Чтение онлайн

Спустя несколько кругов я вспомнил об указании Дара и усложнил себе задачу. Теперь я не просто танком продирался сквозь чащу, а пытался вычислить наиболее вероятные места засад, ловушек и соответственно на них реагировал. Перепрыгивал ровный пятачок земли, присыпанной прошлогодней листвой, поскольку там могла быть яма (и обязательно с капканом - эльфы такие затейники!), уклонялся от воображаемого дротика, вылетевшего из дупла, огибал заросли кустов, в которых мог притаиться даже хашан, причудливо менял маршрут, чтобы вероятному противнику было сложнее устроить засаду... Эта игра настолько увлекла меня, что я перестал считать круги, а прерваться решил, лишь ощутив дикий голод.

Домой я вернулся вовремя, семейство как раз собиралось обедать. Отчитавшись об успехах перед Ушастиком, устроился за столом и накинулся на кашу с мясом, одним махом умолотив половину котелка. Сытость жажду деятельности не притупила. Пережив тщательный осмотр, не выявивший негативных отклонений в моем организме, я снова отправился в лес. На этот раз в компании с Муркой, тоже решившей поразвлечься.

Надо сказать, развлеклась подруга на все двести. Я-то думал, что благодаря навыкам Дара умею правильно передвигаться по лесу, но большая кошка наглядно продемонстрировала глубину моих заблуждений. Она бежала легко и непринужденно, мягко обтекая попадающиеся препятствия. Там, где мне приходилось продираться сквозь завалы, оставляя на сучках куски одежды, Мурка обходилась несколькими грациозными прыжками. Уворачиваться от веток марилане не было нужды - она выбирала такой маршрут, чтобы ни один листик не шелохнулся, при нужде буквально просачиваясь сквозь зеленый лабиринт. Причем все это бесшумно! Я ни разу не слышал, как под лапами Мурки хрустят ветки, а сколько ни оглядывался, не мог рассмотреть ни одного оставленного мариланой следа. Казалось, рядом со мной скользит призрак.

– Все, сдаюсь!
– заявил я, сообразив, чего добивается подруга.

Остановившись, я упал на колени перед мариланой и взмолился, картинно заламывая руки:

– О прекрасная богиня лесов, чьи глаза подобны звездам на небосводе, о великая охотница, чьи клыки и когти острее любого меча, о несравненная воительница, одним взглядом повергающая в ужас врагов своих, прошу, смилуйся! Подари недостойному двуногому крупицу своего внимания, позволь испить из божественного сосуда твоей мудрости... Научи меня!

Мурка, поддержав игру, приняла горделивую позу:

– Что ж, глупый котенок, льстивым речам твоим удалось растопить лед моего сердца. Я решила смилостивиться и взмахом хвоста развеять тьму твоего невежества. Открой же разум свой и внемли гласу богини!

Не в силах больше сдерживаться, я некультурно заржал. Секунду спустя ко мне присоединилась кошка. Ее смех был необычным, мягким и густым, он укрыл мое сознание, словно байковое одеяло, даря тепло и негу. Эти ощущения были настолько приятными, что до меня с большим опозданием дошло - Мурка смеется впервые в жизни. Не знаю, мои воспоминания тому виной, или просто у кошки до сих пор не находилось повода открыто выразить свои эмоции, но я не мог не признать, что такой подруга мне нравится намного больше. Крепко обняв марилану, я восхищенно выдохнул:

– Мурка, я тебя обожаю!

– Ох, Ник, мы так похожи! Я тоже себя обожаю, - ничтоже сумняшеся выдала кошка, подарив нам новый повод для веселья.

Вволю посмеявшись, мы приступили к обучению. В качестве 'разогрева' Мурка прочитала мне небольшую лекцию, обозначив корень проблем. По ее словам, эльфы 'выбрали путь огня' - они противопоставляют себя миру, борются с ним и стараются подчинить, мне же нужно 'следовать дорогой воды' - подстроиться под окружающий мир, понять его законы и попытаться наладить с ним взаимодействие. Нельзя просто так передвигаться по лесу, нужно стать его частью, жить и дышать им.

– Это тебе сородичи из заповедника поведали?
– из любопытства уточнил я.

Мурка подтвердила мою догадку и приступила к следующей части обучения. Я принимал сотни образов, наглядно демонстрирующих принципы правильных движений, их наиболее рациональные последовательности, основы тактики перемещения по незнакомой местности, способы прокладки маршрута, опирающиеся на все органы чувств, а не на одно зрение... Список был длинным. Я и не предполагал, что передвигаться по лесу так сложно. Программа в эльфийской Академии не включала и десятой части того, о чем мне рассказывала подруга. Но главное, анализируя образы, обрывки воспоминаний, усваивая нужные навыки, я все больше проникался философией разумных кошек - осознанием необходимости существования в гармонии с миром.

Когда настал черед практики, я понял, что сложности только начинаются. Возник конфликт навыков. Умения Ушастика, уже опробованные в деле и признанные разумом дееспособными и полезными, отчаянно сопротивлялись их перестройке по кошачьим принципам. Еще и разница в физиологии сказывалась - я точно знал, как навыки работают в теле Мурки, однако довольно смутно представлял, как их можно адаптировать под себя. Поначалу все мои движения выходили рваными, хаотичными и даже близко не похожими на предполагаемый результат. Я мучился, раскладывал свои действия на составляющие, анализировал каждое движение, выстраивал новые схемы, но ничего не выходило.

Мелькнула мысль, что мешает утяжелитель, но была отброшена по причине абсурдности - мои мышцы уже успели свыкнуться с увеличением нагрузки. С упорством барана я продолжал долбиться головой в монолитную стену. И в один прекрасный момент она (стена, конечно же) не выдержала. Спустя час бесплодных попыток собезьянничать движения подруги я неожиданно почувствовал, как разрозненные приемы сами собой выстраиваются в понятную и логичную систему. И хотя в ней зияли огромные дыры, а отдельные умения были далеко не безупречны, я увидел конечную цель, что придало мне сил.

Следующие несколько часов под надзором Мурки я комбинировал и шлифовал навыки, создавая из них причудливый гибрид, который, тем не менее, оказался на диво работоспособным. Выстроив каркас основных навыков, я опробовал новую систему на практике и был поражен ощущением небывалого восторга, возникающего от стремительного бега. После этого обучение рвануло вперед семимильными шагами. Умения формировались где-то на интуитивном уровне и быстро усваивались, дополняя картину недостающими мазками. Носясь по лесу, я как ребенок радовался новым возможностям. Память Ушастика дала мне силу и скорость, зато знания подруги подарили такую необходимую легкость и свободу.

Испытания новой техники пришлось ненадолго прервать, когда ядовитое зелье попросилось на свободу. После того как кишечник утихомирился, я попробовал пойти дальше и обратиться к достижениям земной культуры, а именно - к паркуру. Покопавшись в своей памяти и вычленив из просмотренных мною фильмов и телепередач основы этой специфической техники преодоления препятствий, я приступил к экспериментам.

Поначалу идея задействовать вертикаль мне понравилась, хотя Мурка отнеслась к моей затее скептически. Глядя на мои прыжки, повороты и прочие выкрутасы на деревьях, кошка заявила, что подобная акробатика для практических целей непригодна. Я и сам это понимал, но придерживался мысли, что в некоторых специфических жизненных ситуациях отдельные приемы окажутся полезны. Правда, когда ветка, на которой я делал 'солнышко', с хрустом обломилась, отправив меня в недолгий полет, завершившийся приземлением в кустах крыжовника, с паркуром я решил завязать и продолжил шлифовку навыков.