Верю тебе
Шрифт:
— Посмотри на меня внимательно, Эмма. Только честно — я тебе не противен? Она не отвела взгляда.
— Нисколько.
Но ему этого было мало.
— Почему?
Эмма сделала глубокий вдох. Значит, и здесь ей придется быть первой.
Ей вдруг захотелось этого. Даже если он не ответит на ее чувство. Пусть знает и сам все решит.
— Потому что я люблю тебя. Раф стоял неподвижно.
— Ты любишь меня?
Не дав ему опомниться, она обняла его.
— Конечно, идиот ты этакий. — Эмма провела ладонью по сморщенной коже плеча. — Я люблю каждый твой шрам…
— Эмма, не…
— … каждый обгоревший сантиметр… — Она наклонилась к лоснящейся ямке на шее.
— Пожалуйста…
Эмма поцеловала неровный шрам, пересекший ему грудь.
– ..каждую морщинку, каждый мускул.
Раф притянул ее и погрузил лицо в ее волосы.
— Этого не может быть. Так не бывает.
Эмма слегка отстранилась и взглянула на него.
— Только попробуй еще раз сказать такую глупость. Кому лучше знать, тебе или мне, люблю я тебя или нет?
Раф вдруг почувствовал себя сильным, здоровым и легким. Как тот ангел на ее картинке.
— Как можно любить такого, как я?
— Иногда я сама этому удивляюсь. Раф нахмурился.
— Я никогда не был ангелом.
— Для меня — всегда. Просто тогда, шесть лет назад, твои крылья были целыми. Ты был красивым, дерзким и сильным. — Она провела ладонью по его рукам. — Сейчас они у тебя сломаны, но от этого ты не стал хуже.
Она взяла его лицо в свои ладони.
— Я люблю твою душу, Раф, которую нельзя сжечь ни в каком огне. Эти шрамы сделали тебя таким, какой ты есть, и поэтому я люблю их тоже.
Он искал у нее на лице хоть какие-то следы сомнений, но видел только любовь.
Слезы навернулись ему на глаза. Он еще теснее прижал ее к себе.
— Ты моя жена, и я тебя никуда не отпущу, прошептал он.
Она прижалась губами к его щеке.
— И правильно сделаешь. Потому что я не прощу тебе этого никогда.
Он немного отстранился, чтобы с улыбкой взглянуть в ее красивое лицо.
— Эмма. Жизнь моя. Моя радость. Моя любовь. Она слегка улыбнулась.
— Как? Ты не собираешься сказать, что твоему сердцу необходима ЭКГ? Он хмыкнул.
— Неужели я так ужасно каламбурил?
— В том числе. Ты…
Она остановилась: вода начала уже переливаться через край ванны.
Чертыхнувшись, Раф дернул за пробку, а Эмма завернула кран. Раф наклонился, чтобы вытереть пол, и, обернувшись, увидел, что Эмма с улыбкой смотрит на него. Тело горело от желания. Но он собирался принять ванну.
— Может, убьем двух зайцев сразу? — Она призывно улыбнулась. — Мне всегда было интересно узнать, поместятся ли в этой старой ванне двое. Он подошел и провел сверху вниз пальцем по ее гладкой щеке.
— Еще как поместятся. Она обняла его за талию.
— Так ты пробовал? С кем?
— Я говорю о своем сердце. Ты нужна ему. — Он поцеловал ее в губы. — Ты нужна мне.
— Я пытаюсь вдолбить тебе это целую неделю, ворчливо проговорила Эмма. Раф вдруг опять чертыхнулся.
— Я дурак и остолоп. Ты напрасно меня хвалила. Я не подумал о…
— Глупый. — Она сердито тряхнула его. — Ты должен быть всегда наготове.
Раф еле сдерживал разочарование. Он рассеянно скользнул руками по ее спине и виновато чмокнул в висок. Потому что, если он коснется губ, ему станет наплевать на всякую безопасность.
— Ты не представляешь, как мне жаль. Просто мне и в голову не приходило, что когда-нибудь снова придется заботиться о безопасности. Хотя я, конечно, надеялся на чудо… вроде этого.
— Ну что ж, значит, придется заставить тебя помучиться сегодня. Как мучилась целую неделю я. Это послужит тебе уроком, потому что ты не верил в меня.
— Ты права. — Он развел руками.
Но она улыбнулась, как кошка, загнавшая мышку в угол.
— А я-то, ненадежный ты человек, обо всем позаботилась. — Она подвела его к столу для компьютера и извлекла оттуда коробочку. — Видишь?
У Рафа даже голова закружилась…
Он заглянул в коробочку.
— Всего шесть штук? Эмма громко рассмеялась.
— За углом круглосуточная аптека. Хмыкнув, Раф наклонился и подхватил ее на руки.
— Боюсь, мне придется бежать в полночь.
— Похоже, я выпустила из бутылки джинна. — Эмма обняла его за шею. Он покачал головой.
— Нет, просто ангела, который хочет проверить, действительно ли эти земные радости так хороши, как в его воспоминаниях.
— О, да, — сказала она хриплым голосом. — Но ты мне скажешь, да? Будем пытаться, пока ты не убедишься в этом.
Раф кивнул и понес ее в ванную.
Эмма проснулась от скрипа открывающейся двери. Солнечный свет ударил ей прямо в лицо. Она улыбнулась.
— Надеюсь, ты мечтаешь обо мне. Раф склонился над ней с подносом в руках. Сверкнуло лучшее столовое серебро Сильвии.
— Что это?
— Завтрак.
Он поставил поднос на туалетный столик и опустился на кровать.
Эмма села и откинула волосы со лба.
— Не может быть, чтобы ты приготовил его сам.
Раф поцеловал ее и грустно улыбнулся.
— Сильвия не позволила.
Эмма ахнула.
— Ты все ей рассказал?
— Но ты так долго спала…
Она бросила взгляд на часы.
— А который час? Четверть десятого?
Эмма перекинула ногу через край кровати.
— Я опоздала на работу.
Раф схватил ее за руку.
— Успокойся. Сильвия сказала, что ты заболела.
— Правда? — Она проследила за его взглядом похоже, ночи любви ему было недостаточно. Отлично. Ей тоже. — Раф!
— А?
— Мы не можем заниматься любовью. Мы ухлопали весь запас.