Чтение онлайн

— И? — спросил Костров.

— Одна из девушек, Анна Климова, присутствовала при этом, — продолжил Волков. — Увидев, что происходит в комнате, он засунул пистолеты в кобуры, а потом достал здоровенные ножи, как сказала девчонка. Эти уродцы неоднократно участвовали в съемках изнасилований девушек и всё это снималось на видео.

— Что за оружие? — деловито спросил Громов.

— Патроны от ПМ, 9 на 18, но, исходя из её показаний, можно сделать вывод, что использовались два пистолета Стечкина.

— АПБ с «глушителями», — сказал Соловьев, отлично знакомый с таким оружием, сам использующий его при проведении операций.

— Болтающихся по коридорам убили с помощью пистолетов, а вот этих шестерых, повторюсь, он искалечил, а потом отрезал им члены. Все умерли от болевого шока и кровопотери. Причём, гениталии срезаны одним ударом, так что были вскрыты бедренные мышцы до костей.

— Девушки как освободились? — спросил Громов.

— Свидетельница — Анна Климова с подружкой открыли двери в камеры. Каратель вынес слепую девчонку, а потом вызвал по телефону одного из убитых охранников милицию. Дождался, когда подъедут машины, а потом скрылся.

— План «Перехват»? — спросил Костров.

— Ничего не дал! — ответил Волков.

— Ну не совсем так, — вдруг сказал Фёдоров Сергей.

— А как? — посмотрел на него Паршин.

— Вчера удалось выяснить, — продолжил Фёдоров. — Спустя тридцать минут после убийства «солнцевских», два патруля ДПС попытались остановить мотоциклиста на проспекте Вернадского: чёрная одежда и шлем.

— И? — не удержался Паршин.

— Он удрал от них, затерявшись на прилегающих улицах, — продолжил Сергей. — Сотрудникам ДПС было стыдно указать в рапортах, что от них сбежал какой-то мотоциклист. Не стали писать, но проболтались коллегам.

— Да уж, — подытожил Паршин. — Ладно, чёрт с ними. Какие версии будем выдвигать? — посмотрел по очереди на всех следователей в кабинете.

— Первая — она же основная, так вижу, — сказал Громов. — Это конкуренты «солнцевских», решившие убрать конкурентов. Вторая — кто-то из своих, решил занять место Оси. И третья — где-то Ося перешёл дорогу Карателю.

— По первой, — сказал Паршин. — соглашусь, только возникает один вопрос: как они вышли на Карателя и что ему предложили? Исходя из материалов дела, устной информации и всё, что я сейчас услышал и знаю — Каратель патологически ненавидит бандитов.

— Сумасшедший, — выдал своё Громов.

— В какой-то степени, — сказал на это Паршин. — Поговорил я с одним профессором психологии из Первого Московского медицинского университета им. Сеченова с факультета психиатрии.

— И? — сильно заинтересовался Громов.

— Профессор выдал общий портрет, сильно упирая на то, что это всё очень неточно. Ему надо обследовать Карателя, тогда выдаст точный психотип.

— Хотя бы в общем чертах, что сказал? — высказался Костров.

— Он не псих, в понимании психиатрии. Но явные признаки психологической девиации: хладнокровен, асоциален в какой-то степени. Любого вставшего на его пути предпочтёт уничтожить, а не договориться, — ответил Паршин. — Препятствий не видит в принципе, он не останавливается, пока не доводит своё дело до конца.

— Зашибись, — сказал Костров. — Хладнокровный убийца, не видящий препятствий, а видящий перед собой только цель.

— По второй версии — возвращаюсь к своему первому вопросу, — продолжил Паршин. — По третьей, где и когда он перешел дорогу Карателю?

— Думаю, что в очень короткие сроки. Слишком много суеты и куча трупов, — подал голос Костров.

— Принимается, — кивнул Паршин.

— Может они столкнулись с людьми, которые связаны с Карателем? — Волков понятия не имел, как он близок к истине.

— Очень может быть, — согласился Паршин. — Только почему Ося и Березовский?

— Официально никаких данных нет, но из оперативных источников точно известно, что они имели какие-то общие дела, — высказался Волков, а Фёдоров согласно кивнул.

— Ещё итальянцы эти, — посмотрел на Паршина Громов.

— Они покупали у Оси девушек, большей частью расплачиваясь с ним наркотиками, — добавил новой информации Паршин. — Я сделал запрос в Интерпол. Ждём ответа.

— Могу сказать, что после убийства Оси и большей части боеспособных боевиков, эта банда прекратила своё существование, — сказал Фёдоров. — Оставшееся в живых отрепье не в счёт.

— М-да, тридцать три трупа за три часа — это рекорд, — невесело улыбнулся Паршин.

— Девушки с базы «солнцевских» что-то по приметам, голосу, оговоркам Карателя сказали? — взгляд Громова переместился на Волкова.

— Ничего толком. Все как одна — высокий, весь в чёрном, голос с металлическим дребезжанием, — пояснил Волков.

— Мотоцикл видели?

— Нет, — отрицательно помотал головой полковник. — На базе его не было.

— Значит оставил где-то поблизости, а потом уехал на нём, — сказал Фёдоров. — Надо близлежащие дома осмотреть на предмет следов посещения неизвестными.

— Сделаем, — сказал Волков. — Сегодня «оперов» отправлю.

Ещё час обсуждали необходимые действия и мероприятия, а потом «муровцы» убежали по делам, а остальные решились остаться, копить кофе, раздавить бутылочку коньяка за встречу.

— Кстати, я тут с Германом Смирновым в Москве встретился, — вдруг сказал Павел Кравцов.

— Когда? — удивился Громов.

— Когда, когда, — ненадолго задумался Павел. — А как раз на следующий день после бойни в казино и в Подмосковье.

Громов задумался, что-то забрезжило у него в голове. Он пока даже не понимал, что именно, но это не давало ему покоя. Именно после слов Павла, он ощутил внутренний зуд, который не давал ему спокойно себя ощущать:

— Напомни, — начал он, обращаясь к Павлу. — В Чечне, когда предположительно Диверсант убил Гелаева и Межидова в Комсомольске, там тоже был Смирнов?

— Ну да, а что? — не понял вопроса Павел.

— Да так, ничего, — задумался Громов.

Посидели ещё с часик, а потом отправились по домам, ведь завтра предстоит очень много работы. Сегодня только накидали общие черты плана расследования уголовного дела.

* * *

— Как у нас дела? — зевнул Герман с удовольствием развалившись на своём кресле, неподалёку от реки Сылва, периодически с наслаждением вдыхая запах жарящегося мяса.