Чтение онлайн

Одна из бумаг соскользнула с конторки. Пруденс присела, чтобы поднять ее. Улыбка девушки сникла, когда она прочла содержание.

– Костюмированный бал накануне вашей свадьбы. – Она подала приглашение Себастьяну. – Как мило.

Он разгладил кремовый пергамент.

– И оригинально. Как Триция додумалась до этого? Возможно, десять костюмированных балов, которые мы посетили в прошлом месяце, вдохновили ее?

Пруденс достала очки из кармана и надела их.

– Вам бы следовало радоваться, милорд, – сказала она холодно. – Вы ведь так любите носить маски.

Девушка повернулась, чтобы уйти.

– Как и вы, мисс Уолкер.

Пруденс остановилась, не оборачиваясь. Она знала, что Себастьян больше не улыбался. Ей удалось сохранить ровную осанку и не показать, как ей больно, пока она с достоинством не покинула кабинет и не закрыла за собой дверь.

Девушка бессильно прислонилась к двери. Из кабинета не доносилось ни звука. Слезы жгли глаза, и она поразилась, что это были не слезы обиды, а слезы гнева. Ярость была праведной, разгоняющей тоску и меланхолию, которые грозились поглотить ее.

Пруденс сорвала с себя очки. Черт бы побрал эту Трицию! Триция. Всегда Триция. Блистательная, восхитительная, веселая Триция. Пруденс с детства должна была понять, что Триции деньги нужны были больше, чем им с папой. Триция – сирота. У Триции никого нет. Пруденс и папа должны были довольствоваться своими книгами и друг другом. Пруденс должна понять. Пруденс такая хорошая девочка…

Девушка вытерла злые слезы сжатым кулачком. Она устала понимать. Она устала быть хорошей девочкой. Быть хорошей означало отказаться от Себастьяна навсегда.

Платон ухмылялся ей с задрапированного бархатом пьедестала. Пруденс надела очки на мраморный нос и направилась в свою комнату, на ходу выдергивая шпильки из прически.

Пруденс отыскала Джейми на следующий день. Она приближалась к загону, издалека наблюдая, как его аморфная оболочка трансформировалась в угловатые формы и мускулатуру. Солнце позолотило его волосы до морковно-оранжевого оттенка, и девушка прикрыла глаза, ослепленная их ярким сиянием.

Джейми стоял рядом с рыжей кобылой, которую Триция преподнесла Себастьяну в качестве свадебного подарка. Раннего и преждевременного, как осмеливалась надеяться Пруденс.

Воздух был влажным и знойным. Пот струился по спине и бокам Пруденс, и тяжелое платье дамасского шелка прилипло к телу, словно вторая кожа.

Пруденс положила руки на ограду. Джейми за поводок выводил однолетку на скаковый круг.

– Привет, крошка, – сухо поприветствовал он девушку. – Как ты могла не приходить так долго? Или ты хочешь разбить мое гордое сердце?

Пруденс с упреком взглянула на него.

– Оно не выглядело таким уж гордым, когда ты нес чепуху у ног моей тети два дня назад.

– Ревнуешь, милая?

Джейми пощелкал языком, призывая к себе лошадь, и тонконогая красавица подбежала к нему, дрожа и пританцовывая. Он успокоил ее умелыми прикосновениями и сомкнул кольцо своих рук на ее гибкой шее. Затем надел недоуздок ей через голову.

– У тебя это здорово получается, – одобрительно заметила Пруденс.

– Никто не скажет, что Джейми Грэхем не знает, как угодить леди. А чего ты ожидала? Кнутов? Хлыстов?

Девушка пожала плечами.

– Некоторые мужчины стараются сломить волю животного.

– Некоторые мужчины просто дураки.

Джейми повернулся к ней спиной и провел щеткой по крупу кобылы. Хотя он тихо напевал что-то себе под нос, Пруденс чувствовала его напряженность.

Девушка уселась на ограду, порвав чулки о грубое дерево.

– Я вам не очень нравлюсь, не так ли, мистер Грэхем?

Джейми не прервал своих плавных движений. Пруденс глубоко вздохнула.

– Мне нужна твоя помощь. Я хочу Себастьяна.

– Для этого я тебе не нужен. Пойди, найди его. Он никогда не откажется выполнить желание леди.

Пруденс вспыхнула и опустила взгляд, играя складками пыльных юбок.

– Я не об этом. – Она пыталась отыскать слова, любые слова, которые помогли бы ей сохранить хоть каплю достоинства и полнее высказать свое желание. – Я хочу, чтобы он принадлежал мне.

– О, черт побери!

Джейми отшвырнул щетку и она со стуком ударилась об забор. Пруденс вздрогнула, а кобыла отскочила назад, воспользовавшись своей внезапной и неожиданной свободой.

Джейми повернулся к ней, его глаза гневно сверкали.

– А вам никогда не приходило в голову, леди Уолкер, или как там вас называют ваши светские люди, что рядом со мной вам небезопасно находиться?

Пруденс огляделась вокруг. Луг был безлюден. Даже кирпичные трубы каминов дома скрывались из вида небольшой возвышенностью.

Мускулы на руке Джейми взбугрились.

– Я не большой, но сильный. Я мог бы сломать твою тонкую шейку между большим и указательным пальцами.

Он прищелкнул, демонстрируя Пруденс с какой легкостью сможет выполнить свою угрозу.

– Если Себастьян слишком околдован тобой, чтобы убить, то я именно тот, кто может это сделать.

– Убить меня? – Ее голос прозвучал словно откуда-то издалека. – Почему Себастьян должен хотеть убить меня?

– Да потому, что одного твоего слова будет достаточно, чтобы послать нас всех на виселицу. Не слишком ли высокая цена за твою голову? А Себастьян должен исполнять приказы, которые ему отдаются.

Солнечный свет померк перед глазами Пруденс.

– Я не верю тебе. Ты не должен был так говорить. Это жестоко.