Чтение онлайн

Только это и ничего другого. И в тот же вечер, после того как мы ушли из подвала, один из нас, My Цзяньго, вдруг как безумный бросился под колеса грузовика, проходившего по улице Наньхулу. Водитель не успел затормозить и задавил My Цзяньго насмерть.

Той же ночью покончили с собой У Инсюн и Чжан Наньцзюй, а на следующий день – Синь Сюн и Фэн Канмэй. Всего за два дня умерли пять человек из тех, кто видел эту женщину. Нас осталось всего шестеро, и все мы очень испугались. До нас постепенно дошло, что все эти самоубийства связаны с женщиной в подвале.

Кто-то даже сказал, что эта женщина – оборотень и наложила на нас заклятье. Хотя тогда мы – хунвэйбины – боролись с пережитками прошлого, мы сразу в это поверили. Поэтому решили, что раз она оборотень, ей надо отрубить голову. Согласно всем поверьям только так можно уничтожить оборотня.

Мы снова спустились в подвал и дровяной пилой отпилили этой женщине голову. Сейчас мне даже вспоминать об этом страшно, такой это был кошмар. Самое жуткое – что из тела мертвой женщины вылилось очень много крови, мы все были забрызганы, буквально пропитаны кровью.

С тех пор в наших сердцах навсегда поселился страх. А когда голова прекрасной жен-шины покатилась по полу, нас начало тошнить. Тело и голову женщины мы оставили в подвале, и все разбежались по домам. Прошло три дня и две ночи – с нами больше ничего не случилось. Мы решили, что кошмар наконец прекратился. Однако утром четвертого дня я узнал, что Фань Дэ, Чэн Сюйань, Ло Канмин и Чэнь Силун ночью покончили с собой, все четверо. Нас осталось только двое: я и Хуан Дунхай.

Я понял, что пришла наша очередь и мы тоже умрем. Поэтому мы снова спустились в подвал. Тело лежало в разбитом нами гробу, а голова по-прежнему валялась на земле. Смотреть на это было невыносимо. Мы решили, что один из нас возьмет тело, а другой – голову, и мы унесем их отсюда куда-нибудь подальше. Хуан Дунхай взял голову, а я тело. Она была совсем не тяжелая. Я поместил ее в большую плетеную корзину, сел на пароход и уехал из Шанхая сюда – в Северную Цзянсу. Хуан Дунхай забрал голову этой женщины. Куда он пошел, я не знаю. С той поры мы с ним больше не видались.

Ли Хунци судорожно вздохнул и низко опустил голову.

Мы с Е Сяо изумленно слушали его. Когда он замолчал, я продолжил расспросы:

– А дальше? Ведь еще была Сянсян?

– Я остался в живых и несколько лет скитался по Северной Цзянсу. Я таскал с собой корзину с туловищем этой женщины, не смея избавиться от нее. Наконец я попал сюда, назвался другим именем и стал работать в крематории. Вернуться домой я боялся. Так я и жил в полном одиночестве, а здесь – в этом доме – много лет под кроватью стояла корзина с телом обезглавленной женщины. Еще во время моих скитаний я со страхом и изумлением обнаружил, что тело ее не разлагается, а по-прежнему остается точно таким, каким я впервые увидел его. Много лет оно так и лежало в целости и сохранности. Это настоящее чудо! Постепенно я осознал, что покойница – не обыкновенная женщина и что ее влияние на мою жизнь продолжается.

Когда мне было уже лет тридцать, со мной начали случаться странные происшествия. Мне постоянно снились подземелья, бесконечно длинные туннели, которые приводили в громадный темный дворец. Посреди дворца стояли два огромных гроба. В одном был скелет, во втором – эта женщина.

Каждый раз, когда я засыпал вот на этой самой кровати, я слышал во сне, что кто-то говорит со мной. Женский голос без конца повторял: «Верни мою голову». Я понял: это она. И у нее только одно страстное желание – обрести свою утраченную голову.

Несколько лет назад в крематорий привезли труп утонувшей девушки. Она была очень красивой, и тело у нее было такое ароматное, такое необыкновенно прекрасное. Вдруг мне в голову пришла одна мысль, наверное, очень жестокая. Однако что-то подсказывало мне, что у меня все получится. Я пошел к родителям этой девушки, чтобы морально их подготовить. А потом, в день кремации, тайком отпилил этой девушке голову. Тело ее я потом кремировал. Затем я тайно отнес домой голову девушки и осторожно приложил к телу той женщины. По-моему, голова девушки отлично подходила к этому телу, во всяком случае, обе они были одного возраста.

Пробудившись наутро, я увидел, что посреди комнаты стоит пустая корзина, а женщины нигде нет. Нет ни тела женщины, лишившейся головы, ни головы утонувшей девушки. Все исчезло. Без следа. Я подумал, что нам обоим повезло: я отдал ей прекрасную человеческую голову, а она теперь наконец оставит меня в покое…

Честно скажу, от рассказа Ли Хунци меня замутило. Мысленно я представил, как он отпиливает у Сянсян голову. Если бы Е Сяо не успел схватить меня за руки, я бы избил этого типа.

Между тем Ли Хунци продолжал свой рассказ:

– Однако я ошибся – ничего еще не закончилось. В прошлом году она вдруг пришла ко мне. Вечером кто-то постучал, и на пороге своего дома я увидел девушку с лицом той самой утопленницы. Все тот же удивительный аромат исходил от нее, но тело, осанка были от той таинственной женщины из подвала. Оказывается, она воскресла. По-настоящему воскресла!

Я очень испугался. А она стояла и молча смотрела мне в глаза. Постояла так несколько секунд и скрылась в темноте. В ту ночь мои глаза утратили зрение. С тех пор я ничего не вижу. Врачи не нашли причину слепоты. Вот так я пожинаю плоды своих злодеяний. Теперь я часто вспоминаю своих погибших одноклассников-хунвэйбинов. Мы ведь тогда еще были детьми! Итак, она вернулась. Что еще может теперь случиться? Какое зло я помог ей принести в наш мир? Представить себе не могу – Ли Хунци замолчал и только грустно качал головой.

– Это все?

– Да, теперь я рассказал вам все. Я сам знаю, что очень виноват.

– Да, это ты во всем виноват!!! Ты, ты… Моя Сянсян!.. – Я вновь замахнулся, чтобы ударить его.

Е Сяо опять с трудом удержал меня.

– Не смей! – воскликнул он. – Этот человек уже получил по заслугам. Пошли.

Я разжал кулаки и вышел из лачуги. В дверях я оглянулся и посмотрел на кровать, под которой много лет обитала та, которая лишилась головы. Да, эта женщина – несомненно, госпожа Алутэ, императрица Тунчжи. Ли Хунци горько плакал, уткнувшись головой в колени.

Приближалась ночь. По счастью, мы успели на автобус до Шанхая.

Вечерняя заря в устье Янцзы – ни с чем не сравнимое зрелище, но мне было не до красот природы – мою душу переполняло другое.

Страх и ужас.

Последние несколько дней меня преследуют кошмарные видения: стоит только заснуть, как мне чудятся те самые глаза. Раньше я спокойно засыпал в темноте, а теперь я ложусь спать только при свете. Мне страшно. Мне постоянно кажется, что эти глаза глядят на меня. Я чувствую, что она где-то здесь, рядом.