Чтение онлайн

Да и сам парень Феде не понравился. Какой-то уж очень уверенный тип, самодовольный даже. И отвечал всегда хорошо, и ребята с ним разговаривали уважительно. Ишь, шишка на ровном месте! Кстати, именно он первым из всех с Федей заговорил уже в начале второй перемены.

— Эй, новенький, тебя как зовут, Вася, что ли? — спросил длинный, убирая в портфель свои учебники.

— Федя, — поправил он его, нахмурившись. И Оля, стоявшая в этот момент неподалеку, почему-то прыснула.

— Ну, Федя, — снисходительно согласился парень. — А я Артем. Слышь, у тебя компьютер дома какой? «Пентиум»?

— Нет у меня никакого, — пожал плечами Федя.

— Е-мое, — удивился парень, — надо же, а я думал почему-то, что у тебя есть.

Вот, собственно, и весь разговор, а больше с Федей никто и не заговаривал. Зато он заметил, что Оля с его единственным собеседником, видно, в приятельских отношениях: перед каждым уроком они перебрасывались шуточками и на уроках тоже порой перешептывались. Федя досадовал, но что бы такое отмочить, чтобы привлечь Олино внимание, пока не придумал. Оставалось ему только сидеть и смотреть. Что Федя и делал.

А больше он и делать-то ничего не мог. Пробовал, да не получалось. О том, чтобы слушать преподавателя, даже речи быть не могло. Даже захваченный из дома для чтения на уроках Дюма так и пролежал в этот день в портфеле. Вообще-то читать Федя любил. Приятели в старой школе частенько за это над ним подсмеивались, даже Достоевским прозвали, когда Федя имел неосторожность им сказать, что он тоже Федор Михайлович. Правда, Достоевского Федя еще не читал, но от отца знал.

Оставался последний, шестой урок, география, и Федя, мрачнея с каждой минутой, все больше осознавая себя последним дураком, угрохавшим прекрасный весенний день впустую, маялся у окна в коридоре. В школьном дворе опять появился уже знакомый ему темный «Мерседес».

«За ней приехал, — грустно отметил Федя про себя. — Значит, даже после уроков к ней не подойти. А на что я, собственно, дурак, рассчитывал?»

Вновь заиграла звонковая музыка, и Федя поплелся в класс. Шел он неохотно, еле ноги передвигал и в результате вошел в кабинет последним. Все уже стояли возле парт, приветствуя учительницу. А учительница у стола беседовала с постоянной Олиной соседкой. Федя услышал, как девочка вдруг радостно сказала: «Спасибо», — и быстренько побежала к своему месту.

— Отпустила? — вполголоса спросила подружку Оля.

Та кивнула ей, схватила свою сумку и так же быстро направилась к выходу.

«А-а, была не была!» — решился вдруг Федя и, быстро прошагав между рядами, положил свою сумку на только что освободившееся место. У него даже дух захватило. Если бы кто-нибудь о чем-нибудь его в этот момент спросил, он бы и звука из себя не выдавил. Но класс и учительница оставались немы, а Оля лишь сделала большие глаза и поджала губы.

— Здравствуйте, садитесь, — сказала учительница, и Федя плюхнулся на стул в таком изнеможении, будто не пять шагов прошел, а совершил восхождение на Эльбрус.

Начался урок.

В ушах у Феди звенело, в голове стучало, и он опять не мог разобрать ни слова из речи учительницы. Да и не пытался. Федя собирался с силами, чтобы сделать следующий, самый, казалось бы, простейший шаг — взглянуть на Олю. Наконец ему все-таки удалось немного справиться с волнением. Он задышал ровнее, и шум в голове немного унялся.

Собрав всю волю, Федя как бы невзначай повернул голову.

То, что он увидел, поразило его и испугало. Куда девалась фея весны? Нежный румянец пропал, брови сошлись над переносицей болезненной складкой, лицо стало мертвенно-желтым с зеленцой. Рядом с ним сидела тяжело больная или измученная девочка и невидящими глазами с широкими пятнами черных зрачков смотрела в одну точку на парте.

Федя вздрогнул, невольно издал нечленораздельный короткий вскрик, поднял зачем-то руку — то ли Оли коснуться, то ли кого-то позвать. Оля слабо качнулась и вдруг, завалившись на левый бок, замертво упала со стула на пол.

— Весна, — бормотала прибежавшая в класс врачиха, — дети растут, витаминов им не хватает, а у вас тут такая духота, хоть бы окно открыли. Вот вам и обморок…

— Да я проветривала на перемене, — растерянно оправдывалась учительница.

Оля очнулась сразу, едва врачиха дала ей понюхать ватку с нашатырным спиртом. Сразу же смогла идти, хотя врачиха и настаивала, чтобы девочка немного посидела в классе у открытого окна. Но Оля отказалась. Федя и Артем проводили ее до медкабинета. А когда Федя после урока, выйдя из класса, глянул в окно, темного «Мерседеса» во дворе уже не было. Олю увезли домой.

— Уехала, — подтвердил его догадку голос Артема. Он стоял у Феди за спиной и глядел во двор через его плечо, что с его ростом было не проблемой.

— Витамиины, — презрительно процедил Артем, вспоминая слова врачихи, — дура, у нее папаша миллионер в долларовом исчислении. Он ей какие хошь витамины круглый год покупает. Да не в драже, а свежими фруктами. Я ее хорошо знаю.

— А чего ж она упала? — в упор посмотрел на него Федя.

— Да так, — Артем отвернулся, — нервная. А может, и вправду душно. Ты где живешь? — сменил он тему разговора.

— За Рублевкой.

— В каком доме?

— Ну, он одним боком на Рублевку выходит, другим на улицу Павлова. Мы только-только туда переехали.

— А-а, понятно. Хочешь, вместе домой пойдем? Нам полдороги по пути будет, если ты, конечно, на автобусе не поедешь.

— Нет, — усмехнулся Федя, — на автобусе я уже сегодня катался, он меня чуть в Строгино не завез. Не на тот сел.

— На шестьсот двадцать шестой, что ль?

— Ага.

— Ну, пошли вместе. Со мной не заблудишься.

Они спустились по лестнице, накинули свои куртки и вышли из школы.

Солнце так разгулялось, что Федя зажмурился. Глазам больно.

— Тебя как сюда занесло? — спросил его Артем.