Чтение онлайн

Паники не было. Я уже сталкивался с этой напастью и примерно знал, чего ожидать, Дар с Муркой полагались на мой опыт, а Эльвина просто не представляла масштаба угрозы. Просвещать аристократку я по понятным причинам не спешил. Выбрав удобное для быстрого отступления место, остановился, достал зажигалку и мешочек с приманкой. Мошки стремительно приближались. Отмечая, как сокращается расстояние, разделяющее охотников и добычу, я нарвал сухой травы, сложил небольшой костерок и высыпал на него бурую землистую массу. Когда до роя осталось около сотни метров, гудение стало настолько сильным, что напомнило мне случай из прошлой жизни, когда я рискнул воспользоваться услугами 'Аэрофлота'. Активировав амулет, я дождался, когда он подпалит хворост, подхватил зажигалку и кинулся прочь, увлекая за собой остальных.

Расчет оказался верным, и гнавшийся за нами рой влетел точно в поднимавшийся от костерка ядовитый дым. Однако мошек было слишком много. И хотя большая часть колонии зависла над расставленной ловушкой, прочие, то ли не почуявшие привлекательный запах приманки, то ли слишком голодные, чтобы упускать из вида потенциальную еду, полетели следом за нами. Увидев, как облако гнуса разделилось, я крикнул:

– Всем стоять! Дар, твой выход!

Передав брату все свои амулеты кроме маскировочного и защитного, который мне на время похода одолжила Вика, я сорвал рюкзак с леди, сбросил свой и вместе с аристократкой встал на колени друг напротив друга с тем расчетом, чтобы закрыть нашими телами севшую на задние лапы Мурку. Пусть шкура марилан славилась своей прочностью, вспоминая болезненные укусы мерзких насекомых, я не был уверен, что она устоит под их жвалами. Крепко обняв девушек, я накинул веревочку амулета на свою шею и шейку Эльвины, надеясь, что тот посчитает нашу скульптурную композицию одним телом, на всякий случай приказал подруге зажмуриться и закрыть лапами уши, после чего сорвал мешочек с клыка крида, активируя защитный кокон.

Вовремя. Секунду спустя на нас налетел рой. Мириады насекомых окружили отряд, покрыв наши тела толстым ковром и неистово жужжа в тщетных попытках добраться до свежего мяса. Моя уловка сработала, нас троих укрыла невидимая глазу упругая пленка магической защиты, останавливающая голодных мошек в миллиметре от кожи. Вот только от звуков она не защищала. Жужжание, шелест мохнатых лапок и скрежет хитина, порождаемый трущимися друг о друга тварями, вызвал у аристократки дикий неконтролируемый ужас. Эльвина задергалась и попыталась смахнуть облепивших ее лицо мошек. Прижав леди покрепче, я воспользовался эмпатией и погасил приступ страха.

Хотя у самого на душе было неспокойно. Работающий на пределе возможностей амулет начал ощутимо нагреваться, и я не представлял, насколько его еще хватит. А Ушастик медлил. То ли занимался извлечением энергии из накопителей, то ли конструировал особо сложный магический узор, то ли просто ждал, пока все избежавшие приманки твари соберутся в одном месте, чтобы прикончить их одним ударом. Несмотря на дикое мельтешение перед глазами, я видел фигуру облепленного насекомыми эльфа, воспользовавшегося защитой аналогичного амулета, чувствовал его напряжение и терпеливо ждал развязки.

Наконец, когда клык крида раскалился настолько, что начал жечь мне плечо, мы услышали странный звук. Словно лопнула басовая струна. Все вокруг замерло, а затем мириады мошек с тихим шелестом осенних листьев начали медленно падать на землю. Дождавшись, пока перед глазами развиднеется, я поднялся, по-собачьи отряхнулся и огляделся. Мы находились в центре огромного круга, покрытого плотным ковром обездвиженных насекомых. Неподалеку можно было заметить похожее пятно на земле. И хотя остатки роя еще жужжали в клубах желтого дыма, было ясно, что одуревшим от запаха приманки мошкам осталось недолго.

Пораженный открывшейся взгляду картиной, я произнес:

– Брат, на этой десятице я еще не признавался тебе в любви?

– Что-то не припомню, - устало улыбнулся Ушастик.

– Сейчас исправим!

Пройдя по хрустящему ковру, я от души потискал нашего спасителя, после чего принялся дуть на горячий амулет, в накопителе которого почти не осталось ярких искорок. Отметив, что вторую такую встречу мы вряд ли переживем, я спрятал клык в мешочек с рунами, деактивируя защитный кокон, и уточнил, кивнув под ноги:

– Они не оживут?

– Не знаю, - пожал плечами Дар.
– Я еще не применял этот узор.

– Так чего же мы стоим!

Подхватив рюкзаки и ошалело хлопавшую глазами Эльвину, мы поспешили покинуть опасное место. Хотя, волнения были напрасны. Четверть часа спустя, когда не способная похвастаться спортивной формой аристократка выбилась из сил, я объявил краткий привал, который мы использовали, чтобы вытряхнуть насекомых из одежды и сумок. Мошки все еще не подавали признаков жизни, и это радовало. А вот то, что гадкие членистоногие успели не только прогрызть дырки в рюкзаках, но и уничтожить запас сушеного мяса, расстраивало неимоверно. Впрочем, хлеб, сыр, крупы и все остальное, составляющее неприкосновенный запас, тварям пришлось не по вкусу, так что проблем с пропитанием удалось избежать.

Перетряхнув вещи и приведя себя в порядок, мы двинулись дальше, стараясь поддерживать хороший темп. Встреча с роем исчерпала лимит неприятностей, заготовленный для нас Проклятыми землями, и до самой ночи никакие твари нас не побеспокоили. Эльвина держалась молодцом, но железная воля оказалась не способна компенсировать отсутствие физической подготовки. Во время поздней трапезы заметно осунувшаяся аристократка еле передвигала челюстями. Понимая, что надолго ее не хватит, я нашел выход из положения - сгрузил Дару всю поклажу и приказал девушке забираться мне на спину.

Судя по эмоциям, гордая леди была категорически против, однако ей пришлось подчиниться - контракт! Преимущества такого передвижения стали видны уже после первого пройденного километра. Скорость увеличилась, пропала необходимость постоянного контроля за действиями подопечной, теперь мое внимание концентрировалось на окружающем мире, что позволяло немного ослабить нервное напряжение. Да и сама Эльвина, поначалу возмущенная тем, что выступает в роли немощного ребенка, вскоре смирилась со своим положением, а спустя пару часов даже ухитрилась задремать.

Мне не было тяжело. В Ирхон я тащил добычу раза в два превышающую вес костлявой аристократки. Неудобно - это да, и на рассвете, когда мои руки всерьез пригрозили отвалиться, сонной леди все же пришлось поработать ножками. А во время дневного дежурства я достал иголку с нитками и смастерил нечто, отдаленно напоминающее рюкзак-переноску для детей, пожертвовав ради этого запасными штанами. Грубая неказистая поделка оказалась достаточно крепкой и удобной, поэтому далее Эльвина большую часть пути проводила, устроившись враскорячку за моей спиной.