Чтение онлайн

Мак издала сдавленный стон.

– И как только он до сих пор не женат? – прошептала Вероника. Но она не могла сдержать улыбки. Если кто и решится копать глубже, так это Мартина Васкес, которая питала к шерифскому управлению примерно те же чувства, что и сама Вероника. Может, она даже даст Мартине наводку-другую на братьев Гутьерез. Внимание прессы может заставить Лэмба заинтересоваться отмыванием денег с наркоторговли.

– Вы думаете, Мерфи поможет вам найти тела девушек? – спросили из толпы.

Лэмб зашелестел бумажками с заготовленными ответами.

– Пока что Мерфи отказывается говорить. Но я убежден, рано или поздно мы добьемся от него нужной информации. Как только он поймет, что у него не остается другого выбора, это будет вопросом времени.

Рядом с ней Кит тихо и вымученно вздохнул. Он наблюдал за происходящим, внешне не выказывая никакой реакции, кроме разве что плотно сжатой челюсти. Она знала это непробиваемое выражение по собственному опыту. Чем сильнее бурлила злость, чем сложнее была загадка, чем выше ставки, тем спокойнее казался Кит Марс. Значит, в эту минуту он был вне себя.

Невдалеке плакала в платок Марджи Деуолт. На одну невыносимо длинную секунду Вероника встретилась взглядами с Эллой, изо всех сил стараясь не отвернуться. Дышать было тяжело. Она видела, как мистер Деуолт достал телефон из кармана и ответил на звонок, закрыв одно ухо пальцем, блокируя шум толпы. На его лице изобразилось непонимание. Потом люди в толпе немного сместились, скрывая его из вида.

– Итак, если больше вопросов нет…

– Господи! Она жива!

Все повернулись на голос и вытянули шеи, выискивая, кто это сказал. Через секунду Вероника снова увидела Майка Деуолта, на лице которого было написано встревоженное изумление. К его уху был прижат телефон.

По толпе прокатился было шепот, но моментально стих, когда Майк снова заговорил.

– Хейли жива, – прохрипел он с придыханием, бешено глядя по сторонам. – Другая девочка тоже. Они живы.

Он поднял телефон, словно в доказательство. В его глазах читались одновременно испуг и радость.

– Только что позвонили похитители. Они требуют выкуп.

Глава 22

За без малого десять лет отсутствия Вероники комната для допросов «Б» ни капли не изменилась. Те же темные деревянные панели на грязно-желтых стенах, та же исписанная мелом доска, каракули на которой можно было принять за работу над решением какой-то детективной загадки, но на поверку оказавшиеся ставками на футбольные матчи. Она словно попала в пространственно-временную дыру.

Только вместо тщеславного, ленивого и некомпетентного шерифа Лэмба теперь у нас тщеславный, ленивый и продажный шериф Лэмб. Она посмотрела на сидящего от нее через стол со свирепым лицом Лэмба. Его только что оставили с носом, и ему это было не по душе.

В комнате было необычайно людно. Вероника с Китом сидели напротив Дэна Лэмба и Петры Ландрос. Майк, Марджи и Элла Деуолт прижимались друг к другу по левую руку от Вероники. За ними стоял Крейн. Справа от Кита сидели Скотты. От Кита до Лиэнн было рукой подать, и по позвоночнику Вероники каждый раз пробегал беспокойный электрический заряд, когда она смотрела в их сторону.

Кит и Лиэнн не виделись уже больше десяти лет. Их развод прошел быстро и безболезненно, простой подписью на листе бумаги. Вероника беспокоилась, что, стоит им оказаться в одном помещении, произойдет реакция сродни взаимодействию материи и антиматерии, которые взрываются со вспышкой ослепительного света. Но произошли только улыбка и рукопожатие. Цивилизованная встреча.

– Здравствуй, Кит.

– Лиэнн. Рад тебя видеть. Но мне очень жаль, что при таких обстоятельствах.

И они сели. Больше ничего.

Вероника посмотрела на лица всех собравшихся за столом. Глаза Майка Деуолта сияли от облегчения. Марджи не могла унять рыданий и не отнимала от лица огромный платок. Элла была так бледна, что ее глаза и губы казались чернильными кляксами на листе бумаги. Позади них Крейн стиснул спинку стула до белизны в пальцах. По другую сторону стола Таннер и Лиэнн держались за руки. Хантер сидел у Лиэнн на коленях, положив голову ей на плечо и ни на кого не глядя.

Все они только что услышали, что их детей убили, а спустя считаные секунды получили то, что казалось помилованием. В воздухе витало боязливое облегчение.

– Пришло сообщение с адреса, в котором были только непонятные цифры, – Майк положил телефон на стол. – Но в письме был звуковой файл. Доченька, как это называется?

– МП-три, – ответила Элла тихо и отстраненно.

– МП-три, – повторил он. – Вот, послушайте.

Он включил запись. Из динамика раздался механический мужской голос, явно искаженный каким-то модулятором.

«Деуолты, ваша дочь жива. Если хотите снова увидеть ее, неукоснительно следуйте нашим указаниям. Мы требуем шестьсот тысяч долларов немечеными банкнотами с непоследовательными номерами. Соберите деньги в небольшой кейс. Не пытайтесь подкладывать следящие устройства и краску – за это вы поплатитесь жизнью вашей дочери. Не привлекайте полицию – за это вы поплатитесь жизнью вашей дочери. Мы свяжемся с вами вечером двадцать шестого числа и сообщим, где оставить деньги. Не пытайтесь обвести нас вокруг пальца, мы следим за каждым вашим шагом.

На данный момент она жива и здорова, но очень напугана. Чтобы доказать, что она жива, мы попросили ее сказать что-нибудь, что известно только ей. Она говорит, что однажды вы случайно ей рассказали, что она была зачата под «I’d Do Anything For Love» Мита Лоуфа. Она говорит, что об этом известно только вам, мистер и миссис Деуолт.

Не пытайтесь нас перехитрить. Если вы точно выполните все наши указания, к концу недели ваша дочь вернется к вам. Мы не хотим применять насилие, но, если понадобится, мы его применим».

Лица Марджи за платком совсем не стало видно, только ее всхлипы громко звенели в притихшей комнате. Элла с испуганным лицом обняла ее за шею худой рукой. Сначала никто ничего не говорил.

– Кто-то отслеживал поступления на сайте, – сказала Вероника. Ее голос казался слишком громким среди всеобщего молчания. – Они просят ровно столько, сколько насчитывает сейчас фонд. Это не совпадение.

– У нас почти то же самое, – сказал наконец Таннер. На нем была футболка с напечатанным на груди изображением его дочери с большой розовой надписью «Найдите Аврору» сверху. Морщины у него на лице казались глубже и резче, чем раньше. Он нажал кнопку на своем телефоне, проигрывая сообщение.