Чтение онлайн

— Но…

Пол прервал его:

— Я знаю, вы в свое время оказали нам большую поддержку. Поверьте, Джордж Норига рассказал мне все о вас.

Джек кивнул:

— Джордж бы знал, что делать.

Пол достал листок и написал на нем несколько цифр. Он пододвинул листок ближе к Джеку:

— Этот парень решает проблемы.

Джек посмотрел сначала на цифры, а потом перевел взгляд на Пола. Возможно, он недооценил мальца.

— Спасибо.

— Приятного вам аппетита. — Пол встал и ушел, даже не обменявшись с Джеком прощальным рукопожатием.

Они перешли в спальню, после того как он потушил газ, выбросил подгоревшую рыбу в раковину и отключил дымовую сигнализацию, разразившуюся оглушительным пиканьем. Они лежали, тесно прижавшись друг к другу, простыни сбились и валялись сейчас в полном беспорядке. Ханна изучала лицо Джозефа, пытаясь разгадать его мысли.

— Прости за рыбу.

Ханна улыбнулась:

— Вот еще! Это была самая лучшая испорченная еда за всю мою жизнь.

Джозеф рассмеялся:

— Да? Тебе понравилось?

— Тебе чаще следовало бы так готовить.

Ханна быстро приняла сидячее положение, прислонясь к спинке кровати, отчего ее груди резво подпрыгнули и вернулись в исходную позицию, и затем посмотрела на любовника.

— Джозеф, что с тобой происходит?

— Я в порядке.

— Такое чувство, будто ты кому-то что-то пытаешься доказать.

Джозеф лениво потянулся, подняв руки над головой и вытянув ноги так далеко, как только мог, после чего расслабился и протяжно вздохнул.

— Просто в последнее время приходится о многом думать.

— Ты очень хочешь поехать в Нью-Йорк. — Ханна не спрашивала. Джозеф принялся было оправдываться, но она остановила его: — Я понимаю. На твоем месте я, возможно, хотела бы того же самого.

Девушка встала и натянула футболку, после чего одним махом собрала волосы и на скорую руку затянула их в привычный конский хвост.

— Я должна закончить проверку сочинений.

Джозеф привстал и схватил ее, притягивая к себе. Он долго не отпускал Ханну, ощущая тепло женского тела, наслаждаясь его запахом, словно стараясь запечатлеть ее очертания на своем теле. Он поцеловал ее в шею.

— Мне нужно съездить к Сиду. По дороге могу купить пиццу.

Пока Джозеф добирался на машине к дому дяди, у него было время подумать над предложением Фрэнсиса. Как легко было бы согласиться, перетерпеть пару часов неудобство, и затем все бы закончилось. Отнестись к этому как к посещению зубного врача. Но Джозефу сложившаяся ситуация простой не казалась. В сексуальных отношениях для него всегда немаловажными были такие факторы, как «кто, что, зачем, где и каким образом». Занятия любовью могут оказаться обычным лакомством, которое с удовольствием поглощают и тотчас же забывают, как только что съеденный рожок с ванильным мороженым, или же они могут быть прелюдией для настоящей любви, страсти и желания. Иногда они несут в себе все эти качества одновременно. Но всегда последнее слово оставалось за Джозефом, он сам решал, разделять ли эту радость с потенциальным партнером или нет.

За то время пока он ехал, Джозеф внезапно осознал одну из жизненных аксиом. Все в этом мире сводится к сексу. Совершенно все. Потребность соединиться с другим телом является тем источником энергии, той движущей силой и тем исходным побуждением, которые влекут человечество вперед. Именно эта потребность лежит в основе всех человеческих устремлений, заставляет пульсировать сердце истории. Даже тот внутренний импульс и та жажда, которые толкают людей в погоню за деньгами, влиянием и властью, на самом деле представляют собой всего лишь средство для непривлекательных людей заполучить себе красивых, уступчивых сексуальных партнеров. Когда вы зарабатываете достаточно денег, вы приобретаете право покупать любовь, таким образом сводя священный акт близости к торговой сделке. Сколько уже раз Джозеф слышал этот афоризм: «Ничто так не возбуждает, как власть».

У него словно пелена с глаз упала. Джозеф вдруг понял, что изначально вся история человечества, все эти великие и, казалось бы, совершенно глупые сражения — Троянская война тому явное подтверждение, — все научные открытия и изобретения, начиная с прививок против оспы и заканчивая швейцарским складным офицерским ножом, все когда-либо написанные книги, поэмы и пьесы, все пропетые песни, все когда-либо увидевшие свет произведения искусства, вообще любые устремления человека — независимо от времени и места, — все это проистекало исходя из одной и той же примитивной причины.

Желания совокупиться.

Данная концепция не так уж и странна, как кажется на первый взгляд. Она вполне логична. Мы ведь по природе своей животные. Мы по сути своей существа, подчиняющиеся в первую очередь биологическим законам. И одним из этих законов, природных инстинктов является потребность размножаться. Обзаводиться потомками. Сохранить вид от вымирания.

Джозеф стал думать о прошлом Гавайев. С первых дней существования племен в основе всех военных столкновений лежали простые и недвусмысленные причины: убить мужчин, забрать женщин, родить от них детей. Затем появились европейцы, но разве что-нибудь изменилось? С какой целью приплыл капитан Кук на их острова? В поисках специй и золота или же его влекло желание надеть на свой член парочку темнокожих девчушек? Ради чего Колумб оставил родную Испанию? Может быть, его совсем не интересовал мифический прямой путь до Индии, а просто он последовал сексуальному зову, подсознательному желанию обновить вялую кровь Старого Света?

Чем больше Джозеф думал о предложении Фрэнсиса, тем сильнее злился. Он не хотел, чтобы его покупали. Он не продается. Ему претила сама мысль о том, что он станет еще одним постыдным примером из истории Гавайев и позволит одному из белых захватчиков воткнуть свой член в него. Черт возьми, ничего у них не выйдет! Вот в чем причина наших бедствий — мы прогибаемся под них снова и снова.

Уже стемнело, когда он подъехал к дядиному дому. Джозеф вошел внутрь через обитую москитной сеткой дверь черного хода. В гостиной слышалось бормотание телевизора, из кухни на пол падали полоски света.

— Дядя?

— Проходи сюда.

Джозеф пошел на голос Сида, миновал кухню и оказался в гостиной. Сид восседал на диване, положив на колени пистолет. Он смотрел по телевизору фигурное катание.

— Чем занимаешься?

— Смотрю телик.

— Фигурное катание?

— А что, мне нравится. — Сид показал на юношу в пиратском костюме, выделывающего в воздухе замысловатые пируэты. — Тройной тулуп.

Джозеф смотрел, как фигурист гладко приземлился на лед и затем задорно принялся выделывать какие-то безумные чечеточные движения под мотивы диксиленда. Сид пришел в полный восторг.