Вихри Валгаллы
Шрифт:
От Забелина веяло непробиваемой уверенностью в собственной правоте, и одновременно в его тихом голосе без интонаций Шульгин улавливал едва заметный намек на иронию. Будто сидел перед ним не настоящий шаман, а играющий роль шамана, некогда очень популярный артист Лев Свердлин, специализировавшийся на ролях разных восточных персонажей начиная с Ходжи Насреддина.
– Угадал-то правильно, по крайней мере больше половины. А делать что будем? Я рад тебя видеть и вправду не надеялся больше встретиться, только какое имеют отношение твои духи к тем, с которыми я сейчас воюю? Я ведь друга своего ищу, который не в вашей тайге потерялся, а там где-то… – Шульгин указал пальцем в низкое мглистое небо, в котором едва просматривался диск полной луны.
– Я и сказал: в загробном мире, где же еще? Раз ты ко мне сам пришел, помогать будем. Думаешь, я забыл, как ты меня спасал? Духи тогда тоже шибко обиделись, что ты им помешал меня к себе забрать… – И вдруг тональность слабого шелестящего голоса старого шамана неожиданно и резко изменилась. Он приобрел звучность и напористость, как у одного хорошо знакомого Шульгину человека. Даже слишком хорошо.
– Ты, что ли, это, Антон? Опять дурака валяешь?
– Как всегда, восхищен твоим самообладанием. Быстро соображаешь. Только не дурака мы здесь с тобой валяем. Говорил же я вам: оставьте свою страсть к авантюрам. Мало того, что уже случилось? Отвели вам резервацию размером в целую планету, ну и сидите там тихонько, решайте свои человеческие проблемы, зачем было опять в галактические игры ввязываться?
– А кто в них ввязывался? – удивился Сашка. – Мы себе жили-поживали, гражданские конфликты утихомиривали, а тут раз – Андрей с Сильвией исчезают, два – их уже и на Земле, оказывается, нету, три – меня сюда вот закидывает, а тут и ты сразу нарисовался… Кто же и в чем виноват? Да, кстати, ты-то от кого прячешься? Раньше вроде собственной личиной обходился, а сейчас?
– Вы же и виноваты. Совсем недавно я Андрея категорически предостерег, чтобы никаких резких движений не делал. Вы сейчас как альпинисты на снежном мосту. Неверный шаг, громкий звук – и «прощайте, скалистые горы». До скончания веков не найдут. Ловушки сознания – это же не моя выдумка, это непреложный закон природы…
– Да что ты все повторяешь – ловушки, ловушки… Вроде как Хока из детских страшилок. Объяснил бы сразу, может, мы бы к ним и близко не подошли.
– Как будто у меня была такая возможность. В результате вашей же, к слову сказать, деятельности меня отстранили от всяких контактов и связей с нынешней земной реальностью. Если угодно, я сейчас просто выполняю свой нравственный долг перед вами, преступая долг формальный…
Шульгин слушал, кивал и не верил форзейлю. Нет, в общих чертах он не врал, так оно, наверное, и было, только скрывалась за этой поверхностной правдой какая-то другая, более глубокая, если не отменяющая первую, то серьезно ее корректирующая. И не из чистого альтруизма продолжал встречаться с землянами могущественный Тайный посол, заботам которого сейчас поручена, может быть, целая Метагалактика.
– Ну а все же? В двух словах. Чтобы больше к этому не возвращаться…
Вселившийся в тело старика инопланетянин совершенно не свойственным шаману, но сразу напомнившим былого Антона жестом изобразил, что ладно, черт с ним, пропадай, мол, моя телега…
– В самом общем смысле Ловушки сознания – это циркулирующие в Гиперсети информационные структуры, предназначенные для выявления и устранения любой проникшей в нее посторонней системы мыслеобразов. Вроде как антивирусные программы в ваших компьютерах.
Эти Ловушки могут, в зависимости от ситуации и масштабов возмущения в Сети, предпринимать любые необходимые меры для их нейтрализации, в том числе материализовываться в самые разнообразные реальности и сущности – от псевдоцивилизаций типа аггрианской до красивой женщины, посланной, чтобы отвлечь нужного человека от вредной для Гиперсети деятельности…
– Ничего себе! – поразился Шульгин. – Это что ж за механика? Я еще представлял себе, когда ты, как могущественный, но все же индивидуум, вмешивался в наши человеческие делишки… Дед Мазай и зайцы, скажем. А вот вселенская Гиперсеть, которая разменивается на… – Он даже не сумел подобрать подходящего слова.
– Ты забыл, что ли? Я же уже пытался вам эту механику объяснить. Система нисходящей шкалы масштабов. От Метагалактики до планетной системы и еще ниже, до отдельного человека. Вся цепочка прозванивается в автоматическом режиме. Ваши инженеры в состоянии ведь при сбое в работе гигантского вычислительного центра добраться до сгоревшей микросхемы и даже отдельного ее элемента? Так примерно и здесь…
– Ладно, понял. Дальше что?
– Да и все практически. Как только ваши действия стали представлять опасность для функционирования Системы, она начала защищаться. Что-то вы совершили такое… непредусмотренное. Я ведь Андрея при последней встрече специально предупреждал.
– Странно. Ничего мы вроде не делали, кроме с тобой же оговоренного. Ну да бог с ними, с Ловушками. Скажи лучше, где Андрей и как нам его вытащить? Для этого я в астрал и отправился…
– Ну вот тебе один из ответов. Вам предложено было на Земле сидеть и земными проблемами заниматься. Вы же снова в Гиперсеть полезли. Причем в своей обычной манере – напролом. По ковру из розовых лепестков – в грязных кирзовых сапогах… Вот хозяева этого ковра и решили вас несколько… э-э… окоротить…
– Ты еще и поэт у нас. Прямо тебе Басе. Про Андрея я тебя спросил. Вот по делу и отвечай.
– Не знаю даже, отчего я терплю почти целый год все твои грубости? Тебе не приходило в голову, что демонстративное пренебрежение элементарными приличиями отнюдь не показатель твоего нравственного превосходства?
Увлеченный разговором, Шульгин пропустил момент, когда, незаметно меняясь, старик шаман окончательно превратился в Антона, крупного, вальяжного, но мускулистого мужчину лет 35 – 37 на вид, загорелого и светловолосого, похожего на какого-то американского актера, игравшего мужественных шерифов и римских легатов. Или на советского партийного функционера из молодых, спортивных, прогрессивно мыслящих. Немножко нарочитый облик, по мнению Шульгина. Инопланетный агент мог бы выглядеть и поскромнее. Может, за внешность Сашка его и недолюбливал с самого начала знакомства.
– Не приходило. Да и тебя, как носителя высшего разума, не должны бы волновать такие пустяки. Подумаешь, дикарь самоутверждается… Лучше скажи, к чему вот этот цирк с переодеваниями? Почему бы нам не встретиться, как раньше? Странно как-то – цивилизованный пришелец прикидывается шаманом, декорации вот эти… Иначе нельзя?
– А ты думаешь, от меня это зависит?
– От кого же еще? Я такого не придумывал…
Антон словно бы с сожалением покачал головой.
– Это тоже свойства Гиперсети. Мы ведь сейчас внутри нее находимся. В виде не знаю даже какого пакета импульсов – электромагнитных, гравитонных или нейтринных. Не знаю. В своем физическом облике я на Землю попасть возможности не имею. Ты меня сейчас, как Аладдин джинна, вызвал. Или нас обоих вызвали…