Шрифт:
Вероника остановилась. Только пару минут назад она достала наушники, чтобы включить свой плейлист и побыть наедине с последним вечером в Венеции. Но не успела. Перед ней встала небольшая группа туристов. Девушка-гид говорила на русском, чем и привлекла внимание Вероники.
– Оставьте рутину дню, дайте ночи вовлечь вас в тайное, неведомое, непознанное. Канал мертвецов, мост дьявола, улица убийц… Нас ждут каналы, полные черной, смоляной воды, зияющие пасти подворотен и лабиринт темных переулков из старинных, безмолвных на первый взгляд палаццо. Однако им есть, что рассказать. Приготовьтесь услышать истории о событиях, бушевавших за их стенами. В путь!
Куда уж загадочнее? Девушка к тому же была в длинном бордовом плаще и широкополой черной шляпе. Ее длинные темные волосы волнами опускались на плечи. Вероника подумала, что для полной таинственности ей не хватало лишь ворона на руке. Но ворон она здесь пока не встретила. Только голубей. И воробьев. С одним из них у Вероники даже произошел бой за мороженое. Паршивец тоже хотел попробовать. Но не для того она плутала по лабиринтам венецианских улочек-калле, чтобы делиться самым вкусным мороженым. Четыре раза заблудиться, имея на руках онлайн-карту! И это днем!
А ночью… Не хотелось бы отбиться от этой экскурсии ночью. Вероника представила, как она остается одна в темноте какого-нибудь плохо освещенного переулка. Телефон разряжается. Самостоятельно дорогу не найти. Улицы здесь расположены так хитро, что никакая логика не поможет. Улица есть – моста на другую сторону нет, найдешь мост – улица уже не та, и вообще ты оказался в противоположной части города. Сердце от одного воспоминания забилось чаще. Потеряться и застрять в незнакомом месте было жутко. Может, поэтому тогда днем наконец обретенный рожок с соленой карамелью показался ей божественным. Легкий привкус ликера или орехов, немного сладкого, немного соленого. Видимо, контрасты в Венеции повсюду: переплетены между собой так искусно, что без них и не было бы этой морской жемчужины Италии.
«Жаль, что я не нашла такую экскурсию раньше. Кроме Вивальди никаких призраков не знаю, и то только благодаря паре лекций про него в консерватории!» – подумала Вероника, провожая взглядом группу, свернувшую в плохо освещенный переулок. Она огляделась по сторонам: Сан Марко покидали туристы. Время позднее, почти двенадцать. На площади осталась лишь пара человек. Да, она слишком задержалась. Но завтра днем уезжать. А успеть хотелось многое. Например, послушать, правда ли Вивальди до сих пор пробует записать свою волшебную мелодию на волнах залива. Вероника пошла в сторону Пьяцетты. Утром она уже была там: Пьяцетта была ей милей, чем просторная, но всегда полная людей площадь Сан Марко. Легкомысленная, открытая морскому ветру, она была идеальным завершением венецианского дня, где можно устроить замечательный привал, расположившись на пешеходных мостках или прямо на ступенях набережной.
Вероника уселась на холодные каменные ступени. Море лениво плескалось у ее ног. Запахло соленой водой и водорослями. Тихонько постукивали о деревянные палины гондолы. Здесь было свободно, совсем не так, как внутри города. Средневековые улочки там были туго сплетены с узкими каналами. Дома смыкались над головой, а солнечный свет был редким гостем на первых этажах. Пьяцетта же открывала морской простор. Вероника вглядывалась в темноту, пытаясь разглядеть остроконечный силуэт Сан Джорджо Маджоре, рука ее непроизвольно потянулась к воде. Зеркальная гладь дрогнула от прикосновения ее пальцев. Плеск волн стал чуть сильнее, поднялся легкий ветер. Веронике показалось, что где-то справа заиграла музыка. Скрипка. «Забавно, ведь в той стороне приют и церковь, где служил Вивальди», – подумала она.
Шорох позади нее заставил Веронику невольно вздрогнуть. Она слишком резко дернула рукой, и кольцо с ее пальца соскользнуло прямо в темноту воды. Тонкий золотой круг блеснул на прощание и исчез в глубине. Девушка ничего не успела сделать, лишь растерянно всматривалась в воду.
Конец ознакомительного фрагмента.