Чтение онлайн

— Удочерить.

— Да, конечно! Извините.

— Не за что, — улыбнулась женщина. — Вы хотите удочерить Эсме?

Хотел ли он взваливать на себя такую обузу? Впрочем, дело даже не в обузе, а в ответственности за судьбу ребенка. Ее отец — единственная родная душа — командовал 3-ей ударной группой ракетоносцев в 1-ом сражении в системе Альфы Октопуса. Тогда же и погиб. А выбор, о котором подумал сейчас Эрик, заключался в том, где теперь будет расти Эсме: в сиротском приюте на Холоде или в дорогом частном пансионе на Эно.

— Да, — ответил он социальному работнику, — я хочу удочерить девочку. Ее отец погиб, сражаясь под моим командованием, и раз уж у нее нет никого, кто стал бы о ней заботиться, это сделаю я. Так, что я должен предпринять?

— В вашем случае, господин адмирал, практически ничего. Случай прозрачный. Вы уважаемый человек, адмирал и принадлежите к одному из самых сильных кланов Холода. Когда я писала вам, я думала о какой-нибудь сумме, которую вы сможете пожертвовать в пользу девочки. Но раз вы хотите ее удочерить, то надо всего лишь заполнить прошение. И я обещаю вам, что решу проблему в течении двух-трех дней.

— Хорошо, — кивнул Эрик в ответ. — Не будем тогда откладывать. У вас есть стандартный бланк?

— Да.

— Можете мне переслать его прямо сейчас?

— Разумеется, — снова улыбнулась женщина. — Вы хороший человек, адмирал.

"Это как посмотреть", — усмехнулся он мысленно и, попрощавшись, прервал связь.

***

Катер он посадил на площадке около ставки Вильфов и сразу же, не отвлекаясь на пустяки, прошел в выделенные им с Катей апартаменты. По-видимому, слуги ее предупредили, так что, когда Эрик добрался до "дома", супруга уже ожидала его в фойе.

— Здравствуй, Мориц! — она попыталась броситься ему в объятия, но Эрик женщину придержал:

— Подожди, успеем еще!

— Что-то случилось? — насторожилась Катя.

— Всегда что-нибудь случается. — Эрик аккуратно поцеловал в щеку и потянул за собой, направляясь во внутренние покои. — Показывай детей!

— Так сразу? — растерялась женщина.

— А чего тянуть? Я же их еще ни разу вживую не видел.

— Да, да, конечно! — заспешила Катя и, обогнав Эрика, пошла впереди.

Они прошли через два парадных зала — гостиную и столовую — миновали короткий коридор, отсекавший жилые комнаты от "приемных" покоев и вошли, наконец, в детскую. Дети спали, но стоило Эрику приблизиться к их кроваткам, как один ребенок, — судя по рыжим волосам, это была Сара Анна — зашевелился и открыл глаза. Ощущение было странное, но, как ни странно, к принятию своего отцовства не имело никакого отношения. То, что он отец — Эрик понимал чисто рассудочно. И отношение его к собственным детям было сугубо положительное, вот только никакой особой эмоциональной связи с ними он пока не чувствовал. Не почувствовал и сейчас, но необычное это ощущение узнал. То же самое он чувствовал в присутствии любого из сибирской троицы: притяжение и отталкивание. И судя по всему, девочка тоже почувствовала что-то такое. Открыла глаза, буквально полыхнув на Эрика колдовской зеленью глаз, гугукнула что-то нечленораздельное и уперлась своим взглядом ему в глаза. А вот мальчик так и не проснулся. Он ничего такого, что случилось с его сестрой, не испытал. Лежал смирно, посапывал носиком и, как ни в чем не бывало, продолжал спать. Но и Эрик, нагнувшийся над кроваткой, чтобы его поцеловать, тоже ничего не ощутил. А ведь когда целовал дочь, аж мурашки по коже побежали. И у нее, по всем признакам, тоже. Но Сара Анна не заплакала. Она засмеялась.

"Она такая же, как я. А вот Якоб — нет. Он, может быть, и будет на меня похож, но сути дела это не меняет. Его генотип другой! Зачем же Бреда мне соврала?"

Впрочем, именно сейчас он начал понимать, в чем был смысл устроенной женщинами диверсии.

Перецеловав детей, Эрик молча вернулся в гостиную. Катя уже, видно, заподозрившая недоброе, заговаривать не пыталась.

— Кто разрешил тебе вскрывать мою почту? — спросил Эрик, когда они снова оказались в фойе.

— О, господи! — всплеснула она руками. — Я же твоя жена, разве нет?

— Повторяю вопрос: кто позволил тебе просматривать мою почту?

— Ну, не сердись! — улыбнулась еще более похорошевшая после родов юная красавица. — Подумаешь…

— Как ты вскрыла почту? — Эрик не собирался поддаваться на эти тюки.

— Она сама открылась, по умолчанию, — попробовала отговориться женщина.

"Умная, умная, а городит глупость за глупостью!"

— Там ничего и никогда не открывается по умолчанию, — возразил он вслух. — Если я не оставил тебе специального разрешения, то без кодов допуска, ты в мою почту никак попасть не могла. Поэтому спрошу тебя прямо и хочу услышать честный ответ:

— Это Бреда?

По-видимому, взгляд Эрика ее напугал, и, скорее всего, сейчас она начала наконец понимать в какую беду угодила благодаря матриарху клана. А то, что все дело в старой карге, Эрик отчего-то даже не сомневался.

— Да, — сказала она так тихо, что казалось, это просто выдох.

— Ответ написать посоветовала тоже она?

— Да, — повторила бледная, как полотно, женщина.

— Спасибо! — кивнул Эрик. — Это все, что я хотел от тебя узнать.

Он отвернулся от Кати, нажал на своем коммуникаторе клавишу сброса и пошел в спальню, где в шкафу висел его мундир капитана-лейтенанта имперского флота…

1. Первое марта 2535 года, планета Холод, система звезды Поларис

Переодевшись в свой имперский мундир, Эрик быстро сложил в старую дорожную сумку те немногие вещи, которые не хотел оставлять в Ставке Вильфов, и, более не задерживаясь, вернулся на посадочную площадку, где его дожидался бронекатер со связного фрегата. Катя пыталась его остановить. Плакала, просила прощения. Но Эрик своего решения — того, которое он принял накануне, — не отменил. Решил уйти, значит, ушел. А уходя, как говорили в Смоляном городке, не стоит оглядываться.

Взлетев и набрав высоту, Эрик связался с центральной билетной кассой космопортом Холод-Главный и заказал два билета — взрослый и детский — на рейс до Претории и еще два из столицы республики Трансвааль до Фронтира. Касса обещала, что билеты обязательно будут, но вот на какой из двух ближайших рейсов, станет известно несколько позже. Так что улетать Эрик собрался или через пять, или через восемь дней. Вторым важным делом, которое он успел "закрыть", еще до того, как с ним связалась матриарх клана Вильфов, был заказ гостиничного номера в старом городе агломерации Локарно.