Чтение онлайн

Он почувствовал слабый укол в верхней части левого бедра и вскоре ощутил в этом месте легкое жжение.

— Сегодня вечером курс голодания заканчивается, Дэвид. — Брок почувствовал еще один укол — на этот раз в верхней части правого бедра. — Полагаю, основная часть токсинов уж вышла из вашего организма. Полное очищение требует больше времени, но вы скоро почувствуете разницу. Надеюсь, все это время вы употребляли достаточное количество соды?

Ответа не последовало.

— Дэвид?

Молчание.

— Надеюсь, вы не уснули?

Доктор Бимиш-Невилл подошел к изголовью кушетки, дотронулся до щеки Брока, а затем пальцем оттянул ему веко.

— Отключился.

Доктор тихонько выругался и проверил у него пульс. Рози намочила под холодным краном полотенце и протянула доктору. Он кивнул, но полотенце не взял. Тогда к кушетке подошла Рози и вытерла влажным полотенцем Броку лицо. Тот даже не шелохнулся.

— Ну же, поднимайтесь! — Бимиш-Невилл похлопал Брока по плечу. Никакой реакции.

Прошло пять минут. Доктор вытащил две иголки, которые успел вставить. Через десять минут он нетерпеливо покачал головой, сказал Рози, чтобы она продолжала наблюдать за лежащим на кушетке безжизненным телом, после чего прошел в соседнюю комнату, где его ждал другой пациент. Дожидаясь, когда Брок придет в себя, Рози повернула регулятор радиатора на «уменьшение», потом встала на стул и не без труда открыла маленькое оконце под потолком. Проделывая все это, она непрерывно болтала, обращаясь к Броку, словно он мог ее слышать.

— Это все от жары. Здесь так жарко и душно, не правда ли? Ничего удивительного, что вы отключились. У меня один пациент тоже отключился в сауне на прошлой неделе. Жара иногда действует на организм подобным образом. Причем внезапно. Особенно если организму не хватает жидкости. Могло такое с вами произойти, как вы думаете?

Со стороны кушетки, на которой лежал Брок, не доносилось ни звука по меньшей мере полчаса после того, как доктор Бимиш-Невилл воткнул в него первую иголку. Потом Брок вдруг засопел и поскреб в бороде.

— Наконец-то, слава Создателю! — Рози помогла ему усесться на кушетке и предложила стакан воды.

— Все уже кончилось? — спросил Брок, не слишком хорошо понимая, что происходит.

— Вот уж точно, что кончилось! Мы даже не успели начать. Вы хорошо себя чувствуете? Я сейчас позову доктора…

Через минуту в комнату ворвался Бимиш-Невилл и быстро осмотрел Брока.

— Похоже, у вас все нормально. Возможно, в следующий раз дело пойдет лучше — после того как вы немного подкрепитесь. Согласно расписанию, следующий сеанс должен состояться у вас завтра утром, не так ли? Что ж, завтра и попробуем. А теперь вам следует вернуться к себе в комнату и немного полежать. Какой у вас следующий сеанс сегодня утром?

— Полагаю, занятия на велотренажере. — Броку было трудно сосредоточиться на одном предмете.

— Вам лучше их пропустить.

— Я провожу мистера Брока в его комнату. — Рози помогла ему надеть халат.

Благодаря небольшой прогулке Брок пришел в себя, — и к тому времени, когда они добрались до лифта, он почувствовал себя значительно бодрее. Когда они ждали лифт, он покачал головой и сказал:

— Как глупо. Представить себе не могу, что это вдруг на меня нашло…

— Полежите часок в постели — и снова будете как новенький.

— Я встретил вчера вашего жениха, когда прогуливался с миссис Грейс Кэррингтон.

— Правда? — Профессиональная озабоченность разом исчезла из ее голоса, и на ее месте проступило любопытство. — Вы что же, дамский угодник, мистер Брок? Я слышала, что вы как минимум пытались флиртовать с Мартой Прайс. Кроме того, вы водите дружбу с Кэти Колла…

— Иногда все решает случай, Рози.

Подошел крохотный, не более комода, лифт, который едва мог вместить двух пассажиров.

— Надеюсь, ваша деятельность никак не связана с профессией Кэти Колла? Иными словами, вы не полицейский?

Брок улыбнулся:

— Разве я похож на полицейского? А хоть бы и так, это что, так уж важно?

Лифт остановился, и они вышли из кабинки.

— Не знаю, — ответила Рози, когда они двинулись по пустынному коридору. — Я много думала о том, что вы мне сказали относительно того, чтобы передать Кэти через вас послание. И меня гложут сомнения. Я, видите ли, нахожусь в двойственном положении. Кроме того, я не уверена, что это принесет хоть какую-нибудь пользу. В конце концов, бедняга Алекс мертв, не так ли? И ничто не сможет этого факта изменить.

— Все зависит от того, как вы к этому относитесь. Иногда с таким знанием жить труднее, нежели может показаться. Особенно когда что-то осталось невыясненным или когда над памятью покойного нависает темное облако, которого не должно быть.

Они остановились у комнаты Брока. Рози ничего не сказала в ответ на его ремарку, и он, чтобы поддержать разговор, добавил:

— Как мне представляется, Марта Прайс охраняет память о нем весьма ревниво.

— Что она может о нем знать! — Хотя Рози говорила тихо, в ее голосе неожиданно прозвучала злоба, и Брок заметил, что глаза у нее заблестели от слез. — Эта старая приставучая сучка ни черта о нем не знает!

— Значит, мне показалось, — кивнул Брок. Он подождал, не скажет ли Рози по этому поводу что-нибудь еще, и на мгновение ему представилось, что она готова продолжить с ним разговор, но вместо этого Рози резко повернулась и быстро зашагала по коридору к лестнице.

Брок пробыл в своей комнате всю оставшуюся часть утра, прислушиваясь к голосам, доносившимся до него снизу. Они слышались, когда люди поднимались из полуподвала на утренний перерыв, и стихли, когда пациенты отправились на второй терапевтический сеанс. На небе снова засияло солнце, которое пригревало сильнее, чем прежде, словно его ободрил успех предыдущего дня. Лесной голубь, сидевший неподалеку на парапете, нежно ворковал, приветствуя тепло, пока Брок, лежа в кровати, стучал по клавишам своего лэптопа.