Чтение онлайн

– Ты об этой девчонке? – удивилась Светка. – Да мало ли куда. И совсем она не ребёнок – подросток уже, – подружка продолжила свой рассказ. Слушая её краем уха, я размышляла о том, куда могла направляться девочка. И знает ли об этом её… родственник или кто он там ей?

В течение дня предмет этих размышлений не попадался мне на глаза, за обедом и ужином их стол оставался пустым. Вечером, вернувшись с прогулки, я с удивлением обнаружила машину полиции перед входом в гостиницу, а Максима Сергеевича в холле, беседующим с двумя полицейскими. Любопытная Светка сразу направилась к стойке администратора.

– Что это у вас полиция? Что-то случилось?

Администратор, молодая девушка, выглядела расстроенной. Наклонилась в нашу сторону и зашептала:

– У Максима Сергеевича племянница пропала. Утром была здесь, а потом исчезла. Он её сам искал, всё облазил, всех расспрашивал, но не нашёл. Пришлось в полицию обращаться. Ребёнок ведь, мало ли что случиться может!

– А кто такой Максим Сергеевич? – продолжала любопытствовать подружка.

– Так это же наш хозяин. Вы что, не знаете?

– А девочка – его племянница?

– Ну да, наверное… А может, и нет. В общем, он её опекает. Сюда вот привёз отдохнуть, и на тебе. Только бы нашлась поскорее!

К стойке подошли люди, и девушке пришлось переключиться на них, хотя она явно была не прочь поболтать ещё. Светка направилась в номер, а я притормозила, не зная, что делать. Надо ли говорить, что мы видели девочку в лесу? Заметил ли её ещё кто-нибудь? Не очень хотелось вмешиваться, но вдруг мы – единственные свидетели. И кому стоит всё рассказать – хозяину дома отдыха или полиции? Общаться с хозяином почему-то тянуло ещё меньше.

Тем временем троица закончила разговор и направилась к выходу. Я нерешительно дёрнулась в сторону полицейских и негромко их окликнула:

– Простите, вы же ищете девочку? Я её, кажется, видела. Вернее, мы видели, с подругой.

Светка заметила, что я общаюсь с полицией, и подошла ближе. Максим Сергеевич тоже остановился и внимательно слушал меня, буравя тяжёлым взглядом. Когда я закончила свой рассказ, нам задали несколько вопросов, записали данные и номер комнаты и отпустили. Больше всего полицию интересовало, была ли девочка не одна, и шёл ли кто-нибудь за ней? Я отрицательно ответила на оба вопроса, так как точно помнила, что кроме неё нам никто на тропинке не попадался. Максим Сергеевич ни словом не обмолвился, что мы уже встречались, а может, он меня и не запомнил вовсе.

Мы вернулись в номер. Чувство тревоги усилилось, даже странно, что я так беспокоилась за незнакомого мне ребёнка. Не в силах отвлечься от мыслей о девочке, я пыталась анализировать свои эмоции. Я поступила так, как должна была, но почему-то ощущала вину за своё бездействие. Это было глупо, учитывая, что я совершенно не знала ни ситуацию, ни ребёнка и вряд ли могла чем-то помочь, раз уж делом занялась полиция. Засыпая, я против своей воли пыталась представить, что сейчас делает Максим Сергеевич.

***

Проснувшись довольно рано, я быстро собралась, оставила подругу досыпать и отправилась на завтрак в надежде что-нибудь разузнать по дороге. Девушка у стойки отсутствовала, стол администрации в ресторане был пуст, а машина полиции всё ещё стояла у гостиницы. Из этого я сделала вывод, что ситуация пока не изменилась в лучшую сторону.

Бесцельно бродя по территории, я находилась глубоко в своих мыслях и плохо замечала, что творится вокруг. Поэтому почти не удивилась, когда, завернув за угол, столкнулась с каким-то мужчиной. Удивило другое – он вдруг крепко схватил меня за локоть и потащил в сторону от дорожки, к кустам. Это было так неожиданно, что я не сопротивлялась, особенно когда поняла, кто меня тащит.

Видимо, удовлетворившись уединённым местом, Максим Сергеевич остановился и отпустил мою руку.

– Тебя я как раз и искал! Я тут думал всю ночь и вспомнил, где мы встречались, кого ты мне напомнила. А теперь отвечай, где Лена?

Я с трудом пыталась найти смысл в его словах и глупо спросила:

– Какая Лена?

Он разозлился, его и так неприятный взгляд стал ещё жестче, а тон – грубее:

– Послушай, я пока ничего не рассказал о тебе полиции, но это можно быстро исправить. Если сама всё объяснишь, я не буду их вмешивать. Что ты здесь делаешь? Следишь за нами? Лена же ясно сказала, что ни к каким родственникам не поедет!

Я больше не могла слушать этот бред.

– Нет, вы послушайте! Я не знаю вас и не знаю, кто такая Лена. И если вы от меня не отстанете, это я обращусь в полицию! У вас вообще с головой всё в порядке?

Он хмуро смотрел на меня, потом молча развернулся и ушёл.

Глядя ему в след, я ещё несколько минут стояла в кустах, тщетно пытаясь успокоиться и навести порядок в мыслях. Так, Лена – это, скорее всего, его племянница. Но почему он решил, что я за ними слежу – из-за той случайной встречи в кафе? Это же смешно! Впрочем, находясь в такой ситуации, он, наверное, мог быть излишне подозрителен. Понемногу я успокоилась и поняла, что не слишком сержусь на Максима Сергеевича. Что-то было ещё более странное в его словах… а, он сказал, что я кого-то ему напомнила. У меня вдруг неприятно засосало под ложечкой.

Остаток дня прошёл без происшествий. Я сидела в своей комнате, чувствуя сильное нежелание её покидать. Похоже, боялась ещё раз встретиться с Максимом Сергеевичем, трусиха… Выйти на ужин всё же пришлось. Да и Светка не понимала, что со мной происходит, а я не могла ничего объяснить, что объяснять – одни эмоции и ощущения.

Испытав облегчение от отсутствия в ресторане хозяина нашей гостиницы, я согласилась немного прогуляться перед сном. Но как только мы вышли на улицу, сразу увидела его. Он общался с девушкой-администратором, заметил нас, прервал разговор и подошёл ближе.

Я сжалась, очень не хотелось сцен в присутствии посторонних людей. Должно быть, ему тоже этого не хотелось, он вполне вежливо отозвал меня в сторону. И выглядел пусть усталым и небритым, но совсем не злым.

– Я решил извиниться перед вами. Проверил ваши данные – вы действительно не имеете к нам отношения. Так что ещё раз прошу меня простить.

Я даже не возмутилась, будто такая проверка была обычным делом. Больше удивили его извинения. Не похож он был на человека, который извиняется, даже если не прав. Впрочем, что я о нём знала? Кивнув, не удержалась и спросила: