Чтение онлайн

Сорвав парочку травинок, я обнаружила, что они покрыты тонким слоем пепла, словно кто-то старательно разгреб по поляне прогоревшие дотла угли. Вот только кострища в центре не было, зато ближе к краю сохранилась кучка пепла правильной треугольной формы, размером с ладонь. Я подобрала одну щепотку и задумчиво растерла ее между пальцами, вслушиваясь в едва слышный хруст. Понюхала. Попробовала на вкус и тут же брезгливо сплюнула. Терпеть не могу дилетантов, которые тупо следуют книжным указаниям, не зная принципов работы заклятий. Таким напиши - отрежу палец и брось в котел, отрежут и бросят! Хотя вполне хватило бы его просто туда обмакнуть. Впрочем, могло быть и хуже. Намного хуже...

И тут за моей спиной тревожно всхрапнула Смолка. Я глянула на нее и тут же повернула голову обратно - кобыла, ушки на макушке, напряженно всматривалась в кусты через мое плечо. Меч словно сам собой очутился в судорожно стиснутой ладони. Пока что, впрочем, я никого не видела. Смолка, кажется, тоже. Черные ушки чутко и безостановочно поворачивались в разные стороны, делая чуть ли не полные обороты. Тишина не понравилась лошади еще больше встревожившего звука. Набычившись, она начала приплясывать на месте, перейдя на гортанное рычание вперемежку с гадючьим шипением. Насколько я знала свою лошадку, означало оно примерно следующее: "Я, конечно, сильная, грозная и смелая... но не пора ли нам драпать отсюда?"

– Не пора, - негромко ответила я. Кусты вспыхнули высоким ровным пламенем, не сжегшим, а словно растворившим ветки. Не осталось даже пепла только жаркое марево в узком коридоре над оголённой землей. Кусты по его краям грустно повесили опаленные, сморщенные листочки.

Я ее не убила. Даже не задела. Но настроение явно подпортила. Одна из веточек качнула макушкой без помощи ветра, чуть поодаль - другая. Ну и нахальная же тварь! Она уходила, но демонстративно не торопилась, зная, что гоняться за ней по кустам я не страну. Или наоборот - надеялась, что погонюсь?

– Делать мне больше нечего, - вслух сказала я. День уравнял наши шансы на победу, но даже обычный волк в засаде куда опаснее дракона в чистом поле. Внезапно прыгнет на спину - и тогда мне придется употребить гроб по назначению.

"Ну так и проваливай отсюда", - с нескрываемой досадой огрызнулся беззвучный голос.

– Что?
– растерянно переспросила я.

Нацыга любезно пояснила, куда именно мне надлежит провалиться и как туда дойти, но выслушивать ответные пожелания не стала. Ветки дрогнули в последний раз, кобыла еще немного поворчала и постепенно успокоилась.

Я с трудом удержалась от соблазна броситься за ней вдогонку. Да кто же она такая? И что ей от меня надо? Играет, как кошка с мышкой - вчера отпустила, сегодня снова вышла на охоту. Хорошо, что я Смолку с собой прихватила. Иначе кто знает -не собиралась ли эта тварь подобраться ко мне на расстояние прыжка?

Представив плачевный результат, я поежилась и поспешила вскочить в седло. Нет, это определенно не госпожа Залесская. Она задержалась на полянке всего лишь на часок-другой, а потом поехала дальше. А вот чем она тут занималась, мне еще предстояло выяснить,

Вал поджидал меня во дворе, устроившись на лавочке возле прогретой солнцем стены. Извиняться передо мной он, разумеется, не собирался. Признаваться, что мое длительное отсутствие его встревожило, - тоже. Но я успела заметить, как прояснилась его хмурая физиономия, когда Смолка играючи перемахнула через двухаршинный забор.

Расседлав кобылу и сдав ворчливому конюху казенное имущество, я подошла к напарнику, села рядышком и как ни в чем не бывало дружески поинтересовалась:

– Ты как?

– Бывало и хуже.
– Наемник сощурился на стоящее в зените солнце, с кряхтеньем распрямил раненую ногу.
– Не нравится мне это, цыпа. Вечером дверь была заперта изнутри, я проверял. В окно она вскочить не могла, на ночь прислуга закрывает ставни. Значит, ее впустил кто-то из домашних.

– Или в дом ведет потайной ход.

– Нет, я бы знал. Ховел мне еще в том году план дома показывал, со всеми входами-выходами. Ты-то где шлялась?

– Инспектировала бдительных голубков. Заодно с нацыгой парой слов перекинулись.

– И?
– оживился тролль.

– Она вещала из кустов, так что мы ограничились обменом нелюбезностями.

– Ну хоть голос узнала?

Я машинально запустила пятерню во встрепанные волосы и намертво увязла в первой же пряди. Каша на пару с магией сделала свое черное дело - воронье гнездо на затылке было проще состричь, чем расчесать.

– Это не голос в прямом смысле слова. Какая-то разновидность телепатии, передающая интонации, но не тональность.

– И что, совсем никого тебе не напомнил?

– Напомнил.
– Я по примеру тролля привалилась спиной к теплой стене и закрыла глаза. Безумно хотелось спать, завалиться в постель с обеда и до следующего утра, повесив на двери табличку "Нацыгам вход воспрещен". Тебя. Семь слов было на тролльем, три - на гномьем и несколько предлогов из Всеобщего. Повторять не буду, приберегу для нашей следующей размолвки.

– А может, она и принимает облик тролля?
– предположил Вал.

– Или частенько закусывает наемниками, - мрачно поддакнула я, не открывая глаз.
– Их все равно никто не хватится, на той неделе был - а на этой дракон слопал и безутешным родственникам сообщить не удосужился.

– Выходит, зря я платье напяливал? Хватило бы веточки петрушки за ухом?
– фыркнул наемник.

– Ах да, - спохватилась я, - держи!

Тролль удивленно повертел в руках растрепанный букет из невзрачных трав с мелкими цветками.

– Слышь, цыпа, ты, конечно, на морду ничего и все такое, но я с коллегами шашней не завожу, и не проси... Сходи вон к Ховелу, он тебя и без веника примет!

– Дурак, - обиделась я, - это антинацыговый сбор! Вороний глаз, живокость пурпурная, очиток собачий, три вида зверобоя и кольчужница сумеречная. Специально для тебя собирала!