь. Я сделал нечто ужасное и готова принять любое наказание!

Я не успел ничего сказать, как Аниса всхлипнула и продолжила:

— Я ходила в бордель.

— Что? — удивленно протянул я, не найдя ничего умнее, что можно было бы сказать вот так сразу. Да и что тут говорить? Тут уже только собирать вещи и уходить. К счастью, я не успел ничего такого произнести, как жена пояснила.

— Эти гадины сказали мне, что знают хорошее место, чтобы отметить. А когда мы зашли в кабак под вывеской «Уставшая путница», то навстречу нам вышел мужчинка… почти голый… В одной рубахе. И когда он заговорил, я поняла, что это за заведение. А когда я убегала, эти свиньи, мои сослуживицы еще свистели и кричали мне вслед, что я подшарница и трусиха.

— Ну если сразу и вышла, то ничего, — облегченно выдохнул я. — Это не так уж страшно.

— Я сама себе такого никогда не прощу, — чуть не прорыдала девушка. — Леди не ходят в бордели. Но если ты меня прощаешь, любимый, то скажи мне это.

— Я прощаю тебя, жена моя! — пафосно произнес я, стараясь не улыбнуться от облегчения.

А Аниса попробовала встать, но вместо этого упала в обморок, громыхнув по полу мечом в ножнах.

Когда я устраивал любимую на кровати, размышляя, как ее приводить в чувство, в дверь раздался единственный стук и, не дожидаясь ответа, зашла одна из студенток.

— Опа! Что с невестой сделал? — деловита спросила она, осматривая обстановку нашей комнаты.

— Жара, — буркнул я. — На службе у нее тоже, вот и…

— Слабенькая она что-то, — не дослушав прокомментировала гостья. — А я Нарика, можно Нари, живу с моей подругой Жинной в комнате через которую все ходят ночами. Мы уже представлялись, но вряд ли ты запомнил, в такой-то толпе.

Девушка, довольно симпатичная, только немного крупноватая, по виду чуть старше меня, сделала круг по комнате, ничуть не смущаясь хозяев, и резко повернулась ко мне, первым делом прокомментировав свою инспекцию:

— Бедненько, но чистенько. И очень жарко. Давай я приведу в себя твою невесту. Или… — она хитро подмигнула. — Пошли посмотрим, как у меня все в комнате устроено? А Аниса потом сама очухается.

— Как-нибудь в другой раз, — усмехнулся я, помочив платок в кувшине с водой.

— Ну как знаешь, — просто пожала плечами девушка. — Убери свой платок, и учись, как надо! Я же уже на шестом курсе и магичка неслабая.

Она наколдовала, как я понимаю, исцеление, и моя жена тут же пришла в себя, но продолжать каяться при посторонних не стала, только удивленно посмотрела на нас.

— Я собственно зашла пригласить вас на вечеринку. Собираемся в девять в холле, приносим, что есть выпить и закусить. Музыка, танцы, сплетни, — улыбнулась гостья.

Я посмотрел на Анису и, не заметив в ее глазах отрицания, произнес:

— Придем обязательно.

Когда девушка удалилась, Аниса бросилась порыдать у меня на груди, но ее снова ждало разочарование. В дверь опять постучали, но до моего разрешения входить не стали.

— Войдите, — разрешил я, когда жена отлепилась от меня и промокнула слезы.

В этот раз явился мастер Грогин, цепким взглядом проинспектировал комнату и протянул Анисе стопку конвертов, пояснив:

— Сегодня с почтой принесли, — после чего важно удалился.

Аниса растерянно потасовала конверты, потом вручила два мне, пробормотав с некоторым недоумением:

— Судя по всему, это приглашения на разные приемы.

Я с удивлением рассматривал два надушенных послания с моим именем, а потом вскрыл их, чтобы после прочтения сразу изорвать на кусочки.

— Дай угадаю, — слабо улыбнулась девушка, в очередной раз удивив меня как быстро приводит ее в себя всяческие проявления светской жизни. — Это были приглашения в будуары светских львов.