Чтение онлайн

— Ты всегда был у нас затейник Степан. Улыбнулся начальник милиции города-героя Ленинград.

* * *

Да тем, кто не понимает, мы изначально вели очень великосветский разговор не о чем! Для примера я вполне себе доверял моему водителю Андрею. Думаю Соловьев тоже не глупый человек и водителя так же себе подобрал отличного. Дело даже не в посторонних людях на аэродроме. Вот взять наших водителей. Есть такая поговорка, меньше знаешь крепче спишь. Причем чем выше ты поднимаешься по политической и карьерной лестнице и если ты хоть капельку ценишь и уважаешь своего водителя, ты будешь стараться, чтобы он меньше знал о твоих делах. Ибо как знать… Взять тот же классический советский фильм «Семнадцать мгновений весны», когда пытали водителя одного из бонз партии нацистов Бормана. Гестапо просто пытало, можно сказать на всякий случай, вдруг чего знает. Однако Борман судя по всему, хоть и был нацистом и негодяем, но водителя своего ценил. Потому тот не владел секретной информацией.

Почему вы меня спросите? Ну эти вещи лежат на поверхности! В случае, если под пытками ты проболтаешься, что владеешь какой-то информацией, то ее необходимо перепроверить! А кому без высоких должностей и званий может слить секретную информацию водитель? Не поверите членам своей семьи! Потому хоть по фильму судьба водителя Бормана незавидна, но он хотя бы сохранил неприкосновенной свою семью. Брякнул бы (а под пытками начинают говорить) чего лишнего, так и отца с матерью и детей и жену всех взяли бы в оборот!

— Прошу на трап моего корабля. Пригласил я Ивана Владимировича, когда подошли к круизному дирижаблю.

— Спасибо, да действительно это целый воздушный корабль. Ответил герой Советского Союза.

Мы прошли по огромным коридорам дирижабля и оказались в ресторане. Где по моим указаниям уже не было официанта, вообще-то на дирижабле даже повара не было. Просто был накрыт стол, кстати на нем даже шампанское стояло, хотя никто пить не собирался. Все для легенды, а шампусик придется просто вылить. Благо есть унитазы на корабле. Отдав команду на взлет, мы наконец присели за столик.

— Степан я понимаю у тебя важное дело, но я поражен красотой и размерами дирижабля. Высказался Иван.

— Благодарю, но комплимент не ко мне, рисовали проект кают и ресторана со всем прочим наши ленинградские студенты-художники*.

Студенты художники* — когда проект рассчитали инженеры и предоставили уже готовую гондолу с указанием, в том числе какой вес и где может быть. Художники взялись за работу. Надо понимать гондола максимально облечена. Потому стены меж каютами и т.д. довольно условны. В том плане, что это скорее «ширмы», звукоизоляция стремится к нулю.

— Потому мы с женой лишь выбрали, какой проект оформления нам нравится*.

Нам нравится* — разумеется ГГ и его жена выбрали не один подали назад инженерам, дабы они провели расчеты, где надо «утяжелили», а где напротив сделали легче. Ибо для примера т. к. гондола легкая и на носу будет вес в условные 15 тонн, а в хвосте 1 тонна, то ее чуть не «свечкой» поставит и лететь будет неудобно и не комфортно.

— Итак к делу. Высказался Иван Владимирович.

— Ко мне обратился врач, сейчас не важна фамилия, которая предоставила доказательства заговора против правительства. Так же имеются доказательства, что писатель Максим Горький был убит. Так же был убит Андрей Андреевич Жданов. Более того жизнь товарища Сталина может быть под угрозой.

— Степан, ты понимаешь всю серьезность сказанных слов?

— Вань, а ты как думаешь почему я попросил тебя бросить все дела и встретиться?

— Не знай я тебя, подумал бы — это ты мне один из сценариев своих фильмов про шпионов пересказываешь.

— Знаешь Вань, а я ведь уже участвовал в этом разговоре, но только с «другой» стороны и высказался примерно такими же словами…

— Ты главного не знаешь Иван Владимирович, врач писала в «органы» и ее заявление «развернули», более того передали человеку на кого был написан этот самый донос, а он как ее начальник наказал, понизив в должности и зарплате.

— Это невозможно*! Эмоционально воскликнул Соловьев.

Это невозможно* — специфика работы спецслужб, в случае когда имеется заявление на заговор против правительства его абсолютно всегда рассматривают! Даже если там полный бред! Допустим ( городских сумасшедших кстати всегда хватает ) некто пишет, что «зеленые человечки» или «рептилоиды» или аналогичный бред, где сразу видно человек болен, такое заявление просто бросают в корзину с мусором? Нет даже по нему пишется отчет, заява прикрепляется к отчету и да вывод, если коротко — «дурак». Никогда такое заявление не посылается начальству по месту работы, не важно на начальника заявление или нет. Отсюда эмоции начальника милиции города Ленинград.

— Теперь ты понимаешь всю серьезность ситуации?

— Ты кого-то подозреваешь Степан? Вопросом на вопрос ответил начальник милиции, а чего еще ожидать профессиональная деформация.

— Ваня ты угощайся, сегодня просто шикарный крем-суп из белых грибов, а касательно подозрений, ты же знаешь у меня целый штат журналистов я в некотором смысл чуть не своей шпионской сетью владею и понимаю, кто с кем и против кого дружит…

— Потому тебя и спросил. Высказался Иван Владимирович наливая из супницы половником суп себе в тарелку.

— Судя по фамилиям, там много евреев, а где у нас много евреев?

— Я бы сейчас пошутил на тему «везде» и что ты антисемит, дескать «в кране нет воды значит выпили жиды», но мне не до шуток…

— Какие уж тут шутки явно работает самая сильная партия ВКП(б) с УССР, предводителем является Хрущев, безусловно замешен Маленков, силовая поддержка маршал Победы Жуков…

— Но это же самая мощная и самая влиятельная часть партии… Ее просто так через колено не переломить, как бы нас не сломали.

— Об этом я тоже думал, вот взять вас Иван Владимирович, вы ведь «ленинградец», как впрочем и я, а есть еще «москвичи», если нас вместе собрать как членов ВКП(б) мы пожалуй сильнее и могущественнее «украинцев» будем…

— Потому нас первыми ломать будут*… Высказался герой Советского Союза.

Ломать будут* — так и произошло в реальной истории, никогда более до развала СССР никто кроме «украинской партии» не правил, русских полностью убрали из высшего и частично из среднего управляющего состава СССР.