Чтение онлайн

– Джинджер… что с тобой? – спросила растерянная Джейн, – мы с тобой дружим очень давно, но… я не предполагала… извини, я, кажется, вспомнила, что должна позвонить родителям, что они скажут, если я останусь здесь допоздна?

Джейн быстрым шагом двинулась к выходу из клуба. Ну кого она хотела обмануть? Мы общаемся давно, ходим друг к другу в гости, и я прекрасно знала, что она живет отдельно. Кажется, я сильно ее напугала, так, что она даже не смогла придумать что-то более или менее правдоподобное. Какая же я тварь – так использовать лучшую подругу ради какого-то тщеславия! Однако сделанного не вернуть, завтра придется звонить ей и объясняться.

Растерянно оглядываясь по сторонам в поисках Джейн – все еще надеясь догнать ее и попросить прощения – я поймала на себе взгляд Мистера Самоуверенность. Прекрасно: хотела подколоть его мужское самолюбие, а подколола сама себя. Нужно срочно покинуть клуб, пока надо мной еще кто-нибудь не посмеялся.

Я пулей вылетела из здания клуба, умудрившись задеть локтем охранника. Со злости, вызванной болью в локте, я сильно отпихнула его и пошла прямо на автобусную остановку.

Идиотка! Надо было сбегать раньше: ведь уже была глубокая ночь и автобусов не было. Конечно можно было вызвать такси или подождать ночной транспорт, но, несмотря на весну, было довольно холодно и ждать не очень-то хотелось. И к тому же меня словно жгло изнутри при осознании моего позора за сегодняшний день. Дважды пережитого позора: ссоры на конференции и провального диспута в клубе. Да я сейчас пойду пешком через весь город к своему дому, даже если мне где-нибудь дадут дубиной по голове и попытаются ограбить. Отнимать у меня было нечего, а смерть лучше, чем переживать позор за позором. А если меня… нет, надо искать какой-то другой выход.

– Господи, что же делать?! – почти взвыла я в ночную пустоту, – не возвращаться же в клуб, где этот самодовольный болван!

– Могу ли я помочь независимой и самостоятельной ученой леди? – послышался за моей спиной ровный низкий голос, да так неожиданно, что я чуть не подскочила на месте от испуга.

Это был тот самый «самодовольный болван». По-видимому, он вышел из клуба после окончания концерта. В его голосе явно слышалась смесь сарказма и сочувствия.

– Да, конечно, я не независимая и не самостоятельная и вообще сплю и вижу как бы попасть в рабство мужчине, – с не меньшим сарказмом огрызнулась я, – даже не могу плоды своего труда отстоять перед первым встречным. Смейтесь сколько угодно, мне уже все равно, мистер Фордж.

Как мне показалось, надменность «болвана» несколько сдулась и он даже слегка растерялся:

– Мисс Руад, у меня и в мыслях не было смеяться над вами, особенно в такой ситуации. Я прекрасно помню времена, когда после поздних концертов нам с ребятами приходилось ночевать прямо в клубе, спрятавшись от охраны в туалете. Представляете, в одной кабинке располагался я на своей куртке, в другой – Фил, в третьей – Пол, в четвертой – Грег, – он рассмеялся, судя по всему вызвав в памяти эту картину, но сразу посерьезнел, – и мне бы не хотелось, чтобы у такой очаровательной девушки как вы повторились бы мои проблемы. Открою вам тайну: ночевать в туалете – не самое приятное занятие.

– Догадываюсь, – ответила я, пытаясь говорить холодно, но мысль о том, что этот высокомерный тип ночевал в туалете, да еще не стесняется говорить об этом – настолько, похоже, уверен в себе – немного расположила меня к общению с ним, – однако, как вы хотите мне помочь? Пригласить к себе? Простите, но это не для меня. То, что я однажды сходила в такой мерзкий клуб, еще ни о чем не говорит, меня почти насильно затащила туда Джейн.

– О, да! Джейн всегда добивается своего, особенно в заботе о ближнем, – мой собеседник рассмеялся в голос, – и частенько может перестараться.

Его смех звучал так же низко, как и обычный голос, которым он говорил. Можно было подумать, что смеется какой-нибудь отрицательный персонаж из старых фильмов, но его смех был лишен этой злорадной нотки, скорее это был смех уставшего и желающего дать выход своим эмоциям человека. Что ж, все не так плохо – он тоже может быть настоящим, не позером.

– Согласна, я знаю Джейн еще с колледжа, – против воли я тоже улыбнулась, – но все же это не ответ на мой вопрос.

– Я лишь хотел подвезти вас на машине, потому что общественный транспорт здесь просто ужасен: вы можете прождать до раннего утра.

– Вообще-то я не сажусь в машину к первым встречным, даже если у них благородные намерения, – ответила я, стараясь быть как можно спокойнее.

– Но я не первый встречный. Ведь мы оба хорошо знаем Джейн. И думаю, у нее нет знакомых маньяков. Строго говоря, я тоже иду на определенный риск, приглашая подвезти вас – может быть вы профессиональный киллер, который может надавить на сонную артерию и мгновенно убить меня, может быть вы украдете мой кошелек, пока отвернусь, может…

– Все-все, я поняла. Видимо придется поверить вам на слово, как вы верите мне.

– Садитесь, мисс Руад.

Он подошел к какой-то неподалеку стоящей машине с открытым верхом. Она не была похожа ни на одну известную модель. Впрочем, мне модели машин неизвестны вообще. По приглашению я села на переднее сидение, сказав где я живу. Мой назойливый спаситель покачал головой:

– Путь неблизкий, а вы хотели ждать автобуса или идти пешком. Хорошо, что я подвернулся.

Мы ехали. Я молчала, не зная что сказать кроме «спасибо что подвезли», но пока мы не приехали это было явно преждевременно.

– Мисс Руад…

– Джинджер, – вздохнула я, – если уж я у вас в долгу.

– Ну, тогда и я – Дэниел, – по-прежнему спокойно ответил мой собеседник.

И что меня дернуло так ответить? Хотя, если подумать, я действительно у него в долгу. Было бы глупо заставлять его обращаться ко мне как к жене лорда. Он – Дэниел, я – Джинджер.

– Хорошо… э-э-э… Дэниел.

Мы снова замолчали. Молчание стало напряженным, но мне действительно было нечего сказать. Я с напряжением начала рассматривать ночной город: и о чем столько рок- и поп-песен? Город как город, никакого очарования ночной жизни я не вижу: ну огни, ну вывески, ну темнота. Страшно, что тебя убьют и ограбят, а не романтично. Люди тоже не блещут каким-то очарованием: всего лишь кучки идиотов собираются в тех местах, где им после тяжелого дня, когда – о, Боже! – заставляют работать, наконец-то будет позволено предаться пороку. Вот и все очарование: ночь позволяет делать намного больше. Возможно в этом данная «романтика» и заключается.

Я украдкой взглянула на Дэниела: он вел машину вовсе не как типичный любитель наслаждаться жизнью, впечатление которого он поначалу на меня произвел, а неспешно (видимо боясь в темноте не разглядеть пешеходов или препятствия), аккуратно. На дорогу он смотрел серьезно и сосредоточенно. При свете фар и луны его глаза, казавшиеся в клубе голубыми, теперь приобрели зеленоватый оттенок. Он поймал на себе мой взгляд и его, похоже, это насмешило. Я попыталась сделать вид, что посмотрела на него нечаянно и снова отвернулась. Мне стало неловко.