Венеция
Шрифт:
Вначале стекольные мастерские находились в самой Венеции, но в городе было много деревянных построек, и любое производство грозило пожаром. И вот в 1291 году Большой совет постановил вывести стеклоплавильные горны за черту города.
И в последнем десятилетии XIII века все стеклодельные заводы сосредоточились на маленьком острове Мурано. С тех пор стеклоделие неразрывно связано с этим островом, а стекло носит название муранского.
Когда-то бесправное положение стеклодувов в Венеции заставило их перебраться в Мурано. Власти Венеции тщательно следили, чтобы секреты мастерства не проникали за пределы города. Запрещалось, например, вывозить за границу материалы для приготовления стеклянной массы. Мастерам и их семьям грозили немыслимыми бедами, тюрьмой, смертью за попытки покинуть Венецию.
В Венеции в те времена существовал такой закон: «Если какой-нибудь рабочий или мастер перенесет свое искусство из Венеции в другие места в ущерб республике, будут заключены в тюрьму лица, наиболее ему близкие. Если же мастер будет упорствовать в желании остаться на чужбине, за ним вслед отправится человек с приказом убить его».
В течение столетий правительство старалось сдерживать поток стеклоделов-эмигрантов, маневрируя между политикой запугивания и заманивания. Преследования обычно ужесточались после какого-нибудь очередного технологического открытия, вновь обеспечивающего венецианскому стеклу превосходство над продукцией конкурентов. Так было, например, после изобретения филиграни.
Таким образом Венецианская республика оберегала секреты изготовления своего замечательного стекла.
В XV веке муранское стекло чрезвычайно высоко ценилось во всей Европе. Венецианские дожи подносили изделия из Мурано в качестве драгоценных подарков важным персонам, посещавшим город. Современники искренне поражались, что из стекла — малоценного, в сущности, материала — муранским мастерам удается создавать настоящие произведения искусства.
В середине XV века сложились устойчивые художественные формы стеклянных сосудов, ставшие эталоном для многих поколений мастеров Мурано.
Среди таких образцовых вещей — большие вместительные чаши и блюда, стоящие на крепких ножках; яйцевидные кувшины с коротким горлышком и высокой, элегантно изогнутой ручкой; сосуды для напитков, напоминающие позднеготические кубки; стаканы, имеющие вид воронки на низкой ножке.
В XVI столетии слава муранского стекла становится поистине мировой. Его приобретают всюду как предмет роскоши. Творения муранских мастеров достигают превосходного качества. Сосуды поражают своей легкостью и невесомостью, стеклянная масса удивляет феноменальной чистотой и прозрачностью.
Кувшины, графины, фляги, вазы, солонки, чаши, бокалы изготовлялись в Мурано в огромных количествах. Особой популярностью пользовались сосуды для питья в виде птиц, китов, тритонов, львов, колоколен, бочек и, особенно, галер и гондол.
Венецианское стекло
Предметы из прозрачного бесцветного стекла так же, как и цветные стеклянные изделия, декорировались наваренными бесцветными или окрашенными деталями: розетками, масками, выпуклостями в виде капель и пузырей; края сосудов делались волнистыми и изогнутыми.
Нередко роль причудливых и в то же время функциональных украшений выполняли птичьи и звериные хвосты, лапы, крылья, гребешки.
Изображения традиционной прозрачной венецианской посуды можно во множестве встретить на полотнах итальянских живописцев. А изображения галер и гондол до сих пор сохранились в музеях Западной Европы.
Но увы, эпоха грандиозного триумфа муранского стекла клонилась к закату: в XVII веке изменчивая мода предпочла иные линии и пропорции. Нежные, хрупкие изделия венецианских мастеров уступили место тяжелому граненому стеклу Богемии и Силезии.
Однако до XVIII века сенат принципиально был против всяких заграничных нововведений, стараясь сохранить в чистоте национальный характер венецианской стеклянной продукции.
Самым ходовым товаром в эту пору были люстры, богато украшенные гроздьями, цветами и листьями, — незаменимая и необходимая принадлежность убранства комнат времен Людовика XV.
Трагическая страница истории Мурано — оккупация острова в 1797 году французскими революционными войсками и уничтожение в 1806 году всех цехов и корпораций.
Возрождение стеклянной промышленности началось только в середине XIX века. Это случилось благодаря адвокату из Виченцы Антонио Сальвиати — горячему патриоту и великому дельцу. При финансовой поддержке двух англичан, больших поклонников венецианской старины, Сальвиати основал завод в Мурано и возобновил производство великолепных стеклянных изделий, подражавших великим образцам прошлого. Это было началом возвращения к былой славе.
С тех пор интерес к венецианскому стеклу не ослабевает. В мире достаточно коллекционеров, регулярно пополняющих свои собрания, в том числе на представительных европейских аукционах. Вещи с авторским клеймом Мурано не только не выходят из моды, а с годами повышаются в цене.
Ряд обстоятельств делает их вожделенными для знатоков изящного, ведь эти предметы — из тех, что неизменно создают атмосферу праздника.
Сейчас остров населен в основном рыбаками и стеклодувами, которые продолжают сохранять давние традиции. Сегодня ремесло венецианских стеклоделов получило развитие в предметном дизайне. Безграничные пластические, цветовые, технологические и фактурные возможности стекла позволяют с блеском реализовать самую смелую авторскую идею.
В известном смысле стекло — идеальный материал: оно одинаково органично и выразительно в традиционных предметах столового обихода, в авангардных дизайнерских творениях, в чувственных образцах мелкой пластики.
В наши дни муранские мотивы служат источником вдохновения для многих ведущих мебельных и дизайнерских фирм мира. Причем стекло выступает не только в привычном для него амплуа (светильники, люстры, аксессуары), но и в необычной роли (дверные и оконные ручки, наконечники карнизов и тому подобное).
Сегодня, как и много лет назад, на острове Мурано открываются новые фабрики и мастерские.
Мастерские находились раньше в одноэтажных закопченных зданиях с печами. Около печи работали три человека: прима — главный мастер, его помощник и мальчик-ученик.