Чтение онлайн

Даша сидела за компьютером и, как учили, просматривала в системе регистрации списки пассажиров на своем рейсе. Первый класс — полный, будут заняты все одиннадцать кресел. Она пробежала глазами фамилии пассажиров. Некоторые из них показались ей знакомыми: Воронов, например. Если она ничего не путает, министр. Слава богу, этими клиентами займутся VIP-менеджеры: встретят каждого у машины, проводят в отдельный зал, помогут зарегистрироваться и в последнюю очередь приведут на борт. У них с этим четко.

В бизнес-классе тоже не предвидится свободных мест — заняты все двадцать пять кресел. Премиальный экономический — тридцать пять человек. Полный. В туристическом — двести восемьдесят. Если не будут проданы билеты во время регистрации, значит, свободными останутся только пять кресел. На рейсе три ребенка в возрасте до двух лет: инфанты. Есть пассажир с инвалидностью, на коляске. Нужно проинформировать медицинскую службу и заранее забронировать места. Даша взглянула на часы — до начала регистрации оставалось немного времени — и открыла систему, чтобы зарезервировать кресла для клиентов с детьми и место для пассажира на коляске.

Через несколько минут Дарья закончила с резервированием и, собравшись с духом, вышла в зал — регистрация на Бангкок началась.

Гул вокруг нарастал, в общем шуме уже ничего нельзя было разобрать. Пассажиры нервно теребили документы, постоянно одергивали детей и, хотя в очереди каждому из них приходилось стоять не больше пятнадцати минут, недовольно поглядывали на сотрудников и переминались с ноги на ногу. Даша знала, что для большинства людей ожидание вылета было самым настоящим стрессом. Если говорить до конца откровенно, свою роль в развитии всеобщей аэрофобии сыграли талантливые журналисты, которые из каждой катастрофы авиалайнера делали ужасающее шоу длиной в несколько месяцев. А ведь даже в процентном отношении от общего числа пассажиров воздушных и пассажиров наземных на дорогах погибает гораздо больше людей, чем в воздухе! Но психология человека такова: стоять на земле ногами или хотя бы соприкасаться с ней колесами автомобиля — нормально; находиться высоко над землей, где у пассажира нет ни малейшего шанса повлиять на ситуацию, — нет. А научиться доверять другим людям, пусть даже стопроцентным профессионалам, пилотам, которые учились не один год перед тем, как сесть за штурвал, и проходят переподготовку каждые шесть месяцев, — очень сложно.

Стараясь приободрить пассажиров, избавить людей от предполетного страха, Дарья ходила среди клиентов, здоровалась, улыбалась и выводила из толпы семьи с маленькими детьми, чтобы зарегистрировать их без очереди. Многие автоматически улыбались в ответ, но животный страх перед полетом все равно стоял у людей в глазах. Большинство из них, как только регистрация и паспортный контроль останутся позади, отправятся снимать стресс в бары аэропорта или купят бутылку в Duty free. Даша молилась сейчас только об одном — чтобы никто из них не напился и на борт самолета все пассажиры поднялись в нормальном состоянии.

Ее внимательный взгляд остановился на невысоком лысоватом мужчине. Огромный, явно пивной живот настырно вылезал на свет божий между спортивными штанами и майкой. Температура в десять градусов на улице его ничуть не смущала, поскольку была с лихвой компенсирована градусами внутри. Тоненькая брюнетка, рядом с которой стояли мальчик и девочка примерно десяти и пяти лет, что-то испуганно нашептывала мужу на ухо. Он в ответ только нервно дергал плечом.

— Простите, я могу вам чем-то помочь? — Дарья подошла к семье поближе, чтобы понять, насколько сильна степень опьянения ее главы.

— Спасибо, — мужчина неожиданно вежливо и складно ответил, — у нас все в порядке.

— Я вас очень прошу, — Даша старательно подбирала слова, чтобы не спровоцировать конфликт, — больше не пить. Иначе вас не допустят на борт.

— Сделаю все возможное! — заверил он. — Не беспокойтесь.

— Спасибо, — улыбнулась она и поспешила к мужчине с ребенком на руках в самом конце очереди.

Пузатый пассажир злобно посмотрел Даше вслед, а жена раздраженно махнула на него рукой. Дарья Морозова не успела заметить, что и от женщины тоже пахнет спиртным. Бедные дети прятали глаза, стараясь отодвинуться от своих родителей подальше и сделать вид, что они не с ними.

— Будьте добры, — Даша добралась до мужчины с ребенком, — пройдите без очереди!

— Да?! — Мужчина с характерной восточной внешностью искренне удивился. — А можна? Спасиба!

— И в следующий раз не стоит стоять с крохой на руках — пассажиров с маленькими детьми мы регистрируем вне очереди.

— А тем, у кого нет детей, сколько стоять?! — донесся до Даши недовольный выкрик.

— Минут десять-пятнадцать, — она отыскала глазами возмущенного пассажира, — но вы можете воспользоваться киосками саморегистрации. Там очереди нет.

— И что я должен сделать?

— Прочтите инструкцию на экране, — объяснила Даша, — если не справитесь, я к вам через пять минут подойду.

— Так бы сразу и сказали, — молодой человек вышел из очереди и направился к ближайшему киоску, над которым призывно крутился яркий синий глобус. Даша подумала, что, наверное, пройдет еще много лет, прежде чем пассажиры в России привыкнут к преимуществам технического прогресса. Хорошо, хоть билеты через Интернет покупать научились. Уже радость.

Даша обернулась к мужчине с ребенком. Тот протянул ей свой паспорт и маршрут-квитанцию электронного билета.

— Простите, — она застыла в недоумении, не увидев в документе ни слова о том, что забронирован инфант, — а при покупке билета вы говорили, что летите с ребенком?

— Нэт, — пассажир удивленно поднял брови, — зачэм?

— Чтобы оформить билет!

— Нэ нада, — отрезал он, — у мэна рэбенок всего пять килаграмм.

— Простите?

— У вас жэ вэздэ написана — ручная кладь пять килаграмм!

Даша широко раскрыла от изумления глаза, а вокруг послышались сдавленные смешки — пассажир говорил громко, и многие из очереди прекрасно слышали его слова.

— Так не пойдет, — Даша с трудом овладела собой.

— Как нэ пайдет?! — Мужчина со свойственной восточным людям горячностью начал отстаивать собственные права, — мнэ что, еще за билэт платить?!

— Пройдемте в кассу, — осторожно предложила Даша, — там все расскажут.

— Нэт, — пассажир встал как вкопанный, — я никуда нэ пайду!