Чтение онлайн

Кэти сидела на ласочке, наблюдая за садовником, занимавшимся подрезкой розовых кустов. Она испытывала острую зависть к простоте и значимости его работы, заключавшейся в отсечении всего лишнего, что наросло за год, и доведении длины стебля до требующихся фута или двух. На свете существовало несколько мужчин, которых она с удовольствием бы подвергла подобной радикальной хирургической операции.

Она сидела в парке около часа, пока холодная и мрачная атмосфера раннего вечера не вошла в ее кровь и плоть до такой степени, что это позволило ей восстановить чувство душевного равновесия. Тогда она поднялась с места, прошла по змеившейся среди травы тропинке к железным воротам, выходившим на рыночную площадь, и направилась к своей машине. Она поехала в Эденхэм и припарковалась на Хай-стрит напротив лавки зеленщика. Джерри никакой радости при встрече с ней не выказал, и ей пришлось стоять рядом с прилавком в ожидании, когда он закончит обслуживать покупателя.

— Я уже закрываюсь. Что вам угодно? — осведомился он.

— Я бы хотела купить немного винограда, если он у вас сладкий и сочный.

Джерри посмотрел на нее сквозь толстые линзы очков, придававших его лицу удивленно-невинное выражение, даже если он злился. Вот как сейчас.

— Он такой и сеть. Вам сколько нужно?

— Две большие грозди. Кстати, как поживает Эррол?

— Вы еще спрашиваете! Он болен. А все благодаря вам.

— Это как же понимать?

Он поджал губы и некоторое время смотрел на нее в упор.

— Я не хочу с вами разговаривать. Забирайте свой виноград и уходите.

— Мне нужно поговорить с Эрролом. Полагаю, теперь-то уж я могу к вам зайти?

— Даже не думайте об этом! Эррол находится под наблюдением врача. Я хочу, чтобы вы оставили его в покое. Вы принесли нам обоим много бед и печали.

— Но вы так и не сказали, каким образом я все это сделала! Что происходит, Джерри? К вам что, приходил кто-то еще? Сегодня? Кто этот человек?

Пока она говорила, Джерри вел себя довольно беспокойно: крутил головой из стороны в сторону и передвигал указательным пальцем дужку очков вверх-вниз по переносице, как если бы его окуляры вдруг лишились фокуса.

— Эрролу сказали, чтобы он ни с кем не разговаривал. И я тоже. Если вы попытаетесь снова на него надавить, я подам официальную жалобу. Предупреждаю вас: еще одна попытка вступить с ним в контакт — и я вызову своего адвоката.

Он отвернулся и стал смотреть на витрину своего магазина.

Кэти вздохнула.

— Извините меня, Джерри, — сказала она, покачала головой и ушла.

Кэти нашла будку телефона-автомата и позвонила в окружной морг. Там ей сказали, что профессор Пью уехал и сегодня его на работе уже не будет. Она нашла его адрес в телефонной книге, вернулась к своей машине, устроилась на сиденье и отыскала его дом на карте Кроубриджа.

Вдоль дороги росли конские каштаны, большие листья которых почти все уже облетели. Нужный Кэти дом отличался значительными размерами и был выстроен из красного кирпича лет пятнадцать — двадцать назад, когда жители лондонских пригородов открыли для себя Кроубридж. В окнах в доме Пью света не было, и Кэти коротала время в ожидании возвращения хозяев в своей припаркованной на улице машине, лакомясь купленным в лавке зеленщика виноградом. Джерри не соврал: виноград был хороший.

Ближе к семи на подъездную дорожку въехала большая белая «вольво». Захлопали двери, поднялась крышка багажника. Из машины вышли профессор и его жена. Они стали доставать из багажника и перетаскивать к передней двери дома пластиковые пакеты с купленными ими припасами. Чтобы разгрузить автомобиль, им пришлось дважды проделать путь от багажника к парадному и обратно. Потом Пью открыл гараж и загнал машину внутрь. Кэти дала им десять минут, чтобы они смогли снять верхнюю одежду и привести себя в порядок, после чего подошла к входной двери и позвонила.

Дверь открыла миссис Пью — маленькая седая женщина в толстом кашемировом свитере и твидовой юбке.

— Я хотела бы поговорить с профессором Пью. Меня зовут Кэти Колла. Я сержант из отдела расследований полиции графства.

Маленькая женщина внимательно посмотрела на гостью, потом сказала;

— Входите, сержант Колла. Мы только что о вас говорили. Забавно, правда? Гаррет все интересовался, свяжетесь вы с ним или нет.

Кэти вошла в теплый холл, в котором пахло полиролью для мебели и освежителем воздуха с ароматом хвои.

— Позвольте взять у вас пальто. Похоже, оно несколько отсырело. Я повешу его рядом с бойлером. Надеюсь, к тому времени, как вы соберетесь уходить, оно высохнет. Гаррет сидит в гостиной и просматривает вечернюю газету. Проходите.

Патолог сидел перед газовым камином с имитацией обугленных бревен в каминном зеве. Он поднял глаза и посмотрел на гостью поверх очков.

— Ага! — Он поднялся. — А мы с женой только что о вас говорили. Идите сюда — поближе к огню. — Он усадил ее в мягкое кресло с цветочным орнаментом на обивке, стоявшее рядом с камином. — Полагаю, я должен воспринимать ваш приход как визит неофициальный?

— Совершенно верно. Я была бы вам весьма обязана, если бы вы уделили мне несколько минут для частного разговора. Хочу надеяться, что я не слишком вас этим обеспокою, — добавила она со смущением в голосе.

Он кивнул:

— Будем считать, что мы с вами случайно встретились в супермаркете и моя супруга предложила вам — а такое вполне могло быть — заехать к нам домой и выпить с нами горячего шоколада, который она всегда готовит после нашего еженедельного паломничества за покупками в Сейнсбери. Удивительное дело, до чего подобные маленькие ритуалы греют нам душу, когда мы начинаем стареть. Надеюсь, вам нравится горячий шоколад?

— Да вы не беспокойтесь. Мне и без шоколада хорошо.

— Глупости. Горячее молоко у нас есть, и Меган в любом случае приготовит вам чашечку.

— Вы очень любезны. Но мне все равно следовало предварительно вам позвонить.

— Но вы заробели, не так ли? — Он улыбнулся. — Дело, видите ли, в том, что у нас дочь примерно вашего возраста. Она инженер, и я, наблюдал за ее жизнью и работой, пришел к выводу, что молодой женщине очень не просто преуспеть в профессии. В наши дни конкуренция среди молодых специалистов вообще очень велика, но особенно трудно приходится девушкам. И мне бы хотелось надеяться, что если она столкнется с серьезной проблемой, то какой-нибудь старикан вроде меня, который знаком с ее деятельностью, уделит ей некоторое время.

Конечно, ей не следует ожидать, что он станет разговаривать с ней о, скажем так, старших партнерах фирмы, в которой она работает. Возможно, они порядочные негодяи, но он все равно не считал бы себя вправе обсуждать с ней их поведение. Но если бы речь зашла о технических деталях ее работы — о вещах, с которыми, как ему кажется, она так или иначе уже знакома, — что ж, тогда он не нашел бы ничего для себя предосудительного в том, чтобы их с ней обсудить. Согласны?

Выслушав эту хитроумную преамбулу, Кэти улыбнулась. Она отметила про себя, что его голос снова обрел прежнюю юношескую энергию, которая так ей импонировала.