Чтение онлайн

Он выглядел как его брат. Некоторые из них еще называли его Фионном, белели как банши, понимая, что наделали.

Он не наказывал их за оговорки. Он понимал их тревогу, но не мог наказывать их. Они уже достаточно страдали.

Или нет. Некоторым нравился Фионн как король. Эмонн не знал, что думать об этом.

Подземелье было темным влажным местом. Вода капала с потолка, не переставая стучать, и это свело бы его с ума. Некоторые пленники уже тронулись умом.

Эмонн лично проверил записи о них. Он отпустил некоторых — Низших фейри, которые нарушили закон, чтобы прокормить семьи. Другие остались. То, что король изменился, не делало убийства приемлемыми.

В конце подземелья, вдали от остальных, ждал Фионн. Его руки были вытянуты по бокам, цепи впивались в кожу. С его красивых волос стекала вода, они свисали почти до пола. Его лишили почти всей одежды, оставив грязные штаны.

Эмонн кивнул стражу, открывшему дверь.

Фионн даже не поднял голову.

Эмонн опустился рядом с братом и вздохнул.

— Ты говорил, что я заставил тебя, когда ты вонзил Копье Луга в мое сердце.

Цепи загремели, но Фионн молчал.

— Теперь я говорю, что ты меня заставил. Я хотел бы, чтобы между нами все было иначе, брат. Я бы хотел править с тобой рядом со мной.

Эмонн приподнял голову Фионна, посмотрел на его впавшие глаза и синяки на его челюсти. Он словно смотрел на свое отражение. Было так больно, что Эмонн забыл, как дышать.

— Ты собираешься меня убить? — прохрипел Фионн.

— Нет. Я изгоняю тебя в мир людей и лишаю всех связей с Другим миром. Фейри не будут с тобой говорить, Дикая охота тебя не найдет. Я дарую тебе только жизнь, брат.

— Эта судьба хуже смерти.

— Ты сейчас так думаешь. Но, обещаю, ты поймешь однажды, что люди способы на любовь, какую мы не представляем. Ты никогда не был один, Фионн. Теперь будешь, — Эмонн встал. — Я буду следить за тобой, за тем, как ты меняешь свою историю. Или не меняешь.

Он вышел из камеры, Фионн снова заговорил:

— А Эльва?

— Она не любит тебя, брат.

— Не важно. Я люблю ее, мне нужно знать, что она цела.

— Эльва взяла жизнь в свои руки, — Эмонн сцепил ладони за спиной и повернулся к Фионну. — Она отправилась на остров на далеком севере, посвятила жизнь искусству войны. Мужчин на той земле нет. Я удивлюсь, если она покинет тот остров.

Он отвернулся от расстроенного Фионна. Павший король больше переживал из-за потери супруги, чем из-за своей семьи. Жаль, ведь его брат не знал настоящей любви.

Цепи загремели, и Эмонн выдохнул. Глава его армии ждал на вершине лестницы. Высокий эльф тесно сотрудничал с Ангусом, который вернулся к себе домой под гору.

— Ваше величество?

— Ты слышал мой приговор?

— Да. Хотите поговорить об этом с королевой?

Эмонн покачал головой и сжал плечо эльфа.

— Нет. Ей не нужно участвовать в этом. И не говори бывшим королю и королеве, они будут заперты в своих покоях до конца их жизней. Изгони Фионна, проследи за вратами, убедись, что все круги фейри отреклись от него. Я не хочу, чтобы он смог вернуться в Другой мир.

— Считайте это выполненным.

Он так и делал. Может, поэтому его сердце болело.

* * *

Эмонн намного позже проснулся ото сна. Ветер проникал в окна высокой башни, остужая его кожу. Он сонно потянулся к Сорче, но ее место было холодным.

Он заворчал, повернулся и посмотрел на их балкон.

Луна озаряла ее фигуру, белая ткань развевалась вокруг ее тела, ветер целовал ее изгибы. Как он любил ее!

Ноги мужчины подвинулись на перилах. Эмонн знал, кто это был. Неблагой, хотя они должны были перестать вмешиваться.

Он свесил ноги с края кровати и прошел к ней. Он без рубахи притянул ее к груди и поцеловал в макушку.

— Бран, — буркнул он.

— Ваше величество, — нота насмешки была в голосе принца Неблагих.

— Завидуешь?

— Нет. Трон — не моя судьба.

— Не говори так. Предки умеют вмешиваться в наши жизни.

— Хотел бы я, чтобы они так делали только с людьми.

Сорча фыркнула.

— Держи свою плохую удачу при себе.

Она была теплой и нежной, какой он и хотел жену. Он не помнил, чтобы видел женщин Туата де Дананн такими. Они всегда были величавыми, собранными, высокими и широкоплечими. Сорча была крохотной и горячей, обжигающей как печь.

Он прижал ладонь поверх их ребенка, растущего бугорка ее живота.

— О чем говорили?

— О будущем, — ответила Сорча.

— И?

— Мы думаем, все будет хорошо.

— Да. Почему ты так думаешь?

Бран рассмеялся.

— Моя мать так сказала.

— Ах, тогда так и будет.

Эмонн ощутил, как последний кусочек души встал на место. Его жизнь была наполнена любовью, семьей, друзьями. Он всегда был один. А теперь эта женщина, которая никогда не была одна, помогла ему найти себя и будущее, полное смеха и любви.

Ладони Сорчи прижались к его, и по его ладони ударили.

— Это…?

— Твоя дочь беспокойна, Athair, — сказала Сорча с улыбкой.

Ему было все равно, что Бран смотрел. Эмонн развернул ее и опустился на колени. Он поцеловал ее живот, ощутил, как ребенок медленно двигается там.

— Еще немного, nighean, дочь. Скоро мы будем все вместе.

Сорча запустила пальцы в его распущенные волосы, и Эмонн вдруг понял, как было, когда все в мире было правильно.